Контракт на мужа (СИ) - Ли Марина

— Не выр-ражайся! — прорычал он. — Во-первых, тебе не идёт. А во-вторых, я же кажется предупреждал насчёт закона о не нормативной лексике.

Я снова показала Элару оба средних пальца ещё и озвучила этот жест как можно более откровенно. Бро бы мною точно гордилась.

— Вель! — злобно рявкнул мужчина.

— Велислава! — проорала я в ответ. А когда звуки моего голоса утихли, растворившись в корешках книг, зыркнула на него из-под насупленных бровей. — Откуда ты только взялся на мою голову?

— Я? — мужчина так искренне задохнулся от возмущения, что я прямо-таки залюбовалась. — Я взялся? Да ты…

Тут в дверь постучали и Эхлар был вынужден замолчать, чтобы не посвящать посторонних в наши с ним разборки.

В комнату вошёл молоденький парнишка, больше пятнадцати лет я бы ему не дала.

— Ваши закуски, дюк, — объявил он от порога, но посмотрел при этом почему-то на меня. И я, конечно, покраснела до корней волос, сообразив, что мы с Эларом и не думали сдерживаться, а посему, наверное, уже весь дом в курсе того, что здесь случилось.

— Оставь и проваливай! — прорычал Элар и мальчишку в мгновение ока будто ветром сдуло из библиотеки.

— А можно и мне тоже? Свалить? — поднявшись, спросила я, и чуть не рухнула обратно, когда он рявкнул:

— Сядь!

И добавил, когда я упрямо осталась стоять, сложив на груди руки:

— Сядь, Вель…лислава! Мы ещё не договорили.

И знаете? Вот хотела я ему сказать, что думаю по поводу предстоящего разговора, ибо как чувствовала, что ничего хорошего мне тут не скажут, однако отчего-то промолчала. На что надеялась, спрашивается?

— Только маленькая просьба с моей стороны, ладно? — Он улыбнулся, приподняв уголок губ. — Давай без лишнего артистизма. Твою игру я успел оценить по достоинству, честное слово.

Игру? Игру? О чём он говорит?

— Мы с тобой вот как поступим. Я готов поверить в искренность твоего возмущения и забыть о неудавшейся попытке сделать из меня дурака.

Я задумалась. Внезапно показалось, что мужчина заговорил на старославянском, вроде и слова все знакомые, а общий смысл на фоне общей заковыристости построения предложений как-то теряется. Мне-то как раз казалось, что здесь делают не дурака, а дурочку… Я бы даже сказала, что эту дурочку здесь имеют, а выяснилось…

«Прости, я не вполне понимаю, что ты имеешь в виду», — мысленно построила фразу я, но вслух произнесла:

— Чего-о?

— Я таким образом намекаю, что готов начать с нуля. — Улыбнулся несмело и трогательно вскинул брови. — Но ожидаю и от тебя встречных шагов.

Я склонила голову к плечу и осторожно поинтересовалась:

— Каких именно?

— Каких? — Элар примирительно и, пожалуй, даже заискивающе заглянул мне в глаза. — Забыть о гражданстве Атлантиды, например. Вам его всё равно не получить, как бы вы ни старались.

Два раза «чего-о!», потому что я и близко не мечтала ни о каком гражданстве, да и об Атлантиде-то слышала исключительно в научно-фантастическом контексте, не больше.

— Вот мне сейчас как никогда сильно хочется отправить тебя в дальнюю пешую прогулку, — поделилась своими чувствами я, — но я держусь… И дальше терпеть буду. Ты только скажи мне, куратор дюк Элар, откуда в твоей условно здоровой голове вообще такие мысли зародились?

— Малышка…

Мужчина провёл костяшками пальцев по моей щеке и с неподдельным сожалением в голосе пояснил:

— Малыш, вы с сестрой, несомненно, умницы. В конце концов, никто до вас не додумался заявиться сюда уже будучи беременной… Хорошая, правда, очень хорошая попытка, но… — Он щёлкнул языком и покачал головой. — Без шансов. Ни у неё, ни у тебя всё равно не родится девочка — а это единственное условие, при котором переселенка может получить гражданство. Разве не знала?

Знаете о чём я мечтала в этот момент нашего разговора? В жизни не поверите. О мачете. Об огромном остром ноже, при помощи которого можно было основательно пустить кровь паре-тройке злодейских героев.

Шекспир с трагической рожей курит в сторонке!

