Сказание второе: Плач Волка (СИ) - Алина Белова

В груди Гвайр учащённо забилось сердце, когда она заметила сомнение в глазах некоторых командиров. Четыре легенды - враны, драконы, Ночные Певцы и грифоны. Их долгое время считали исчезнувшими вместе с падением Империи Ворона. Но теперь две из этих четырёх легенд вновь возродились. Пускай им далеко было до былой мощи. Жизнь совершала круг, и Селека была абсолютно уверена, что теперь настал черёд грифонов. Кто знает, может, на свете уже где-то есть драконы? Просто остальному миру о них не известно.

- Вы когда-нибудь бывали за Великими горами? Проходили дальше на север? - неожиданно спросила Аррага.

Ответом ей было лишь молчание. Волчья ведьма, приглушённо усмехнувшись, закинула ногу на ногу и осмотрела всех присутствующих пристальным взглядом. Селека была удивлена не меньше командиров, что теперь выглядели растерянными и обескураженными. За Великими горами? Девушке с самого детства родители и няньки рассказывали о том, что дальше Сангенума нет ничего. Лишь безграничный океан, полный различных чудовищ. Впрочем, ходили слухи, что на Западе из-за Великих гор являлись люди... и таинственные существа, именуемые сарками - хранители загробного мира. Они говорили о большом море цвета крови и тёплых равнинах. Чем дальше на север, тем жарче там становилось. Невероятные земли, волшебные. Они просто не могли существовать.

- Это рядом с Кровавым морем? - удивлённо спросила Селека, посмотрев на Аррагу.

- Очередные сказки, в которые верят лишь глупые детишки! - воскликнул один из командиров и приглушённо усмехнулся. Его товарищи предпочли промолчать - слова о возрождении вранов и Ночных Певцов подействовали на них так, как рассчитывала Гвайр. Ещё немного, и княжне удастся обзавестись необходимыми союзниками. Она заставит этих людей воспринимать её как равную, как адепта Нового Учения, паладина, а не как жалкую девчонку, голова которой забита бесполезными детскими сказками.

Волчья ведьма медленно кивнула головой, и остальным мужчинам пришлось заткнуться.

- Да, Кровавое море разделяет две страны, - Аррага пристально рассматривала свои ногти, словно параллельно рассказывала какую-то детскую сказку, которую не стоит воспринимать всерьёз. - На западе раскинулась Арбания, страна пиратов и вольных людей. Власть у них находиться в руках народа, а не монархов, как у нас. Никогда там раньше не была, но мои братья с Запада многое об этих людях рассказывали. А на востоке, прямо за Медвежьим плато, находится страна, в которой я родилась и выросла. Её название я помню ещё лучше, чем своё собственное имя. Сат-шибале. По нашим легендам именно там появились первые люди, которые в будущем перешли через Великие Горы и заселили Сангенум. Эти люди поклонялись богам, которым нет числа, и Пантеону Шести. В их числе были Солнце и Луна, прародители великих народов - величественных Зверей и воинственных волколаков. В древние времена мои сородичи знали тайные пути, по которым можно было пройти из Сангенума в Сат-шибале, но они были окончательно забыты, когда пала Империя Ворона, а нас изгнали из наших родных земель. Я помню лишь то, что мать моя рассказывала, будто далеко на севере скрывается падший бог, и его крики, полные скорби и горечи, разносятся по Сат-шибале каждой ночью, сотрясая саму землю.

- Это Свет! - воскликнула Селека. - В Сат-шибале больше не может быть никаких других богов! Ведь... ведь так?..

Аррага пристально посмотрела на девушку, и Гвайр заметила в её взгляде какое-то сочувствие.

- Это тёмный бог, моя дорогая. Один из тех, кого почитают здешние люди. Ты ведь тоже знаешь, о ком я говорю, милый Кован? - она оскалилась в хищной улыбке, и младший Сатарн поспешил отвести взгляд в сторону. Селека удивлённо посмотрела на мужчину, но ответа не дождалась. Лишь по спине её пробежал нервный холодок. Боги из числа тех, кого почитают здешние люди - это были не Четверо. Гвайр совсем забыла, что большинство северян поклонялись Великому Пантеону, старым божествам, олицетворявших всё живое и неживое этого мира. Но девушка не думала, что Сатарны тоже почитали их. А как же фрески и картины с изображением Битвы Девяти? Как же многочисленные деревянные фигурки? Если только... если только они не изображали всё с совершенно другой стороны.

Не говоря ни слова, Кован взял одну из деревянных фигурок, изображавших Синюю Змею, и швырнул её в огонь. Пламя тут же объяло сухое дерево и затрещало, как голодное чудовище.

- Да славится Великий Пантеон, - прошептал Сатарн, склонив голову. Выждав минуту тишины, он резко выпрямился и обернулся к Арраге. - Так значит, Сат-шибале действительно существует.

