Сад ядовитых цветов. Отравленная роза - Anya Shinigami

Тишина. Нет, все было не зря. Из-за стеллажа вышел человек в черной одежде, с черными волосами и бледным лицом. Он все еще здесь, сердце едва не сделало тройной тулуп в груди, но тут же рухнуло вниз. Но что дальше? Коробки в его руках уменьшились при помощи заклинания, и зельевар спрятал их во внутренний карман мантии. Кивнув на прощание хозяину аптеки, он двинулся к двери и вышел на улицу, не глядя по сторонам, отправился к выходу из Косого Переулка. А я всё стояла, не в силах придумать последующих действий. Кинуться за ним и окликнуть в образе рыжеволосой девы? Просто скользнув по улице, я двинулась за ним на приличном состоянии. Нужно что-то делать, он сейчас уйдет и все будет бессмысленно… Как-то машинально я накинула капюшон, словно шпион, следящий за жертвой, но оправдание действию было, с неба закапал мелкий моросящий дождь. А я надеялась на свет луны… Взглянув на небо, увидела как грозовые тучи затягивают город, в преддверии сильнейшего ливня. Мантия начала намокать и Северус последовал моему примеру, скрыв голову от дождя. Руки дрожали от нервов, а может быть из-за холода? Он уже был у кирпичной стены в паб. Мерлин, ну почему я не продумала своих действий заранее? Вот и всё, он пропал, а арка на мгновение открывшаяся, впустила в себя зельевара и тут же затянулась. Дождь становился сильнее, а я стояла у стены, отчаянно пытаясь привести голову в порядок. Упустила… Может оно и к лучшему… Так проще всем, проще не совершать опрометчивых поступков. Есть ли надежда, что он задержался в Дырявом Котле? Что ж, пошло оно всё! Я ощутила, как тело меняется, лицо становится более узким, нос аккуратным, волосы отросли, почувствовала как капюшон утяжелился от их веса. Мгновение… Решимость, страх… Вперед! Скомандовала сама себе, и дотронулась палочкой до нужных кирпичиков кладки. Немедля прошла в пустующий задний двор забегаловки и стена с характерным звуком перекладывающихся камней, снова стала цельной. Глупо всё… Зашла в помещение, все так же шумно галдящее, наполненное людьми. Рыжая прядь свисала с полураскрытого капюшона, открывающего еще ровный пробор и лоб. Мандраж — странное ощущение. Предвкушение, адреналин… Сердце отбарабанило лишних десять ударов в секунду, когда среди серых и коричневых мантий у барной стойки, обнаружилась черная, идеального цвета, непотертая, словно новая. Том о чем-то перешептывался с Северусом, затем протянул ему уменьшенный вариант какой-то бутылочки и поставил рядом стакан с рыжеватой жидкостью. Никто не замечал моего появления. Только сейчас, стоя здесь, в облике зеленоглазой гриффинорки, я поняла, что это на руку. Вздор, абсурд! Что я творю! «Аллегра, убирайся отсюда!» — кричало взбунтовавшееся подсознание. «Давай! Проваливай!». Но тело отказывалось двигаться, а взгляд сверлил спину человека, отнявшего у меня рассудок. Чем я думала, приходя сюда? Ноги упорно приросли к полу. Северус дернулся, видимо что-то доставая из кармана, в этот момент неконтролируемым порыв заставил шагнут в сторону… Двери. Просто свернула с курса… Трусливая, безмозглая дура! Быстрая поступь к выходу сопровождалась новыми мысленными ругательствами, кажется, даже губы шевелились.

— Куда это ты собралась, красотка? — Послышался растянутый, противный голос, и что-то оттянуло мантию.

Мой полоумный взгляд обернулся на наглого мага. Хотя нет, эта пьяная омерзительная рожа не достойна была звания волшебник. Его сальная кожа на покрасневшем лице, поросшая двухдневной щетиной, и такого же цвета глаза, словно у свиньи сверлили меня. Фокусировать взгляд ему удавалось с трудом.

— Отпустите меня! — Не привлекая внимания, поглядывая на барную стойку, произнесла я.

Я пыталась вырвать кусок мантии из его надоедливых рук, но не смотря на состояние держал он крепко.

— Сначала выпьешь со мной! — Игриво произнес он, сквозь неадекватные ноты в голосе.

Безнадежно пытаясь отцепиться от мага, я все больше начинала нервничать, так как на нас начали оглядываться посетители, но хозяин и Снейп пока не замечали ничего.

— В последний раз предупреждаю, или мне придется использовать магию! — Слегка повысив голос сказала я.

— Кого ты пугаешь девочка, палочка есть у всех.

Пьяная улыбка застыла на лице блестящем от жира. Было бы противно, если бы не было так страшно. Он практически навис на меня, едва ли не падая со стула, отчего зажим становился еще крепче. Я окончательно обомлела, когда его вторая рука потянулась под мою мантию.

