Чужая тень - Ярослав Маратович Васильев

ГАИ нету, потому там как нормально за руль смог дотянуться – так и ездишь. Я не из деревни, конечно, но почти. Калачинск, слышала про такой город? Ладно, вылезай и пошли.

– Куда?

– Как куда? Домой. Раз командование приказало общаться, то пошли общаться.

В квартире Софья смогла рассмотреть Марину повнимательнее. Невысокая, ростом чуть ниже среднего, она ощущалась какой-то округлой. Не толстой, небольшая склонность к полноте имелась, но это наоборот делало фигуру более женственной, так что Софья немного позавидовала. Лицо тоже было округлым, слегка пухловатые щёки, курносый нос. И кипучая энергия, которую Марина буквально разливала вокруг себя. Сразу как обе девушки сняли верхнюю одежду, Марина сказала:

– Ну давай показывай наше поле боя.

Дома родные стены придали решительности, помогли справиться с растерянностью, так что экскурсию по квартире Софья провела, но комментировала сухо и коротко. Про себя же дала очередной навязанной няньке дня два, за которые она и её выгонит. В отцовский кабинет они, естественно, заходить не стали вообще, комната матери уже была пуста от вещей и выглядела необжитой… Хотя и раньше заглядывая в неё, каждый раз Софья никак не могла избавиться от ощущение чего-то постороннего. Словно мамина комната не часть квартиры, а какой-то служебный пристрой типа кладовки. Мама, пока была жива, здесь проводила мало времени, предпочитая сидеть в зале. Родительская спальня, комната Софьи и гостиная Марину тоже оставили равнодушной. А вот при виде кухни глаза у неё загорелись:

– Вот теперь я начинаю завидовать бешеной, прямо-таки лютой завистью. Это же натуральная мечта любой девушки. Эх, хочу столько же денег и себе такую же кухню. Слушай, а хоть разок воспользоваться ей можно?

– Да пожалуйста, можешь и сегодня, – пожала плечами Софья, – и вообще сколько угодно. Не ограничивай себя с кухней.

– Ух, спасибище. Но всё – ловлю на слове и себя ограничивать не буду, – Марина тут же пробежалась по шкафчикам. – Я в восторге дальше некуда. И посуда-то какая… Это же буквально мечта. Я тут стримы смотрела, как профессионалы готовят, но даже не думала, что хоть раз сама всё это в руки взять могу. Тут такое можно сделать…

– Хорошо, делай.

Мама у неё почти не готовила, предпочитая полуфабрикаты из деликатесов или заказывать готовую еду, и кухня с мамой ассоциировалась меньше всего. Туда чужого человека пустить было проще всего. Посуду же мама вообще покупала исключительно ради престижа и чего-то в этом роде. Да и не задержится Марина тут надолго. Обещать можно всё что угодно, любое обещание сейчас – пустой звук. Но правила игры надо соблюдать всегда хотя бы внешне, этому Софья от мамы научилась давно, поэтому решила изображать из себя хозяйку как полагается.

– Чаю заварить?

– Давай, лучший повод посидеть и всё обговорить.

Софья достала заварку и чайник, потом две чашки, куда разлила заварившийся чай. И незаметно для Марины всыпала в её чашку пару ложек соли: пора начинать объяснять нахалке её место, точнее, что места для неё тут нет.

– Извини, а печенья песочного нет? Я курабье не очень люблю. Или конфет, если можно, мармеладных.

– Есть, сейчас достану, – Софья хоть и согласилась, но мысленно наглости новой няньки подивилась.

– О, мои любимые, спасибо.

Марина откусила кусок, запила чаем и с удовольствием медленно начала пережёвывать печенье. Выдержка у неё явно была железная, так что справиться с налёта не получится. Придётся повозиться. Софья тоже взяла конфету, сделала глоток чая… Во рту вспыхнул пожар, вкус у чая был ужасно солёно-жгучий. Софья чуть не выплюнула всё на скатерть, с трудом заставив себя сделать шаг к раковине, а потом яростно начала полоскать рот водой из крана.

– Я когда чашки меняла, заодно немного перца досыпала. Извини, не знала, что он у вас такой хороший, – флегматично прокомментировала Марина.

Софья с перекошенным от ярости лицом обернулась и набрала воздуха высказать, что она думает и что скажет отцу:

– Да как ты… – и споткнулась о холодный бритвенно-острый взгляд Марины.

– Сразу, чтобы не было никаких недоразумений, – в её голосе тоже не осталось ни капли весёлости и смеха. – У меня старший брат и младший, и по части злобных приколов тебе до них как до Луны. И то, что я тебе сейчас продемонстрировала, когда ты попыталась сделать мне гадость – цветочки, но могу устроить и ягодки. Учти, у моего отца рука тяжёлая, а наказывать он имел правило любого провинившегося, не глядя я это или мои братья. Поэтому опыта не попадаться и делать всё так, чтобы ты не смогла меня хоть в чём-то обвинить, у меня на десятерых таких как ты хватит. Да, согласна. Это не педагогично, и меня в универе не так учили. Однако опыт воспитания одного младшего и одного старшего обормота убедительно мне доказал, что добрым словом и кулаком добьёшься намного больше, чем лекциями о вежливом и воспитанном поведении. Поняла?

– Да.

– Больше никаких попыток?

– Да, – выполнять своё обещание Софья не то чтобы не собиралась, но решила сначала попробовать действовать через отца. Он такого обращения с дочкой со стороны какой-то там няньки наверняка не потерпит.

Марина допила чай и неожиданно мягко сказала:

– А теперь давай договариваться всерьёз. Хочешь, я твои мысли озвучу? Они у тебя на лице прямо-таки написаны. Как-нибудь до вечера перетерпеть, потом твоему отцу нажаловаться и он меня уволит. Сейчас я буду вести себя опять совсем непедагогично, хотя обязана медленно подводить ребёнка к нужной мысли, чтобы он придумал её как бы самостоятельно, – Марина ни