Одна ночь в пустыне Святой Горы - Иерофей Влахос

— Помолитесь, чтобы я стал дитятей или безумцем!

Есть моменты, когда не можешь молиться вообще, когда немеешь; тогда чувствуешь необходимость лишь просить молитв и благословения. Это переживаешь на Горе — не молишься, но просишь молитв.

— Благословите.

— Господь благословит, — отвечают тебе.

Не добрый день, добрый вечер, доброй ночи. Почти единственными в своем роде иными вариантами являются: Доброго терпения, бодрствования, доброго рая, доброго конца…

В те минуты, когда я просил благословения и вкушал сладчайший лукум, я говорил про себя: Долгих лет жизни старцу! Живи, чтобы жили и мы, грешные…

Воцарилось глубокое молчание. Было ясно, что старец творил Иисусову молитву. Казалось, он находился в божественном плену. Мне было весьма трудно заговорить. Однако необходимо.

— Отче, побеспокою Вас и продолжу. Знаю, что мое присутствие некоторым образом чуждо этой среде. Я паразит, который осложняет Вашу жизнь и…

— Нет, нет, не говори так, ибо мы принимаем вас, как наших братьев, живущих в миру, подвизающихся добрым подвигом и имеющих благодать от Господа.

— Как можно сравнивать нашу благодать с вашей?

— Тем не менее вы имеете большую благодать, нежели мы, ибо, где умножилось беззаконие, преизобилует благодать (Рим. 5, 20). Господь изливает на вас большую милость, чтобы удержать вас в своей любви. Вас больше любит Господь.

— Воспринимаю это как выражение Вашего смирения, — сказал я, побежденный его любовью и смирением. — Однако хочу вернуться к тому, о чем мы вели беседу ранее. Вы указали на возгревание сердца. На то, что оно бывает при мысли об аде, рае, своей греховности и тому подобное. Не создает ли это проблемы? Ведь до того вы говорили, что нам нужно творить молитву без образов. Ум должен быть нерассеянным. Не помешают ли такие мысли чистоте молитвы?

— Прежде всего хочу подчеркнуть, что они не являются мыслями… просто мыслями. Это не образная, но умная деятельность. Мы не просто размышляем. Мы живем. Например, размышляя как-то об аде и о том, что он — самое подходящее место для меня по причине бесчисленных моих грехов, я оказался в том беспросветном мраке. Я испытал его невыносимую тяжесть и непередаваемое страдание. Когда же я пришел в себя, вся моя келлия издавала зловоние… Вы не можете понять адского смрада и муки осуждения…

Я все более сознавал, что нахожусь подле святого старца, который держит свой ум в аде. Не хотелось прерывать его просьбой дать объяснение…

— Возгревание при посредстве таких мыслей совершается до молитвы. Ибо, когда начинается в теплоте сердечной молитва, возбраняется любая мысль на такие темы, и мы стараемся свести ум и сердце в слова молитвы. Таким образом достигается безобразность, о которой столько говорили отцы. Ум характеризуется отсутствием привидений и мечтаний.

Внутренняя молитва — подвиг. Она укрепляет верующего в его борьбе с диаволом, вместе с тем сама являясь скорбной и кровопролитной борьбой. Мы стараемся сосредоточить ум в слова молитвы, чтобы сделать его немым и безгласным при каждой мысли (все равно, благой ли или злой), которую приносит нам лукавый, т. е. чтобы не прислушиваться к идущим извне помыслам и не отвечать на них. Нужно совершенно пренебречь помыслами и не желать собеседования с ними, любым способом достичь полного безгласия ума, поскольку только так можно сохранить душу в безмя тежии, так что молитва будет действовать эффсктивно Известно, что из ума мысли направляются к сердце и тревожат его. Встревоженный ум треножит и дуиц Подобно тому, как ветер подымает волны на море, вихрь мыслей вздымает бурю и душе. Для внутренней молитвы необходимо внимание. Вот почему отцы говорят о соединении поста и молитвы. Пост держит ум в постоянном бодрствовании и готовности на всякое благое дело, молитва же привлекает Божественную благодать.

Для того, чтобы молитва была внимательной, мы используем различные средства.

