Вождь. «Мы пойдем другим путем!» - Михаил Ланцов

— Вот как? Я не знала о том об этом.

— Владимир очень просил не придавать огласке его участие в данном деле. Опасается, что из-за настроений в офицерской среде это испортит ему карьеру.

— Хм… любопытно. А что с делом железных дорог?

— Так он тоже первым забил тревогу и пришел ко мне. Случайно выяснил что молодежь опять бомбами балуется и донес. Кроме того, высказал опасения происхождения аварии по халатности. Я проверил его слова и сразу в Тавриду направился.

— И встретили нас в пути.

— Я не мог докладывать Его Императорскому Величеству непроверенные донесения.

— Чем он сейчас занимается?

— Вахтенный офицер на крейсере 'Память Азова'.

— Вот как? — Брови Императрицы выгнулись в удивлении. — Это вы постарались?

— Так точно. Мне показалось, что такой преданный трону офицер сможет быть очень полезен в предстоящем походе.

— Однако, как офицер он не очень опытен. Едва закончил училище. Вы в нем уверены?

— Юноша со всей ответственностью подошел к своим обязанностям. Командир рекомендует его исключительно положительно. Мало того, мне стало известно, что Владимир, тайно потратил больше пяти тысяч рублей из своих личных сбережений на ускорение работ по введению в строй крейсера. Радеет за дело. Гоняет и тренирует матросов. Уже сейчас многие приписанные к крейсеру матросы недурно подготовлены. Много лучше, чем по флоту. Также, в свободное время подтягивает им чтение, письмо, счет, объясняет устройство и назначение механизмов.

— Его деятельность как-нибудь сказалась на темпах достройки?

— По оценкам представителей Балтийского завода, высоко оценивших деятельность мичмана Ульянова, его усилия позволят сдать крейсер казне на полтора-два месяца раньше без дополнительных затрат. Кроме того, порядка стало больше.

— Этот мичман… он стал проявлять рвение только когда узнал об особой миссии этого крейсера?

— Никак нет. С первых дней. А зачислили его туда еще осенью минувшего года. Я пообщался с офицером, осуществлявшим распределение. Тот говорит, что Владимир очень расстроился, когда узнал о назначении.

— Вот даже как? Почему?

— Не хотел сидеть на берегу. С этим, вероятно, и связаны его усилия по ускорению ввода в эксплуатацию крейсера. В том числе и траты личных средств. Пять тысяч — это весьма солидная сумма.

— Странно, — покачала головой Императрица. — Он ведь молод. Неужели его не интересует женское общество, карты, пирушки?

— Мичман Ульянов не употребляет алкоголя, опиума или кокаина, не курит табака. Много времени уделяет самообразованию и науке. В театры ходит не чаще раза в месяц и без удовольствия. Просто из вежливости. Регулярно, но не часто посещает церковь. Причащается и исповедуется. Но опять, без особенного рвения.

— Как-то неожиданно слышать такую рекомендацию о юном офицере, — покачала головой Императрица. — Неужели у него нет никаких увлечений для души, страсти?

— С большой натяжкой таковыми можно назвать стрельбу из револьвера и гимнастику. В первом случае он каждую неделю отстреливает не менее пяти сотен патронов и весьма продвинулся в этом деле. Выработал новую стойку и недурно научился стрелять в движении. Во втором — оборудовал себе специальный зал, где практикует разработанные им самим методы. Очень интересные, надо отметить. Хорошо укрепляют и развивают тело. Это и по нему видно. Плюс регулярно совершает протяженные пробежки. Верст по двадцать.

— А верховой ездой не увлекается?

— Раз в неделю выезжает на конную прогулку. Держится уверенно. Но особой страстью не пылает.

— А женщины? Неужели молодой, здоровый мужчина не стремится к общению с ними?

— Он держится подчеркнуто галантно и обходительно, но не сближается ни с кем. Замечен в обществе нескольких юных актрис. Не скупится, щедро оплачивая эти встречи. Однако ни каких намеков на серьезные связи. Хотя, как мне стало известно, к нему есть определенный интерес со стороны ряда семейств.

— Очень интересно… очень. Петр Васильевич. Вы смогли меня заинтриговать. Подготовьте мне записку с самым подробным описанием как самого мичмана, так и его семьи. Если есть — родословную.

— Все сделаю, Ваше Императорское Величество, — кивнул Оржевский с поклоном.

— Не переживайте. Я не забуду вашей помощи трону. И мой супруг тоже. А теперь ступайте.