— По лицу вижу, что не знала. Вы с твоей сестрой не первые, правда. Кто к нам только с этим вопросом ни приезжал! Отовсюду! Из круглых миров, правда, чаще, но оно и понятно, у вас же от магии чистые крохи… — И тут вдруг замолчал на миг, чтобы добавить чуть позднее без всякого перехода:

— Хотя, конечно, мне ни одна подопечная не выносила мозг так сильно, как ты. Ты просто невероятная, Вель! У меня от тебя сносит крышу. Веришь? — Он обозначил в улыбке свои обворожительные ямочки и поцеловал сначала моё правое запястье, а потом левое. — Забудем обо всём. К Церберу твои намерения. Давай просто подпишем дополнение к договору, а потом поедем ко мне и, наконец-то, нормально… нормально уделим друг другу время. Прости за откровенность, сладкая, но у меня от тебя просто рвёт крышу, в самом хорошем смысле этого слова. Подписывай скорее бумаги, и мы — ура! — закончим то, что начали. Хочу тебя, не могу.

И тут я ему всё-таки врезала. Ну, не смогла сдержаться, хотя старалась изо всех сил. Скрипела зубами, терпела, надеясь побольше узнать, но после его «потрахаемся» пальцы сами сложились в кулак — как физрук в нашем интернате учил — и воспылали непреодолимым желанием познакомиться со скулой дюка Элара, чтоб он сдох тяжкой и мучительной смертью.

Надо отдать Элару должное, удар он принял хорошо. Даже не крякнул, а вот я болезненного стона сдержать не смогла. Оказывается, бить кого-то кулаком в лицо ужасно больно, ибо в момент удара я, может быть, будучи на эмоциях, ничего и не почувствовала, но мигом позже появилось такое ощущение, что руку будто в кипяток засунули, причём не только кулак, а всю конечность до локтя.

— Идиотка, — обозвал Элар, заметив мою гримасу, схватил меня за шиворот, как бродячего котёнка, доволок до прикаченного мальчишкой столика и, вынув из ведёрка со льдом бутылку вина, заставил меня опустить туда руку. — Не умеешь драться — не дерись.

— А что делать, если очень хочется? — огрызнулась я.

— Тогда терпи или используй подручные средства.

Я вспылила. Он меня ещё вздумал учить! Сам ведь довёл до белого каления, не испытывая ни капли сожаления и стыда, а теперь…

— Знаешь, что?..

— Успел усвоить, — хмыкнул невесело. — Не стоит повторять.

Отпустил мою руку, когда понял, что я не собираюсь вырываться и отказываться от помощи в виде нескольких кусочков колотого льда, а потом вдруг снова понюхал мои волосы и тихо произнёс:

— Это ведь не земляника, я же чувствую. Зачем ты меня обманываешь?

Внутри меня что-то сладко заныло. Возможно этим чем-то был труп той глупой девчонки, которая решила поверить в любовь с первого взгляда, и которая скончалась в страшных муках четвертью часа ранее.

— Не заговаривай мне голову, — самым строгим голосом, на который только была способна, попросила я. — Просто объясни, что происходит…

Тут я вспомнила, что он уже пытался объяснить, и эта попытка мне совсем-совсем не понравилась. Поэтому я поторопилась исправиться:

— Хотя нет. Ты своё право слова уже использовал. Теперь моя очередь говорить. Я расскажу, как всю эту ситуацию вижу я. Ты же не против?

Дожидаться ответа не стала, чинно сложила руки на коленках — благо, лёд помог кисть уже не болела так сильно — и заговорила:

— Всё началось пару недель назад. Ну, я так думаю, что без вампирши Аглаи в этом деле не обошлось. Нам с Бро нужен был небольшой ремонтик, понимаешь? И я позвонила по объявлению, найденному в интернете. Заманчивое такое объявление, в котором обещали исполнить все мои мечты и, главное, без всякого интима. — Тут я почувствовала прилив крови к щекам, но сумела найти в себе силы, чтобы продолжить рассказ, при этом не дрожа позорно голосом.

— И знаешь, что самое смешное? Я ведь не хотела его подписывать. Правда, собиралась утащить Брошку за город. Может, к друзьям на дачу завалиться… Уверена, не обломись я тогда со своими планами, сейчас бы не пришлось таращиться на твою наглую рожу. — Элар скривился после моих слов, а я злорадно ухмыльнулась и только открыла рот, чтобы продолжить, как споткнулась о бой часов.