Попаданец на максималках 1 - Тампио

Но такова политика, уважаемый. Надеюсь, что вы дали понять заинтересованным лицам, что данная война с германскими фюрстами будет последней, в которой Империя принимает участие?

— Да, Ваше Высочие, и мы все сожалеем, что вы не родились на пару лет раньше. Не выпить ли нам за будущий долгий мир на восточных германских землях?

— Почему бы и нет!

Мы посидели немного, и я засобирался в обратную дорогу.

— Если всё-таки услышите что о соотечественниках и не только, желающих поработать здесь, то не забудьте обо мне.

— Я буду помнить, принц...

Хмм... Этот франк даже соврать красиво не соизволил. Скучные и педантичные люди, эти германцы.

Ага, ну да, конечно — удивительная русская фраза, состоящая из тройного утверждения, на самом деле означающая отрицание. Ни в одном языке мира, скорее всего, нет ничего подобного. Кто докопается до причины, побудившую наш народ придумать её, тот поймёт загадочную русскую душу.

Нет, принц, никто не приедет в ближайшие годы из германских княжеств. Да и далёкая Франкия будет смотреть на Россию с ещё большим подозрением. Вот уж подгадили нам клятые ляхи, так подгадили! Не удивлюсь, что потом они ещё и слухи начнут распускать, что не хотели ни на кого нападать. Что это бешеный русский медведь принудил белых и пушистых цивилизованных европейцев напасть на своих миролюбивых соседей. Ладно, если получится сокрушить Жемайтию, то можно будет и не особенно плакаться о потери связей с германцами, так как появятся свои порты на Балтике, а тогда и с англичанами, и прочими датчанами можно будет самостоятельно торговать. На немцах свет клином не сошёлся, но всё равно, обидно.

Правда, в любой плохой ситуации можно постараться найти что-то хорошее. Если ляхи с нашей помощью победят немцев, то это подаст повод другим европейским монархам по-новому взглянуть на существующий расклад сил. Кто знает, может лет через сто от множества германских княжеств останется лишь незначительная кучка. Всё может быть.

Не исключено, что в таком случае, прежние обиды будут забыты, и российские южные губернии заселят потомки нынешних бюргеров, которые не захотят мириться с захватом своих земель, и решат начать новую жизнь вдали от постоянных войн. Хотя, почему я так зациклился на немцах? Лишь потому, что Екатерина Вторая их пригласила? Почему, к примеру, не пригласить арелатцев или португальцев?

Любое сконцентрированное заселение пустующих земель выходцами из одной лишь страны в будущем может грозить определёнными осложнениями. Те же поволжские немцы, тоже были не сахар, а вот окажишь там, к примеру, ещё и итальянцы, то пришлось бы им активнее учить русский язык, что уменьшило бы ксенофобию.

Когда приехал во дворец, то детей развлекали уже как час. В отличие от городской ёлки, здесь было именно новогоднее представление с Дедом Морозом, который рассказывал о своей жизни, как добирался из своего снежного ледяного дома и кто повстречался ему на пути. Помогала ему Снегурочка, — персонаж совсем непонятный для этого мира. (Впрочем, и в моём прежнем, как помнится, её придумала советская власть.) Изредка этот рассказ прерывался кратковременными появлениями разных там леших и домовых, перебивающими речь Деда и строящими уморительные рожицы. Видно, что потраченные деньги отрабатывались по полной и, можно сказать, от души. Оно и понятно, поскольку задействованы были театральные актёры.

Интересно, что детишки, несмотря на малый возраст, сказочных персонажей восприняли хорошо. Лишь совсем уж маленькие было расплакались, но их быстро отвлекли специально нанятые для этого люди, дабы не портить остальным праздник. Ну а когда Дед Мороз со Снегурочкой начали подарки выдавать, то радости были полные штаны. Надо было лишь следить, чтобы наиболее ушлые второй раз не подходили. Ругать их за это смысла нет. Здесь тоже каждый сам за себя.

Конечно же, я не мог обойти Фёклу.

— Я уже получила подарок от Деда Мороза! — радостно сообщила она. — Я раньше думала, что он злющий-презлющий, потому что люди от холода замерзают, но теперь я его не боюсь.

«Какая же она ещё дитя!» — подумал я, протягивая девочке серебряное колечко.

— О! — только и могла изумиться подарку дочь кухарки.

— Носи его и вспоминай обо мне, — улыбнулся я. — Когда ты подрастёшь, то у тебя может быть много колец, даже золотых, но первое из них подарил тебе я.

Вышло напыщенно, наверное. Ничего. Нас всё равно никто не слышит.

Фёкла взяла кольцо и сразу его примерила.

— Я не смогу его носить всегда. Поварята увидят и отнимут когда-нибудь.

— Носи, когда не работаешь на кухне, — не подумав ответил я.

Когда эта девочка не работает на кухне? Да она почти всё время там проводит. Нет, не получилось у меня начать важный разговор с твоим дедом. Слишком он помешан на древности своего рода, чистоте крови, чтобы только лишь предположить, что дочь кухарки может носить его фамилию... Может его сын, когда настанет время принять титул, окажется более сговорчивым. Он уже не молодой, и если не убьют на войне, то... Ладно, поживём — увидим.

Следующий подарок я, чуть краснее, вручил Марфе. Женщина тоже вспыхнула, но взяла. Посмотрела на цепочку и серёжки, улыбнулась, и потянулась было поцеловать, но осеклась, присела в поклоне и быстро ушла. Ну и хорошо, мне и самому неудобно. Вроде как воспользовался положением, а ей пришлось согласиться.

Последними подарки получили лейб-гвардейцы. Я прошёлся перед строем, поздравил с окончанием непростого года, и пожелал достойной службы в грядущем. Немногочисленным офицерам вручил по золотому кольцу с моей монограммой. Сержантам и рядовым — серебряные. Юнги получили медные, конечно. Всё, раздача слонов закончилась, ещё раз я поблагодарил за службу. Теперь можно идти во дворец, раз дел никаких больше нет.

— Довольны? — матушка смотрела на меня изучающим взглядом. — Доставили детишкам радости?

— Вполне! — кратко ответил я, подозревая, что разговор всё равно пойдёт по намеченному императрицей плану.

— Взрослеете, сын. Вот и нам даже подарок прислали.