Прежде чем приступить к священному труду — молитве, будем иметь в виду, что на всем ее протяжении от нас требуются горячее желание и надежда с верой, полная самоотдача и безграничное терпение, связанное с упованием на любовь Божию. Начинаем с Благословен Бог… Читаем Царю Небесный…, Трисвятое. Затем с сокрушением и умилением произносим 50-й псалом (покаянный) и непосредственно за ним Верую. В это время стараемся сохранить ум в тишине и безмолвии. Возгреваем сердце различными мыслями без образов, о чем говорилось ранее; когда же оно согреется и мы, возможно, прольем слезы, начнем Иисусову молитву. Медленно проговариваем слова, стремясь к тому, чтобы ум не рассеивался и следил за ходом слов. Нужно, чтобы они следовали" друг за другом и между

ними не вклинивались помыслы и события. После помилуй мя тотчас начинаем Господи Иисусе Христе…; образуется некий круг и устраняется вмешательство диавола. Нужно знать, что диавол любым способом стремится разорвать связность слов и проникнуть в ум и сердце. Стремится отворить малую щель, подложить бомбу (помысл) и отбросить все святые усилия. Нам нельзя позволить ему сделать это… Будем проговаривать Иисусову молитву громко (устами), чтобы внимало и ухо, тем самым и ум получит помощь и станет более внимательным. Другой путь — неспеша произносить молитву умом или сердцем и после помилуй мя немного подождать, пока не ослабнет внимание, после чего вновь начинать с самого начала молитву. В тех случаях, когда для возгревания сердца мы прибегаем к мыслям о своей греховности, хорошо было бы добавлять слово грешнаго, как советуют отцы. То есть: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго. Благодаря этому мы подчеркиваем то, что чувствуем. Однако, если ум утомляется проговаривать всю молитву, ее следует сократить: Господи Иисусе Христе, помилуй мя; или же: Господи, помилуй мя; или: Господи Иисусе. Также, когда христианин преуспеет в творении молитвы, слова можно сократить. Иногда останавливаются на слове Иисусе, которое повторяют непрерывно (Иисусе, Иисусе, Иисусе, Иисусе мой), и тогда волна умиротворения и благодати охватит тебя. Нужно пребывать в этой сладости, которая явится тебе, и не прерывать молитву. Даже для совершения положенного тебе правила. Удержи эту теплоту сердечную и воспользуйся даром Божиим. Ибо речь идет о великом даре, который Бог послал свыше. Эта теплота окончательно поможет приковать ум к словам молитвы, сойти в сердце и оставаться там. Если кто-либо захочет весь день посвятить молитве, пусть послушает совет святых отцов: какое-то время молиться, какое-то читать и затем вновь посвятить себя молитве. Также, когда занимаемся рукоделием, постараемся читать молитву.

…Между прочим, помощь делателю молитвы оказывает соответствующее положение тела. При многочасовых молитвах отцы рекомендуют сесть на скамейку, закрыть глаза или устремить их на устойчивую точку, предпочтительнее на грудь — место, где находится сердце. Святой Григорий Палама приводит пример пророка Илии, который, как говорит Священное Писание, взошел на верх Кармила, и наклонился к земле, и положил лице свое между коленами своими, и таким образом упразднил засуху. И оставался там, и небо стало мрачно от туч и от ветра, и пошел большой дождь (I Цар. 18, 42–45). Вот так, отец мой, по молитве в этом положении пророк отверз небо. Подобно и мы открываем Небо, и потоки Божественной благодати сходят в наше сухое сердце.

Позднее я прочитал приведенное место из сочинения святого Григория Паламы, на которое указал мне старец. Философ Варлаам иронично называл исихастов имеющими душу в пупке, а святой Григорий Богоносец, защищая их позицию и деятельность, ответил И сей совершенный в Боговидении Илия, преклонив голову к коленям и тем самым с большим напряжением собрав ум в себе и в Боге, разрешил многолетнюю засуху". Святой отец-созерцатель рекомендует в качестве хорошего вспомогательного средства также фиксацию глаз: Не переводи взгляд с места на место, но сосредоточь его на какой-либо опорной точке — на груди или пупке; благодаря такому положению тела рассеивающаяся во вне через зрение сила ума возвратится внутрь сердца.

— Кроме того, — продолжал старец, — место играет важную роль. Оно должно давать безмолвие и обеспечивать внешнее спокойствие. Необходимо также соответствующее время. После рабочего дня ум обычно отвлекается на многие предметы, поэтому отцы рекомендуют упражняться в умной молитве, главным образом, утром, в течение часа или двух до восхода солнца, когда ум бодр и нерассеян и тело получило отдых. Тогда пожинаем богатые плоды.

— Если же, отче, ум рассеивается и я вижу, что это случается часто, какой метод можно использовать, чтобы его собрать?