Прекрасная колдунья - Патриция Райс

Направившись к двери, Эдмунд бросил через плечо:

– В этом нет нужды. Я проживу и на то, что у меня есть.

Когда Эдмунд вышел из комнаты, разъяренный Дрейк повернулся к своим младшим кузенам. По его виду Эйлин поняла, что он совершенно забыл о ее присутствии. Не желая привлекать к себе внимание, она буквально застыла. Возможно, если она поймет причину этих мужских споров, ночные кошмары перестанут ее мучить?

– Я не хочу больше слышать ни о короле Якове, ни о принце Чарлзе. Никогда! – накинулся Дрейк на Августина и Пьера. – Стюарты сами своей репутацией лишили себя трона, зарубите это себе на носу. Вы же французы! Не нужно лезть в английскую политику!

– Если Стюарты снова займут трон, мы сможем положить конец этим постоянным войнам! – запальчиво возразил Пьер. – Даже наш дядя так говорит, а он посвящен в дела Людовика. И ты сам говорил, Дрейк, что Георг только позорит королевскую семью. Он жуткий варвар! Он готов вырезать половину континента, лишь бы заполучить эти жалкие земли для своих отвратительных любовниц. Если бы только мы могли достать для Чарлза людей и деньги, тогда…

– Если бы только свиньи могли летать! Ваше хваленое французское общество не дало ему ни единого су. Так почему это должен делать я?

«Похоже, спор затянется на всю ночь», – подумала Эйлин, сонно глядя на ленивую пляску языков пламени в камине. Ей вспомнился ее приезд в этот дом. Поначалу ее оскорбил тот факт, что она стала очередной игрушкой для капризной и болезненной сестры лорда Шерборна, но сейчас от былого гнева не осталось и следа.

Тогда она смотрела на золотые волосы и синие глаза сестры Дрейка с нескрываемым удивлением. Не привыкшая к жизни в самых верхах светского общества, Эйлин чувствовала себя под пристальным взглядом холодных глаз леди Дианы Невилл неловкой и неряшливой. И если бы ее не отвлекли темные пятнышки в глазах Дианы, так не похожие на смеющиеся искорки в глазах Дрейка, девушка убежала бы прочь.

Пронизывающий взгляд Дианы немного смягчился, когда до нее дошел смысл шутливого прозвища, которое дал Эйлин Дрейк.

– О, Принцесса Яблок! Значит, у тебя есть свита из гномов, которая может в пух и прах разбить войско злобных троллей?

Болезненный вид леди Дианы тронул Эйлин, и ей стало жаль мисс Невилл. Эйлин украдкой взглянула на Дрейка. В его доброй и приветливой манере поведения было что-то, что заставляло Эйлин относиться к нему не так, как к остальным мужчинам. Впервые в жизни она думала о мужчине как о друге.

Перехватив взгляд гостьи, Дрейк широко улыбнулся:

– Предводитель гномов никогда не изучал тактику ведения боя. Гномы ходят везде, где им заблагорассудится. Они появляются и исчезают прямо на глазах и именно в тот момент, когда этого меньше всего ожидаешь. Эти маленькие существа защищают Принцессу Яблок от любых врагов, но никогда не вступают в бой открыто. Они украдкой сбрасывают на головы свирепых тиранов яблоки, а у злых ведьм воруют чулки.

Его улыбка была такой искренней, что Эйлин невольно улыбнулась в ответ. Она уже поняла, о чем Дрейк собирается рассказывать дальше. Улучив момент, когда Дрейк не смотрел на нее, девушка украдкой дернула за один конец связывающей его волосы черной ленты. Почувствовав, что его волосы свободно рассыпаются по плечам, маркиз издал удивленный возглас. Повернувшись к Эйлин, он протянул руку, требуя вернуть ленту, но девушка с невинным видом вытянула вперед пустые ладони и покачала головой. Леди Диана, видя растерянное выражение на лице брата, разразилась веселым смехом.

– Да, Эйлин! Именно так гномы и делают свои черные дела! Они очень хитрые и могут украсть шнурок из туфельки неосторожной леди или вытащить ленту из волос непоседливого мужчины!

С этого момента между Эйлин и Дианой зародилась дружба. Проводить дни в имении Шерборнов оказалось весело и приятно. Эйлин и Диана были буквально очарованы друг другом, и дружба их крепла день ото дня. То, чего не было у разговорчивой и спокойной Дианы, было у вечно живой и веселой Эйлин. Как и говорил Дрейк, Диана все время болтала без умолку: и за себя, и за молчавшую Эйлин.

То, что все дни напролет Диане приходилось проводить в странном кресле на колесиках, объясняло тот факт, что в ее синих глазах таилась скрытая боль. Еще маленькой девочкой она упала с лошади и с тех пор не могла ходить. Большую часть своей жизни она провела дома, в кругу семьи. Периодически приезжавшие погостить друзья Дрейка скрашивали одиночество Дианы, а теперь и Эйлин делала ее жизнь веселее.

Эйлин же просто наслаждалась своим пребыванием в Шерборне. Но сам всегда улыбающийся хозяин замка, приютивший в своем доме множество кузенов и бездомных художников, оставался для девушки загадкой. Убедившись, что в компании его родственников девушке хорошо и весело, Дрейк всякий раз удалялся, но у Эйлин складывалось впечатление, что, несмотря на это, он знал о каждом ее шаге. Она почти никогда не знала, дома ли он, и часто случалось, что Дрейк неожиданно появлялся к обеду или к ужину. Гости и члены семьи боролись между собой за его внимание, но маркиз был одинаково внимателен и предупредителен со всеми. Эйлин не делала попыток выделиться, но при каждой встрече Дрейк смотрел на нее с ободряющей улыбкой. Но он никогда не пытался сблизиться с ней или переступить границу их официальных отношений. До сегодняшнего дня.

Эйлин очнулась от своих мыслей, стараясь уловить смысл спора между лордом Шерборном и его кузенами. Дрейк был прав: чтобы держать его семью в узде, нужна целая армия. Эдмунд Невилл, хоть и был старше Дрейка, являлся сыном младшего брата, а значит, после того как Дрейк появился на свет, потерял надежду получить Шерборн и все состояние Невиллов. Это создавало определенные трудности, но принадлежность матери Дрейка к французской католической семье еще более осложняла ситуацию. Все ее семейство было против того, чтобы она выходила замуж за английского маркиза, но отец Дрейка был абсолютно уверен в своем выборе, и, когда стало ясно, что если свадьбы не будет, то наследник обоих семей появится на свет внебрачным ребенком, всем волей-неволей пришлось смириться.

С тех пор между французской и английской семьями установились отношения любви-ненависти, что особенно отчетливо выражалось в отношениях двоюродных братьев. Братья Монсар – Августин и Пьер – поселились в имении Невиллов еще детьми, когда умерла их мать. Остальные же кузены со стороны Невиллов жили в замке периодически, приезжая время от времени погостить у брата. Обитатели Шерборна менялись с поразительной скоростью, и каждый старался привнести в домашнее хозяйство что-то свое. На этой почве постоянно возникали разногласия и споры, и было удивительно, что, Дрейк ухитрялся когда-то отдыхать.