Когда подует ветер - Анна Туренко

Но сама Эльвира отрицательно замотала головой.

– Нет, нет. Я на минутку. Мне только нужно поговорить с тобой, Томас.

– Если в том же духе, что и утром, то лучше не надо, Эля, – угрюмо ответил парень.

– Нет. Не в том. Я хотела…

– Ну, хорошо. Идем ко мне в комнату.

Томас отдал своей маленькой сестренке, купленные по дороге пирожные. И та расцеловала его за это. Потом они с Элей пересекли фойе и зашли в комнату парня.

Томас устало опустился на кровать. Эльвира села рядом с ним и проговорила:

– Томас, я хотела отдать тебе твои очки…

– Только и всего? Не стоило утруждаться.

– Подожди. Не сердись на меня. Я приехала, конечно, не только за этим. Я хочу попросить у тебя прощение за сегодняшнее поведение. Я не должна была вести себя так. Обзывать тебя. Но я сама не знаю, что творится со мной в последнее время. Я какая-то дерганная, нервная, просто невыносимая.

Девушка смотрела на него жалобно. И на глаза ее навернулись слезы. Томас не мог вынести этого.

– Не надо, Эля. Не плачь.

– Ах, Томас, какая же я дура. Злюсь на тебя ни за что. Что со мной?

Он осторожно обнял ее за плечи. Он впервые позволил себе такую ласку и от этого сердце его учащенно забилось.

– Эля… Элечка… – зашептал он, – не плачь. Я уже не сержусь на тебя. Ты ни в чем не виновата. Это все я. Я, чурбан неотесанный. Ты была права. Витаю где-то в заоблачных далях… ищу что-то.… А ты… ты, вот она ты.… Здесь… рядом…

Он не мог сдержать свой порыв. Возбуждение накатывало у него внутри снежным комом. Он дрожащими руками крепко прижал к себе девушку и замер так. Эля впервые узнала сильную нежность его рук. Голова у нее кружилась. Она грудью ощущала как сильно бьется у парня сердце.

Потом они очнулись. Томас отстранился от нее и густо покраснев, прошептал:

– Прости меня… Я, наверное, не должен был…

Эля хотела крикнуть ему: «Да, за что прости?! Чего не должен был?! Глупый! Так было здорово!»

Но она сдержалась. Она не имела права опять кричать на него. Иначе они рискуют опять поссориться. Эля взяла себя в руки и, поднявшись с кровати, нетвердым шагом направилась к двери.

– Я пойду, Томас. Встретимся завтра. Вы ведь собираетесь обратно к кораблю?

– Собираемся. Я заеду за тобой. Хорошо?

Он подошел к ней. Эля увидела на себе его пристальный взгляд и смутившись, прижалась спиной к двери. Он медленно оглядел всю ее… и взгляд его остановился на очках.

– Ты хотела отдать мне их.

– Да. Конечно. Ношу уже два дня… и все забываю…

Она не успела договорить, как вдруг замолкла, увидев движение его руки к своей груди. Томас медленным движением отцепил очки от выреза ее платья, сам глядя только в эту манящую глубину. Эля учащенно задышала, ощущая его едва уловимые прикосновения. Но потом, все же, застыдившись этого, она надавила спиной на дверь и выскользнула из комнаты.

Томас остался один и вне себя ударил кулаком по этой самой двери.

– Идиот! Ну, чего тебе еще нужно?! Вот же она… Любящая и желающая.…Зачем создавать лишние проблемы?!

Он действительно не мог понять, что ему мешает? Почему он не может отдаться своему зарождающемуся чувству до конца? Как будто что-то держит его, останавливает. И всегда так невовремя…

Он отошел к окну. Небо было уже сумеречным. Загорались первые звезды. Он смотрел на них. Как они были далеки.… Неужели возможно преодолеть такое расстояние? А что там? Загадка. Неизвестность. Такая манящая. И такая таинственная.

На другой день Эльвире и Кетни довелось узнать все, что обнаружили вчера ребята. Они наперебой рассказывали и показывали все девочкам. Правда Кетни знала немного больше Эли, потому что её просветил вечером Серге. Ребята проговорились, что говорили вчера до полуночи. Ну, а о том, что были не только разговоры, друзья догадались без лишних слов. Сегодня Серге и Кетни были какие-то особенные. Без конца переглядывались и улыбались друг другу. Кетни успела поделиться с Элей новостью: Серге признался ей в любви. Они даже целовались с ним. И теперь будут дружить. Эля по-доброму завидовала подруге. У них с Томасом вчера тоже был шанс сблизиться, и если бы это произошло, она была бы сейчас такая же счастливая.

Эльвира смотрела на шары-экраны, которые включали перед ней ребята, расширенными от удивления глазами. А Томас тихонько сидел в стороне и наблюдал за нею. В один из моментов она подняла на него глаза.

– Но почему, Томас, ты мне вчера об этом ничего не рассказал?

Он добродушно улыбнулся.