— Немедленно отпустите меня. — Крикнула я, и со всей силы долбанула ногой по шаловливой руке, отчего волшебник отцепился и свалился на пол. Это была ошибка… Подняв глаза к барной стойке, я увидела то, чего боялась. Немая сцена. Северус смотрел на меня, сначала спокойно, но потом его глаза нервно блеснули, он опешил. Это неверие отразилось на каждой черте лица, это было заметно даже с приличного расстояния. Мерлин, что я наделала… Мой взгляд выражал панический ужас… Только не это. Кажется, он преодолел психологический шок, и понял, что это не оптический обман или иллюзия его больного воображения… Медленно поднялся с высокого стула. Словно боялся спугнуть это видение. И спугнул, резко развернувшись на каблуках, я преодолела последние несколько метров до двери, услышав вдогонку два мужских голоса.

— Сучка… — Принадлежал пьяному магу.

— Стой! — Неуверенный голос, никогда не чувствовала столько боли просто в человеческой интонации, а особенно в Снейповской.

Что я наделала. Господи! Сердце сжалось в один маленький комок, когда на скорости я вылетала на улицу. Несясь под проливным дождем к тупику антимаггловской защиты, я старалась не оборачиваться, когда сзади скрипнула дверь.

— Стой! — Все тот же голос, поверженного человека.

Нет, прости меня, прости…. Я не имела права, о чем я думала! Долгожданный поворот. Уже можно переноситься в то место, где смогу надавать себе по щекам и обжечь кожу углями, в наказание за этот чудовищный поступок. Но моим мыслям не суждено было сбыться. Хлопок позади и руки крепко взяли меня в кольцо со спины. Дыхание остановилось… Северус наплевал на то, что на улице могут быть магглы и трансгрессировал… Сердце замерло. Кажется, я слышала каждую отдельно капавшую капельку дождя, приземляющуюся в налитые лужи. Тело предательски дрожало от страха, а Северус стянул капюшон назад. Его боль была почти осязаемой…

Нет, это не может быть правдой, это не имеет право быть правдой… Почему? Рыжие волосы девушки, стоявшей спиной, были влажными от дождя, но даже в темноте стихии можно было различить огненные очертания ее головы. Сердце екнуло и налилось кровью. Боль забирала силы, он не готов был увидеть её лица, не готов был утонуть в зеленых глазах. Руки резко перекрутили девушку вокруг оси. Взгляд… Испуганные зеленый взгляд… Нечто непонятное словно хотело обездвижить его тело, затуманить разум, но он держался из последних сил, чтобы не дать этому видению ускользнуть. Дрожащими пальцами он коснулся её влажного лица. Чувствует тепло кожи, это не мираж…. Это не ошибка. Каждая клеточка его тела ощутила прилив какой-то странной энергии. Провел по щеке… Его горячее дыхание оставляло в воздухе испарения серой дымкой, а она кажется совсем не дышала. Почему так напугана, чего она боится? Вторая рука еще крепче обхватила её со спины, боясь отпустить.

— Лили…

Северус, прости. Это самообман. Сколько же боли и страдания в твоих глазах, как я могла так поступить? Кто давал права калечить твое сердце? Жестокая тварь… Его рука скользила по моему лицу, так нежно, осторожно. Эти прикосновения принесли испепеляющее чувство восторга сквозь тернии вины. Его взгляд, в темноте, казалось он плачет, но дождь скрывал слезы, смешивая их с водой. Сжимал слишком крепко, его пальцы на спине, мяли грубую ткань промокшей мантии. Эти объятия заставили забыть о дыхании окончательно. Я не имела права что-то говорить…

— Северус, прости…

На этих словах, что есть силы оттолкнула от себя обезоруженного болью мужчину, тотчас же обмякшего на сыром асфальте. И с последним взглядом, прощальным повинным взглядом унеслась прочь…

Проходя мимо Макгонагал, всё еще дежурящей у двери, старалась не подавать вида, что плачу.

— Мисс Кэрроу, не забудьте принять противопростудное зелье. — Услышала я вслед.

— Хорошо, профессор. — Я сделала голос живым, беззаботным.

На удачу над Хогвартсом тоже лил дождь, лишних вопросов у заместителя директора не возникло.

Что я наделала…

О, моя дурная голова! Ей была задана мука совести в неподходящих условиях заполненного студентами замка. Вместо этой чудовищной ошибки, я должна была сидеть у камина в глубоком потертом кресле, способствующем адекватному течению мыслей. Должна была отдаться тихим строкам учебника по рунам, прихлебывая горячий чай, слушать медленный ход часов, рассматривая уж если не буквы, то хотя бы золотые угли весело потрескивающего камина.