Северная невеста (СИ) - Катерина Полянская (Фиалкина)

— Она считает тебя чокнутым.

Голос, громкий и насмешливый, раздался неожиданно, даже слух напрягать не пришлось.

— Спасибо, дядюшка, удружил!

Последовала короткая пауза.

Я пристроилась у стеночки и затаила дыхание. Слышимость здесь отменная! Если вдруг заловят, скажу, служанку искала. Нирван и в самом деле как ушел за кружкой чаю, так до сих пор и не появлялся.

— Кхм… Арл, мальчик мой, а это точно ты?

Наследник весело хохотнул.

— Я, дядюшка, я! Только уставший, как собака, и злой, как стая инеевых волков. И еще есть хочется… — последнее признание вышло несколько смущенным.

— Не удивительно, мой дорогой льер. С пробуждением сущности тебе приходится есть за двоих.

Пришлось больно закусить губу, чтобы не хихикнуть. Есть за двоих? Помню, матушке такое говорили, когда она в интересном положении была.

Что там у нас насчет сущности?…

— А жизненных сил этот засранец тянет за десятерых, — посетовал мой будущий супруг. Если, конечно, дойдет дело до свадьбы, в чем я все больше сомневаюсь… — Дядюшка, вы случайно еще не придумали, как от него избавиться? Еще несколько дней с его поминутными едкими замечаниями, и я правда свихнусь! Не один менталист не восстановит.

Ривел испустил свистящий вздох, вслед за чем мне удалось расслышать звук шагов. Нервничает!

— Будь спокоен, я работаю над этим.

Теперь уже вздыхал Арлит.

— Надеюсь на благоприятный исход вашей работы. И да, вам ведь не нужно объяснять, почему я не могу связать себя узами брака, по крайней мере, пока все не утрясется? И на службу вернуться тоже не смогу.

Видеть сквозь стены я, увы, пока не научилась, но готова поклясться, Хранитель вот как раз сейчас прекратил мерить шагами комнату и кивнул.

— Не думай об этом, Арл. Я решу проблему, как только мы доберемся до Дома. Кстати, ты бы не мог предположить, что именно стало причиной такой резкой потери контроля над сущностью?

Наследник ответил отрицательно, и началось долгое и методичное переливание из пустого в порожнее. Я мало что поняла, да и не особо вслушивалась. Доза информации уже получена, теперь надо ее переварить, разложить по полочкам и подумать, как можно использовать полученные сведения. Ох, чую, погибла во мне великая интриганка!

С этими мыслями я и отправилась обратно в выделенную мне комнату.

В целях безопасности поселили меня со служанками. Нирван, конечно, смущался, но что поделаешь? Конспирация требует жертв! Надо бы теперь придумать, как бы без лишних потрясений превратить Ниру в Нирвана, а то, чую, замучается он от кавалеров отбиваться.

Планируя ближайшее будущее, я добрела до спальни, выпила принесенный наконец чай с медом, после чего завернулась в шерстяной плед и уселась на подоконник. Оглядела мирно посапывающих Виду с Нирваном и поняла, что последовать их примеру не получится. Мысли требовали срочно навести в них порядок.

Погасила свечу и нырнула в раздумья.

Итак, что мы имеем?

Меня, девицу примерно двадцати лет отроду, ничем особенным не выделяющуюся. Разве только сообразительностью да рассудительностью, но не исключено, что и здесь я себе льщу.

А еще у меня жених имеется — личность крайне загадочная, хоть и привлекательная. То есть, две личности, если я все верно поняла. И это внушает опасения… Как и то, что мне почему-то совсем не хочется, чтобы самые жуткие домыслы подтвердились, и появилась причина отказаться от брака. Последнее, пожалуй, смотрится глупее всего.

Задачку о сосуществовании в одном теле двух сущностей мой уставший мозг решить не успел. Дрема окутала сознание, безжалостно растолкав по углам все мысли. Кажется, даже обрывки сна видела… в ледяном замке кружилась в танце с сероглазым Арлитом… летала в вихре снежинок, каталась в санях, запряженных белоснежными медведями.

Потом снова появился Он.

— Свалишься, — вздохнул Арл и аккуратно вернул съехавшую меня на подоконник.

Я сморгнула остатки сна и любопытно заглянула в льдисто-серые глаза.

— Ты мне не кажешься? — спросонья голос звучал хрипло.

Помню, было уже такое, когда глаза жениха вдруг приобрели серебристый оттенок. Всего на миг, но я его поймала. И вряд ли уже смогу забыть, хоть до сих пор не уверена, что это не бред моего воспаленного событиями последних дней воображения. И только интуиция чуть слышно нашептывает — все правда.

И вот опять!

— Нет, — с легкой улыбкой качнул светловолосой головой незнакомец. Назвать его Арлитом у меня мысли не поворачиваются, хотя язык спокойно именовал сущность чужим именем.

Подтвердил! Вздохнула и впилась взглядом в ставший привычным облик. Запомнить, не ошибиться, узнать!

— Странно, что ты научилась различать так быстро… — теперь он выглядел растерянным и сбитым с толку.

Неужели мне первой оказался по силам сей подвиг?

— Это легко, — вернула ему улыбку и, протянув руку, коснулась кончиками пальцев прохладной, чуть шершавой щеки. — У тебя глаза серые и щетина.

Последнее тоже могло служить доказательством. Арл — маг, по слухам, не из последних. А у магов борода не растет, так же, как усы и волосы на руках, ногах и прочих частях тела, которые знатные господа предпочитают сохранять чистыми. Светлые боги, да это даже детям известно!

Тогда почему мой собеседник в данный момент имеет столь вытянутую физиономию? И главное — если этот некто не обладает даром, то как он исхитрился занять чужое тело? Мои мысли снова поползли в направлении раздвоения личности.

— Быть того не может! — отошел от шока льер. А заодно и от меня резко отпрянул.

— Еще как может! — усмехнулась в ответ и с усилием подавила совершенно детское желание показать язык. — Не веришь — сам в зеркало посмотри.

Он последовал умному совету и довольно долго гипнотизировал взглядом свое отражение. Точно знакомился. Разве что руку не протянул и не представился по всей форме.

— Ничего себе, — выдавил наконец. — Как ты это делаешь?

М? Он сейчас, простите, о чем?

— Я?! — голос предательски сорвался, и я в ужасе оглянулась на спящих слуг. Не хватало только их перебудить!

Но нет, дыхание моих «дам» оставалось размеренным.

— Ты, дорогая, ты, — подтвердил ночной гость и уселся у подоконника, прямо на пол.

Я хотела как-то одернуть его, но даже рта открыть не успела, как сильные руки мягко обхватили мои ноги и притянули ближе, устроив на широком плече. Да что он себе позволяет?! И снова возмущение осталось без звукового сопровождения: к разгоряченной со сна коже прижалась прохладная щека. Щекотное дыхание мурашками поднималось от коленки вверх по бедру, только до половины прикрытому задравшейся ночной рубашкой.