– Когда, Элечка? У нас вчера не было времени для подобных разговоров.

Эльвира тоже улыбнулась ему. Ребята изумленно переглянулись.

– Как? И вы тоже встречались вчера вечером? – спросил Энтони. – Ну, вы даете! Это что же, я один остаюсь не у дел? Бросаете меня.

Эльвира потрепала его по густой кудрявой шевелюре.

– Ну, что ты, Тони. Никто тебя не бросает. Мы, как были, так и останемся друзьями.

– Какие с вас теперь друзья. Расстройство одно, да и только.

Ребята смеялись над его ворчанием.

А потом, разглядывая пульт управления, Эльвира случайно нажала на какую-то кнопку, бывшую у нее прямо под руками. И неожиданно огромное пространство в серой стене, прямо перед пультом, пришло в движение. Оно начало разъезжаться и через несколько секунд открыло огромный иллюминатор. Снаружи с корабля посыпался железный лом, который прикрывал его. Он даже в нескольких местах поцарапали толстенное стекло иллюминатора, открывающегося перед ними. Ребята так и ахнули. Вот оно! Чудо свершилось! Можно было подниматься в стратосферу прямо сейчас! У Томаса даже сердце быстрее стало биться от предвкушения этого близящегося и пока еще невероятного события.

Стекло было очень толстое, и ребята все бросились к нему чтобы потрогать.

– Потрясающе! – воскликнула Эля.

– Колоссально! – вторила ей Кетни.

Несколько минут ребята разглядывали иллюминатор и лицезрели свою свалку изнутри корабля. Но потом Томас все же опомнился и нажал второй раз кнопку. Створки иллюминатора стали медленно съезжаться.

– Извините, – проговорил он, – но безопасность прежде всего. Нас могут обнаружить.

Ребята сожалели, что чудо закончилось, но были с ним согласны.

И тут высказался Кирк. Он больше не мог ждать.

– Сами вчера говорили, что корабль уже возможно обнаружен. Так, что вы решили? Летим?

Эля удивленно посмотрела на него.

– Как летим? Куда летим? На корабле, что ли?

– Ну, да. Чего ты удивляешься? Мы с ребятами еще вчера решили, что полетим в космос.

– Куда? Да вы что?! В своем ли уме? Лететь на космическом корабле, толком не зная его управления?! И куда? Не больше, не меньше – в космос! Я, наверное, сплю и мне все это снится!

– Эля, пожалуйста, не нужно так волноваться, – проговорил Томас. – Ну, пусть мы все здесь спятили. Считай, как хочешь. Но мы должны попытаться увезти отсюда корабль. И мы должны вернуть и его, и труп бедного инопланетянина на родину. Согласись, он достоин того, чтобы быть похороненным в родной земле.

– Нет, Томас. Я не верю, что это говоришь мне ты. Ребята, опомнитесь. До чего вы уже дошутились?

Она беспомощно оглянулась на молчавших друзей. Никто не смотрел на нее. Всем было стыдно от того, что она была во всем права. Она – единственное разумное существо в их компании. Остальные спятили, заразившись бредовой идеей – побывать в космосе.

А может, она не такая уж и разумная? Может быть, это срабатывает в ней инстинкт сохранения только что начинающей любить женщины? Ведь как только эти глаза, цвета грозового неба перед дождем, устремят свой взор в глубины космоса… он больше не будет принадлежать ей… Эльвира бессознательно предчувствовала это? Поэтому что есть силы и хотела остановить друзей?

– Кетни, а ты что же молчишь? – воскликнула она.

Девушка помялась немного, а потом, виновато переглянувшись с Серге, проговорила:

– Элечка, ты прости меня. Но я еще вчера знала о решении ребят. Серге мне сказал. И он… убедил меня. Только ты не смотри на меня как на сумасшедшую. Лучше послушай меня. Понимаешь, если мы не увезем отсюда корабль, мы ведь потеряем его. Не сегодня, завтра сюда за ним приедут военные из Пентагона. И тогда все. Прощай сказка. Прощай мечта. Ну, ты ведь тоже не хочешь потерять его? Такую классную машину.

– Не хочу, конечно, – ответила Эля. – Но, Кетни, это безумие – лететь в космос. Тем более, на другую планету. Да мы ведь даже не знаем где она находится.

Тут Томас не выдержал. Он больше не мог слушать ее отговорки.

– Вот что! – проговорил он строго. – Как мы будем управляться с кораблем и как найдем правильный курс, это уже не твоя забота, Эля. От тебя требуется одно – согласие лететь с нами. Ну, прошу тебя.

– Но это же опасно, Томас, – без сил простонала Эля.

– А ты хотя бы немножко доверяешь мне? Неужели ты думаешь, что я смог бы рисковать тобой? Или всеми своими друзьями? Я уверен, что нам ничего не угрожает. Я чувствую это и чувствую этот корабль. Наверное, понимаю его, как не странно это звучит. Главное, чтобы он был исправен после такого падения. Если его двигатели в порядке, то опасаться нечего.