Фиолетовая звезда - Дмитрий Корниенко

— Да, как можно ближе к местожительству донора, но светиться. В любом случае придется садиться где-то в пустошах.

— Ты знаешь о пустошах?

— Нет. Я посоветовался с Сарусом — он подсказал.

Вяло взобрался по трапу бледный и вечно утомленный Сарус. Разведчик и специалист по малым цивилизациям, он был взят в качестве штурмана и советчика по вопросам посадки и эвакуации. И без того продолговатое лицо его еще больше вытянулось, когда он узнал о миссии, но, кажется, Сарус не прочь был убраться с орбитальной крепости. Итого пять человек экипажа. Капсул для дальних перемещений с уходом в подпространство — десять, и даже личных кают тоже десять, таким образом, для Командора и Кеи гарантированы места для дальних перелетов.

Техники доложили о полной готовности корабля. Дрэйд уже закончил все приготовления, связанные с вылетом, кольцо Командора, похожее на украшенную узорами и насечками гайку, лежало в нагрудном кармане, и он отдал приказ Ор-Красу поднять трап и вылетать. Члены экипажа сидели пристегнутые в креслах взлета-посадки, готовые перейти в анабиозный отсек непосредственно перед уходом в подпространство, но для этого требовалось отлететь от крепости подальше.

Загудели малые движки, «Тень» чуть качнуло. Этот малый фрегат не относился к классу боевых кораблей, у него были иллюминаторы, а не только камеры, и через эти иллюминаторы Дрейд видел, как ангар опускается, а потом смещается в сторону, все быстрее и быстрее мелькают внизу синие крылья истребителей. Затем шлюз и, наконец, звездная ночь открытого космоса.

— И что произойдет с этим… донором, а точнее, с его сознанием, после того, как Командор заберет тело? — вдруг спросил Дрэйд у сидящего рядом доктора.

— Понятия не имею. Вы же знаете, я вам уже говорил, подобные… исследования у нас запрещены. Да и в мою компетенцию такие вопросы не входили, — ответил доктор. — Так, слышал что-то. Но если вы очень интересуетесь, спросите потом об этом у Кеи. Она изучала в рамках проекта и этот вопрос и, думаю, охотно посвятит вас в самые свежие представления землян на этот счет. Кроме того, случай не совсем обычный, ведь это будет не просто смерть. Даже совсем не смерть. Лично я слышал, что душа донора будет вечно болтаться в каких-то лабиринтах — по верованиям землян. Впрочем, лучше и Кею не спрашивать — она ведь в какой-то мере причастна к этому темному делу. Возможно, ей будет неловко.

— А после того, как донор оставит свою защиту, свой кокон, что-то может помешать эксперименту?

— Вроде нет, разве что случайность. Вместе с Кеей донор должен был войти в так называемый Замок. Этот астральный Замок одновременно и предел для любителей, и ворота для посвященных, опять же по верованиям землян. Он был построен даже не Орри, а кем-то до них. Какими-то совсем древними сущностями для своих дел, смысл которых нам не постичь. А Орри уже позже придали этому месту другое значение.

— А вас можно разговорить, — ухмыльнулся Дрэйд. — Даже Кею спрашивать не надо.

Кунс умудрено улыбнулся в ответ, и обратился к долговязому лаборанту:

— Все нормально, Тико? Ничего не забыли?

— Думаю нет, дядя, — бесхитростно ответил Тико.

Дрэйду в лицо бросилась краска, но он сдержался и ничего не сказал. Они были в открытом космосе, назад пути не было, и кто его знает, может быть, этот племянничек своего хитрого дяди еще и будет чем-то полезен. В конце концов, капсул — десять. Хватит на всех.

8

Проходя мимо распахнутых дверей гостиной, еще не придя в себя и сонно щурясь от яркого света в коридоре, Андрей перевел взгляд в сторону гостиной и наткнулся взглядом на Кею. Она лежала на диване, поджав ноги, и постанывала во сне.

«Не буду будить, пусть помучается, — злорадно подумал он. — Интересно, что за сказки она теперь расскажет?»

Андрей добрел до ванной, отвернул кран и холодной водой вымыл лицо, но это совсем не помогло, и тогда он залез под душ. Горячая вода не давала эффекта, и пришлось, вопреки обыкновению, принять душ холодный. Сильный напор воды несколько остудил злость, но в голове крутились какие-то планеты, мозг пронзали затейливые космические корабли, и весь этот звездный беспредел он никак не мог остановить.

Обтершись полотенцем и одев серый тренировочный костюм с проступившими сразу мокрыми пятнами, Андрей причесался, припоминая, из какого фильма могли бы быть эти картины, но вспомнить не смог и направился будить Кею. Она уже проснулась и ждала его у окна, отодвинув занавеску, и ее черные волосы, обычно ниспадающие гладкими, отливающими вороненым металлом волнами, сейчас были спутаны и мяты.

«Сейчас скажет что-нибудь глупое и обезоруживающее, вроде «Как ты себя чувствуешь?»», — подумал Андрей. Он ждал, когда же их взгляды встретятся, но, отвернув голову, Кея безразлично вглядывалась куда-то в мерцающее зимней улицей окно.

— Как ты себя чувствуешь? — наконец спросила она очень тихо, не поворачиваясь, но в голосе ее вины не чувствовалось.

— Замечательно! И все благодаря тебе! — с чувством ответил Андрей.

— Я могу теперь называть тебя Командором?

Андрей растерялся и не нашелся, что ответить. Он развернулся и, ни слова не говоря, демонстративно ушел на кухню, заготавливая в голове фразы одна другой мстительнее. И если общаться с Кеей ему пока не хотелось, как и завтракать, то взбодриться требовалось в срочном порядке. Он растворил кипятком кофе в большой кружке, сел за стол спиной к двери и, глядя в окно, стал опасливо прихлебывать горячий напиток маленькими злыми глоточками, когда сзади неслышно появилась Кея и положила руки ему на плечи. Он вздрогнул, но недовольных движений плечами не сделал и замер. Кружка в руках нагрелась и обжигала.

— Ты еще скажешь мне спасибо, — наклонившись, прошептала Кея непривычным, низким голосом, и прядь ее волос коснулась его щеки. — Ты еще скажешь мне спасибо. Сейчас я отойду и скоро вернусь. А ты побудь наедине с собой. Разберись со своими воспоминаниями, а потом мы отправимся в дальнюю дорогу.

Уже когда она открывала входную дверь, Андрей не удержался и язвительно крикнул ей вслед:

— Никаких больше дальних дорог!

Место, к которому прикоснулся ее локон, горело, и он невольно потер щеку. В задумчивости сделав большой глоток, Андрей поперхнулся, обжегся, выплюнул кофе обратно в кружку и неожиданно для себя с размаху грохнул ее об пол. По плитке растеклась темная жидкость со скальными островками осколков. Он озадаченно посмотрел на лужу, еще раз потер щеку и нахмурился. Раньше таких приступов злости с ним не наблюдалось. Хотя… Тогда, на планете Аргейзе… Вот черт, а?! Что за планета, что за бред!? Андрей побежал в спальню, рухнул в издавшую страшный скрип кровать и накрыл голову подушкой.