Новобранец. Служба контрмагии (СИ) - Александр Тув

Конечно, каждая Пчела, начиная с голубой — это обязательно, а некоторые вундеркинды и раньше, умела прыгать, но… больно уж внезапно возник этот огненный смерч и слишком уж был силен, и если ш'Эф промедлил хоть одно лишнее мгновение…

— Где вас черти носили столько времени?! — мрачно поинтересовался Шэф, как только они в сопровождении ш'Арана предстали перед его очами.

Ш'Аран в этот день был «дежурным по казарме» и начальственное неудовольствие к нему не относилось, поэтому он из-за плеча Шэфа сделал страшные глаза, нахмурил брови и грозно уставился на товарищей.

— Ты тоже кончай придуриваться, — обломал ему кайф Шэф, — не бойцы, а детский сад какой-то, а Магистр сказал, что вы — лучшие… представляю тогда какие все остальные… — гвардейцы насупились, но доказывать ш'Эфу на словах какие они бойцы было ниже их достоинства — вот будет дело, после и поговорим…

— А кто такие черти? — решил сменить тему ш'Иха, самый молодой и любознательный из гвардейцев.

— Черти — это такие существа, которые носят таких существ, как вы, неизвестно где, в тот момент, когда они нужны начальству! — доходчиво объяснил Шэф, и напоследок грозно добавил: — Ферштейн!? — в ответ гвардейцы, съежившиеся под его тяжелым взглядом, согласно покивали — мол, ферштейн… а как же иначе — конечно ферштейн! Про детский сад они, не сговариваясь, решили не спрашивать — ну его нафиг этот сад.

Дурное настроение Шэфа было вполне объяснимо: во — первых — это был отходняк от прыжка. Бесплатным, как все знают, бывает только сыр в мышеловке, за все остальное приходится платить: не так, так этак, не деньгами, так натурой, не свободой, так энергией, а прыжки — очень энергоемкое занятие и даром для организма не проходят, после прыжка надо восстанавливаться.

Конечно, Шэф был отличный прыгун — опытный, тренированный и прыгать научился тьму лет тому назад — ведь чтобы получить даже голубой пояс надо было на Испытании сделать смертельный прыжок — это когда или неминуемая смерть, или ты сумеешь прыгнуть… Испытание не было обязательным, не хочешь — оставайся на всю жизнь зеленым.

Больше того — Шэф был одним из очень немногих, как магов, так и Пчел, кто умел выполнять длинный прыжок — из любой точки в заранее заданную. Жаль только, что количество финишных точек было ограничено — у Шэфа девять. Сколько у других, неизвестно — каждый из дальних прыгунов хранил это в тайне.

Было бы не так обидно, если бы девять финишных точек были для каждого мира, но нет — девять на все: хочешь все в одном мире, хочешь в девяти по одной — твое дело, но — только девять, на всё про всё!

На Маргеланде финишных точек у Шэфа не было — прыжок был смертельный — это хорошо, что он сразу углядел куклу и тут же прыгнул, не теряя ни мгновения, иначе…

А во — вторых, и это было прямое следствие во — первых, гадкое настроение было вызвано ошеломлением от того с кем, а вернее с чем, он встретился в «Золотом люксе». А встретился он там ни много ни мало с тетрархской куклой, которые использовались там лет сорок назад всякими террористическими организациями.

Их производство было поставлено на поток, потому что исходный материал, необходимый для создания куклы, был очень дешев — человек. Этого добра везде завались. Никакие фанатики — смертники, все же являющиеся штучным товаром, не требовались — годилась любая тушка.

Технология производства была следующая: сначала на «мозголоме» человека превращали в «растение», умеющее только есть, пить и испражняться; затем в брюшную полость вшивали активатор.

Активатор был самой сложной и дорогой деталью всего проекта «Роддом». Его назначение было… нет, не так, начнем с другого конца — что такое человеческое тело? Нет, не в том смысле, что это храм духа и т. д., а в более научном и, так сказать, приземленном смысле?

Так вот, человеческое тело — это сложнейшая электро — био — химическая фабрика, или лаборатория — термины не суть важны. И активатор, запуская в нужный момент всякие хитрые процессы, не предусмотренные природой, превращал эту фабрику, или лабораторию, в очень мощную бомбу. Если кто позабыл: E=mc2, так что бомбу можно было сделать ого — го — го!

Ну и последний этап — программирование «куклы». Снова на «мозголом» — там запускалась специальная программа, внедряющая поисковый образ, который мог быть каким угодно: время; конкретный человек; географическая точка; компактная группа людей, численность которой превышала пороговое значение — короче говоря — все что душе угодно!

Ну, а дальше совсем просто — «куклу» доставляли в нужное место, она захватывала цель, и вперед! Последние модификации имели боевой радиус до десяти километров — ну, это в том случае, когда цель была стационарной, выслеживать людей «куклы» так и не научились, к счастью.

Шэф был далек от мысли, что кто-то протащил куклу через дверь. Ее сделал здесь кто-то, располагающий очень непростыми технологиями создания и программирования кукол, и сделал ее именно для Шэфа, и это не был Эркель… скорее всего.

Хотя мог быть и он… если кто-то научил его делать кукол — для мага его уровня это задача сложная, очень трудоемкая без тетрархских инструментов, чипов и высокомолекулярных полимеров, но… теоретически выполнимая. В принципе, все технологические ухищрения, используемые на Тетрархе, и недоступные на Маргеланде, можно заменить магией, если знать как…

От этих размышлений Шэфа оторвал ш'Аран:

— Ш'Эф, здание окружают…

— Кто!?

— Городская стража, не меньше сотни.

— Это за мной… арестовывать пришли, ур — роды… Так… ты в броне… — остальным одеть броню! и сверху парадные плащи — пусть видят с — суки на кого пасть открыли… продержи их в прихожей пару аратов, ни в коем случае не пропускай… и, главное — не дай им дотронуться до багажа! Если что — мочим всех, потом отмажемся! А вообще попытайся запугать, и понаглее… Все! Выполнять!

Металлическая волна с грохотом выбила входную дверь «Русалки» и с лязгом раскатилась по первому этажу маленькой гостиницы. Ее яростная энергия была такова, что казалось нет силы способной остановить эту железную мощь, ощетинившуюся мечами, копьями и взведенными арбалетами. Тем неожиданнее был эффект от появления на лестнице одинокой, закованной в гибкую сталь «драконьего» доспеха, фигуры, в фиолетовом плаще, украшенном золотой пчелой.