Новобранец. Служба контрмагии (СИ) - Александр Тув

Стальная волна бушующая в холле, неумолимо грозящая захлестнуть всю крохотную гостиницу с головой, вдруг сдулась, потеряла энергию разбега и тихо расплескалась у подножия лестницы, на отдельные капли, закованных в блестящие доспехи воинов. В наступившей тишине стал слышен нестройный шорох голосов:

— …пчела!.. задница небесная — это же фиолетовый… почему лейтенант не предупредил!.. пчела… пчела… фиолетовый!.. пчела… пчела… справедливые… лейтенант ур — р-род… подставил гад…

Из-за солдатских спин, выбрался, судя по дорогому доспеху и яркому плюмажу на шлеме, их командир. Он откинул забрало и попытался заговорить с фиолетовым, но поняв, что из-за солдатского галдежа его никто не слышит, растеряно замолчал, вместо того, чтобы навести порядок среди подчиненных. Тут же испуганно замолчали и солдаты — за спиной фиолетового рыцаря показались еще две такие же фигуры и, в наступившей тишине, небольшой отряд, построившись клином, начал медленно, но от этого еще более зловеще, спускаться вниз.

Солдаты, словно овцы при виде волков, сбились в плотную кучу и постарались отодвинуться от спускавшихся на возможно большее расстояние, образовав у двери монолитную стальную толщу. У лестницы остался один командир. Судя по его побледневшему и покрывшемуся крупными каплями пота лицу, далась ему эта неподвижность с большим трудом.

Ш'Аран, стоящий на первой ступеньке лестницы и глядящий глаза в глаза высоченному «предводителю стальной когорты», вошел в кадат, и сдвинул точку сборки в положение «Смерть». Зрелище, открывшееся при этом «предводителю», изменило цвет его лица с бледного на какой-то синюшный, а в воздухе явственно потянуло дерьмецом.

— Обосрался, — негромко, как бы про себя, констатировал ш'Аран, и тут же рявкнул так, что вздрогнул даже самый дальний солдат, прижатый спиной к входной двери и прикрытый от страшного монстра, в фиолетовом плаще, тремя рядами тел, закованных в броню: — Имя! Звание!! Какого!! Хер — р-ра!!!

— т — т-т… т — т-т — т…

— Что ты мне тут т — т-т — тыкаешь?! — сделал вид, что страшно разозлился ш'Аран, — тебе что?! — отрезать последнее висящее, чтобы ты знал как следует разговаривать с Фиолетовым Офицером Ордена Пчелы!

Видимо угроза так подействовала на «предводителя», что он сумел собрать остатки мужества в кулак и довольно внятно отрапортовать:

— т — т-тер'А — ал — л-лаф… л — л-лейтен — н-ант в — вне — ешней с — страж — жи… п — п-прика — аз д — д-доста — авить н — некого Ш — шэфа на д — до — опрос к г — г-господину т — т-тер'О — о-оно — осу… В — во — от, — он протянул ш'Арану свернутый в трубку лист пергамента, перевязанный широкой лентой и запечатанный сургучной печатью.

Небрежно сорвав печать, ш'Аран пробежал глазами содержимое пергамента и поднял глаза на лейтенанта стражи:

— Тебе известно, что означает приставка «ш» перед именем офицера Ордена Пчелы? — глаза лейтенанта испуганно расширились:

— Я — я н — не з — знал, что это — п — п-приставка — тер'Онос п — п-приказал а — ар — рестовать Шэфа… в п — приказе было н — н-ааписано «Шэф» — он мне п — показал, п — прежде чем зап — п-ечатать…

— Хорошо… допустим… но ты знаешь, что означает приставка «ш» перед именем офицера?

— З — знаю — ф — фиолет — товый о — о-фицер…

— А скажи-ка голубчик, — продолжил ласково ш'Аран, отчего лейтенанту стало еще тоскливее, — тебе известно что бывает за нападение на Пчел? Не говоря уже о старших офицерах?

— Д — да.

— То есть, ты знаешь, что если с нами что-нибудь случится, — тут ш'Аран пренебрежительно хмыкнул, показывая, что такая гипотеза рассматривается как совершенно абстрактная и не имеющая никакого отношения к жизненным реалиям, — то максимум через десятидневку в Хазрет войдет корпус «Справедливость» и проведет дознание среди всех причастных лиц, невзирая на титулы, звания и должности, занимаемые этими лицами?

— Да. — Твердо отозвался лейтенант, осознавший, что на месте его убивать вроде не собираются и от этого немного приободрившийся.

— А ты знаешь, что с причастных к нападению на Пчел сдирают кожу и кидают в соль?

— Д — да.

— А ты знаешь, что вас послали арестовывать Мастера войны Северной обители Ордена Пчелы, имеющего полномочия «Рука Магистра»?.. — от этого известия синее лицо лейтенанта покрылось красными пятнами, сделавшись похожим на «веселенький» ситчик, так любимый девушками за МКАДом.

— Н — н-нет!!! Я — я н — н-не зна — ал!!!

— Верю… подставил вас этот жирный боров, поэтому проваливайте, а тер'Оносу передай… — тут у него из-за спины послышалось покашливание, и ш'Аран закончил: — ничего не передавай.

— Ну что ж, товарищи краснофлотцы, прошу высказываться в порядке, так сказать, старшинства, — Шэф внимательно оглядел своих гвардейцев, сидящих за щедро уставленным столом, и остановил взгляд на ш'Ихе, — давай.

Самым младшим по возрасту из офицеров был ш'Иха, затем следовал ш'Кол, а возглавлял тройку ш'Аран. Надо заметить, что особой дисциплинированностью, до встречи с Шэфом, они не отличались, впрочем как и любые другие Пчелы.

Человек выдержавший курс обучения в Ордене и «дослужившийся» до фиолетового пояса, по определению, не мог быть заурядной натурой, склонной к повиновению и готовой выполнять приказы номинального руководства. Мало ли кого, сдуру, назначат начальником, а ты подчиняйся… — хрен вам в обе руки! Фиолетовый мог повиноваться или более сильному, или более уважаемому.

В начале знакомства, когда Великий Магистр Северной обители представил трем своим гвардейцам их командира на время операции в Хазрете, скептицизма в их глазах не заметил бы только слепой. Шэф им сразу не глянулся — юнец, моложе их, а выражение глаз как у Великого Магистра: старик — стариком. Вообще мутный какой-то… да и откуда взялся непонятно. Ходили какие-то смутные слухи, что он ровесник Магистра, и вообще, чуть ли не вместе с ним пришел в Обитель, но это была явная чушь — Магистр глубокий старик, а этот перец младше их, и туда же — Мастер войны!

Никакого страха ш'Эф им не внушал, хотя за короткое время пребывания в Северной обители он и потрепал много их знакомых и даже друзей, но фиолетовых среди них не было, а уважать его?.. да за что?! — мало ли как он добыл титул Мастера войны — может купил в Центральной обители… больно уж молод для мастера-то…

Резюмируя можно сказать, что гвардейцы Шэфа не знали, не уважали и не боялись… а зря. Убедиться в собственном заблуждении им пришлось в первый же день путешествия, когда дилижанс остановился на ночевку в придорожном трактире. Шэф, прекрасно знавший орденские нравы и норовы, приказал накрыть им ужин не в общем зале, а в отдельном кабинете.