Волчья ведьма с улыбкой кивнула ему и продолжила рассказывать о таинственных землях на севере. Собравшиеся внимательно слушали рассказ Арраги. Селека не могла поверить собственным ушам, слушая всё это. Арбания, Сат-шибале - все эти названия она когда-то давно уже встречала... но где? Отец не мог говорить о них, а никто при дворе Гвайров больше не был столь образован, чтобы знать о существовании других стран за Великими горами. Если только...

- "И ступил он на жёлтый песок далёких краёв, и взглянул на кровавую гладь морской бездны, и глас Света сказал ему - здесь будет пристанище детей твоих, Баркхар!", - задумчиво произнесла Селека, смотря куда-то в пол. Она боялась ошибиться, тщательно вспоминала каждое слово. Жёлтый песок и море - последователи Старого учения считали, что речь шла о Вэлне, но там не было никаких водных участков, достаточно больших, чтобы их можно было назвать морями. А великое озеро Фаудрил было кристально-чистым и просто не подходило под то описание из книги Послания. - Кажется, пророк Йемер, живший в эпоху Рассвета государств, что было больше семи веков назад, уже знал о землях за Великими горами?

Аррага приглушённо фыркнула. Она знать не знала никакого пророка Йемера, и слова, что Селека процитировала из книги Послания, были для неё пустым звуком. Поднявшись со своего кресла, волчья ведьма направилась к карте и указала на небольшой кусок суши, изображавшийся позади Аурхуута.

- Мне плевать, верите вы в существование Арбании и Сат-шибале, но одно я знаю точно: грифоны были, есть и будут, - она окинула собравшихся хищным взглядом. - Если вы не верите, то попробуйте доказать мне, родившейся в Сат-шибале более сотни лет назад, обратное. Я собственными глазами видела одну из этих пернатых тварей. Она унесла моего, кажется, девятого брата. Несчастливое для волколаков число.

Командиры смотрели на Аррагу широко распахнутыми глазами. Кован и Тэйхир тоже не знали, что сказать. И лишь Селека стояла с лучезарной улыбкой на лице и чувствовала, как сердце готово вырваться из груди от восторга. Она была права! Грифоны действительно существовали! Они не исчезли, просто отправились в земли, где власть Четверых не могла до них добраться. Это многое объясняло! А сама Селека могла поклясться, что в день летнего солнцестояния видела возле Аурхуута неясные силуэты, похожие на птиц. Но вороны, существа тёмные, не решались подлетать к этой священной горе, а совы в тех местах не водились. Это могли быть лишь грифоны.

- Я должна поговорить с Беральдом! - громко произнесла Селека, резко поднимаясь из-за стола. - Это вопрос жизни и смерти.

- Мне пойти с тобой, маленькая княжна? - завлекающе протянула Аррага, но когда Гвайр покачала головой, лишь приглушённо хмыкнула и выскользнула из зала. У волчьей ведьмы было достаточно занятий помимо пустой траты времени среди этих людей. Аррага ненавидела общество мужчин - по её словам, они только и умели, что пялиться на неё, как голодные самцы во время ежегодного гона. Но что поделать, многие из них могли увидеть обнажённую женщину либо в борделе, либо в своих самых сокровенных снах. А тут Аррага блистала перед ними в чём мать родила. Неудивительно, что командиры отворачивались лишь тогда, когда волчья ведьма уже раздражённо скалилась.

Дорогу до кабинета Беральда Селека помнила достаточно хорошо, несмотря на то, что в самом поместье до сих пор постоянно путалась и терялась. Все эти коридоры, лестницы, картины на стенах казались ей одинаковыми, похожими друг на друга до мельчайших подробностей. Портреты медвежьих князей, будто смотревших ей в спину, были неотличимы, как две капли воды. И у всех во взгляде решимость, суровость и мрачность, свойственные северянам. Здешние жители до сих пор казались Селеке слишком странными. Она привыкла к доброжелательным улыбкам и сладким речам, а тут ничего такого не было. Люди говорили только то, что думали, прямо, без капли лжи.

Остановившись напротив большой чёрной двери с искусной резьбой, изображавшей вставшего на задние лапы медведя, Селека неуверенно взялась за железную ручку и постучалась. Ответом ей долгое время была тишина, и девушка подумала, что Беральда нет. Он мог быть занят где-нибудь - в птичьей башне, например. Ему с мастером необходимо было разослать птиц в ближайшие деревни и два других поместья Медвежьего плато. Однако, через какое-то время послышался щелчок, и дверь вдруг отворилась. Беральд замер на пороге, удивлённо смотря на растерянную Селеку. Оба выглядели как малые дети, смущённые без всякой на то причины.