Оржевский ушел, а Императрица еще долго листала его отчет, внимательно всматриваясь в фамилии и числа. Измена? Нет. Простое головотяпство и воровство, которое могло похоронить ее с мужем и детьми в одной братской могиле. Причем не только минувшей осенью. Но и много раз ранее. И чем больше читала, тем больше заводилась. Оставлять это просто так она решительно не хотела. Поэтому уже вечером того Императрица Мария Федоровна устроила мужу грандиозный скандал, который наутро привел к целой пачке отставок. А против некоторых лиц, таких как инспектор императорских поездов, так и вообще завели уголовные дела.

Но не стоит думать о том, что Императрица забыла о юном мичмане. Нет. Ни в коем случае. Уже через месяц он щеголял с крестом Святого Станислава второй степени при чине лейтенанта Российского Императорского флота, окончательно утвердившись на должности старшего вахтенного офицера крейсера 'Память Азова'.

Однако, за неделю до столь важного для Владимира Ильича события произошел очень неприятный инцидент. Но не для Ульянова, а для Константина Петровича Победоносцева. Фигуры очень своеобразной и неоднозначной. И, безусловно, одной из самых влиятельных людей возле Российского престола в третьей трети XIX и начале XX веков. И такое его положение очень не нравилось Владимиру. Опасно держать рядом с впечатлительным, слабым и мягким монархом религиозного фанатика, да еще и консерватора, готового выжечь каленым железом все новые начиная в любом деле. Конечно, от него доставалось и либералам с их деструктивными идеями. Но выли все. Не только они. Так что вред многократно превышал пользу.

Все произошло просто и незамысловато.

Константину Петровичу Победоносцеву пришло письмо с угрозами, отпечатанное на печатной машинке. От него требовали усилить нажим на прогрессивные силы Российского общества, если, конечно, Победоносцев не желает приданию огласки фривольных фотографий, которые с особым цинизмом сделали в XXI веке. Актеры, грим и компьютер с его огромными возможностями дали просто поразительный результат. Чего там только Победоносцев не делал в сексуальном. В общем — бедняга захворал в тот же день. А спустя две недели скончался. Сердце старого перечника не выдержало такого издевательства.

Глава 10

17 ноября 1889 года. Российская Империя. Санкт-Петербург. Особняк Юсуповых

Императрица, держа на лице формальную вежливость и дежурную улыбку, наблюдала за действом.

— Мария Федоровна, — вежливо поинтересовалась ее начинающая подруга — Зинаида Николаевна Юсупова. — Вас что-то тревожит?

— Да нет, все вздор… — покачала она головой и повернулась к княгине. — А какие новости в столице? Есть что-нибудь интересное? Может быть пикантное?

— История о юном, но очень удачливом лейтенанте вас заинтересует? — Лукаво улыбнувшись, поинтересовалась княжна Юсупова.

— Лейтенант? — Переспросила Мария Федоровна с невинным видом. — И что же в ней пикантного?

— О! Тут такие слухи уже ходят…. Ведь посудите сами. Мальчик приехал из глухой провинции и за какие-то три года не только стал из выпускника гимназии лейтенантом, но и получил Станислава на шейную ленту. И ладно бы это. Так нет. Этот негодник буквально на глазах обрастает заводами да фабриками…

— И что же о нем говорят?

— Слухов ходит изрядно. Все как один сходятся на том, будто он чей-то бастард. Я пыталась узнать, но тщетно. Все тщетно. Однако совсем недавно его видели на кладбище…. — Зинаида Николаевна сделала максимально многозначительное лицо и взяла паузу.

— Если он из глухой провинции, то кого же он там навещал?

— Могилу Константина Петровича, почившего совсем недавно.

— Серьезно? — Искренне удивилась Императрица.

— Да. Причем на похоронах его не видели. Впрочем, даже посещение кладбища он совершал скрытно — рано утром, когда все еще обычно почивают.

— Очень интересно, — загадочно улыбнулась Мария Федоровна, а сама подумала — 'какой милый мальчик… ведь как все верно рассчитал'. Общество не поняло столь стремительной карьеры провинциального дворянина. И это логично, так как ее причины держались в тайне. Поэтому начались попытки объяснить ситуацию с привычной им стороны. Кто обычно так всплывает? Правильно, бастарды. Детей у Победоносцева не было и об этом все знали. Да и Симбирск в 1869 году он не посещал. Однако легенда прекрасная — ее ведь не нужно доказывать или опровергать. Делай умное лицо и вздыхай. И это даже несмотря на то, что внешне Володя на Константиновича совсем не походил. Максимум в некоторых чертах характера имелось совпадение — такой же упорный, трудолюбивый и методичный.