Время страстей - Хэдер Позессер

– Так-так, кого мы видим – неприступная красавица южанка!

Кристин заскрежетала зубами, желая подавить в себе неутихающую ярость и чувствуя, как снова где-то в глубине ее рождается уже знакомое волнение. Он был слишком близко. Он касался ее, она могла видеть силу его гнева, мощь его тела и пугалась своих собственных ощущений.

– Пустите меня. Кто вы, собственно, такой?

– Человек, который спас тебе жизнь.

– Я уже устала выражать вам свою признательность.

– Признательность? Это палкой-то по руке?

– Я не знала, что это вы! Почему вы ни чего не сказали? Не предупредили меня…

– Скорость, с какой ты неслась, не слишком располагала к дружеской беседе.

– Зачем вы поскакали за мной?

– Боялся, что ты попадешь в беду.

– Боялись? Я думала, что не стою ваших волнений.

– Я еще ничего не решил. Ты девчонка, и притом глупая. Ты даже не дала парням Моро убраться подальше отсюда. Разве для того я спас тебя от банды насильников утром, чтобы ты попала в их лапы после полудня?

– Ну что ж, мистер Слейтер, тогда я бы не была больше докучливой девственницей.

Кристин замерла, когда он ударил ее наотмашь по щеке. Слезы хлынули из ее глаз, хотя ей вовсе не было больно. Она не ожидала от него такой реакции и не представляла себе, что сама станет так унижаться.

– Пустите меня! – крикнула она.

– Я не хочу этого больше слышать, Кристин. Поняла? – Он встал и наклонился, чтобы помочь ей подняться. Она, не обращая внимания на его протянутую руку, решила подняться сама, но он не дал ей сделать это. Он поймал ее руки и потянул вверх. Кристин ненавидела его в этот момент, ненавидела потому, что нуждалась в нем. Ненавидела еще и потому, что волны тепла разливались у нее по телу от его прикосновения, и внутри ее рождалось какое-то непонятное желание. Ее завораживал его запах, ей хотелось дотронуться до его лица, почувствовать мягкость его бороды…

Вновь испытать всепоглощающее чудо его поцелуя.

Она резко вскочила, и ветки захрустели у нее под ногами. Она свистнула, кликнув Дебютантку, и пошла к ней. Коул последовал за Кристин, отряхивая свою шляпу.

– Кристин…

Она обернулась.

– Вы знаете, я все гадала, откуда вы. Так вот, вы не южанин и не джентльмен.

– В самом деле? – поинтересовался он. Какое-то время они смотрели в глаза друг другу. Затем его губы скривились в грустной улыбке. – Я искренне начинаю сомневаться, что ты леди с Юга, и вообще в том, что ты леди.

Кристин холодно улыбнулась. Он больше не дотронулся до нее. Она отвернулась, распрямила плечи и пошла к поджидавшей лошади.

– Простите, последнее время о хороших манерах пришлось позабыть.

Когда она подошла к Дебютантке, Коул оказался рядом. Она не ждала его помощи, но он помог ей сесть на лошадь и, улыбаясь, посмотрел на нее.

– А я ведь могу принять твое великодушное предложение.

– Мое великодушное предложение?

– Да. – Его глаза внезапно блеснули. Теперь они были цвета серебра. Улыбка сделала его лицо молодым и добрым. Он засмеялся. – Я могу переспать с тобой. Спасти тебя от самой себя.

Она хотела что-то сказать. Хотела сказать, что берет свои слова назад, что она скорее ляжет в постель с Зиком или с любым из его дружков, чем проведет ночь с ним! Но Коул уже отвернулся от нее. Он вскочил на своего большого черного коня. А наездник он отличный…

Кристин поспешила выбраться из рощи и направилась домой. Она не оглядывалась назад. Всю дорогу она скакала впереди, Коул же молча следовал за ней.

Когда они подъезжали к дому, ее снова охватила дрожь. Она не хотела видеть его, не хотела говорить с ним. Все было ужасной ошибкой. Ему просто нужно место, где переночевать, чтобы утром двинуться в путь. Она даже не знает, кто этот человек, в тревоге напоминала себе Кристин.

Когда они спешились, она, наконец, сказала, не глядя на него:

– Слуги завтракают у себя в шесть часов. Спокойной ночи и еще раз спасибо за то, что спасли нас. Век не забуду.

– Кристин…

Она, не обратив внимания на его оклик, повела Дебютантку в конюшню. Сердце Кристин бешено забилось, когда ей показалось, что он пошел следом. Но ей это только показалось.

Кристин не стала чистить Дебютантку, как делала это всегда, только завела лошадь в стойло. Она думала, прогулка поможет ей привести мысли в порядок, но все оказалось наоборот.

Коула Слейтера нигде не было видно. Кристин вошла в дом. Тихо. Портьеры задернуты от послеполуденного солнца. Девушка закусила губу, решая, что ей делать. Внезапно ее охватило уныние. Все потеряно. Придется уехать отсюда, и она должна быть благодарна, что все они живы, и еще она должна понять, что в дальнейшем их некому будет защитить.

Имело ли это теперь значение? Они уже потеряли так много – отец, Пол… Весь ее мир перевернулся. Она пыталась что-то делать, чтобы спасти этот мир. Что-то… Но этого оказалось мало.

С тихим вздохом она пошла к лестнице. Наверху остановилась. Снова сильно забилось сердце.

Здесь, на втором этаже, с ней кто-то был.

Кто-то находился в спальне ее родителей.

Кристин говорила себе, что это Далила или же Шеннон, но вот она услышала, как Далила внизу зовет Шеннон и та ей весело отвечает.

– О Господи, – прошептала она и схватилась за горло. Возмущение замутило рассудок. Она не могла допустить, чтобы Зик или кто-то из его молодчиков пробрались в эту комнату. Это комната ее отца, место, которое он любил, где все напоминало о нем!

Кристин подошла к двери. Если Зик там, она убьет его голыми руками! Но… кого она увидела?.. Это был Коул Слейтер. Его мешок лежал на стеганом ватном одеяле, и он что-то доставал оттуда. Коул удивленно обернулся, когда заметил, что она стоит в дверном проеме. Он нахмурился, заметив ее не слишком дружелюбный взгляд, и быстро подошел к ней.

– Что случилось, Кристин?

Она качнула головой, не в силах говорить.

– Я… я не ожидала, что вы… Я хочу сказать, что не ожидала вас здесь увидеть, – на конец объяснила она.

Он пожал плечами и, вернувшись в комнату, вынул из мешка рубашку и подошел к зеркалу.

– Я не собирался заходить сюда, но Далила настаивала. Она говорит, что в доме полно места. – Он помолчал, потом повернулся к ней. – Я сделал что-то не так? Ты хочешь, чтобы я ушел отсюда?

Кристин отрицательно покачала головой и глотнула воздуха, снова почувствовав, что что-то мешает ей говорить.

– Нет-нет. Все хорошо.

Он хотел подойти к ней, но она быстро повернулась и убежала в свою комнату.

Кристин не могла понять, что с ней происходит. Она не осмеливалась сесть и подумать, не позволяла себе анализировать свои чувства.

Уже вечером она вышла поговорить со слугами. У них остался Джейкоб, которому было около семидесяти, и двое его внуков – Джош и Трин, оба моложе ее. Их отца убили в Манассасе в начале войны. Был еще Пит, старше Джейкоба, но отчаянно не желавший этого признавать. Вот и все. Только двое стариков и двое юношей. Но все же они как-то остались живы…