Чужая - Александр Сухов

– Хорошо выглядишь, Федя, – сделал мне комплимент постоялец, который, помимо прочих своих достоинств, был еще и эмпатом. – Судя по твоему эмоциональному состоянию, произошло нечто из ряда вон выходящее, – не спрашивал, но констатировал Квагш.

– Сейчас некогда, рассказывать, – хмуро проворчал я. Рандеву с Хоросом вовсе не обрадовало меня, несмотря на его клятвенное обещание по окончании операции осчастливить давно заслуженным отпуском и хорошими премиальными. – Если не возражаешь, по дороге введу тебя в курс дела.

Стажер совсем по-человечески развел руками, мол, не возражаю, и с удвоенной энергией стал забрасывать в свою широченную пасть небольшие студенистые комочки. Тут, на свое несчастье, в распахнутое окно влетела огромная навозная муха и немедленно устремилась к консервной банке моего товарища. Легкое "пе-е-нь-нь", и приличных размеров липучий хлыст настиг цокотуху в полете, после чего тут же скрылся во рту латинга.

– Квагш, ну сколько можно говорить, что мне неприятно, когда за едой ты занимаешься черт знает чем! – в очередной тысяча первый раз возмутился я.

– Извини, Федя, неподдающееся волевому контролю действие рефлекторного свойства, – в очередной тысяча первый раз растолковало бестолковому млекопитающему мудрое земноводное.

Издевается гад: "неподдающееся контролю действие". В человеческом облике свой язык он как-то умудряется держать за зубами и не размахивать им даже в том случае, если какая муха или бабочка сядет ему на нос. Честное слово, издевается – мстит, наверное, за мое вчерашнее явление в нетрезвом виде. Хотя я его отлично понимаю – латинги на дух не переваривают запах этилового спирта. Для них он яд, как для нас какой-нибудь формальдегид или метанол – но зачем же мух поглощать, да еще на глазах у едва протрезвевшего хозяина квартиры?!

Я допивал вторую чашку кофе, когда в дверь дома позвонили. Вот же незадача – принесла нелегкая кого-то в столь ранний час. Скорее всего, опять из управы, будут уговаривать съехать на новую квартиру. А мне оно надо? Обзавестись, что ль, злой собакой или Квагша им разок продемонстрировать в его натуральном обличье, пожалуй, вмиг дорогу к моим владениям позабудут. Жаль, нельзя. Видите ли, согласно принятым нормам, всякий страхолюдный пришелец не имеет права пугать неподготовленных землян своим природным страхолюдием, поэтому вольно или невольно обязан маскироваться под человеческой личиной, выполненной из псевдоплоти. Наши умники называют ее наномаской, а по мне, привычнее традиционное название. То ли дело в Лагоре – щеголяй себе в своем натуральном обличье, и никто не грохнется в обморок и не задаст глупый вопрос, отчего у тебя не одна голова, а целых две, или вместо носа – хобот. Потому как там проживает народ культурный, цивилизованный, с отвратительным понятием "ксенофобия" незнакомый. У нас же, стоит заезжему чернокожему африканцу или афроамериканцу прогуляться по пыльным улицам какого-нибудь Задюдюевска, тут же охочее до бесплатных зрелищ население повыскакивает из домов, да еще станет всенародно обсуждать животрепещущую тему: "А отмоет ли добела парня широко разрекламированный по телевидению стиральный порошок "Тайд"?"

Попросив зеленокожего приятеля удалиться в соседнюю комнату, во избежание, так сказать, нежелательных эксцессов, я направился к входной двери. Перед тем как отодвинуть дверную задвижку, на всякий случай просканировал крыльцо через глазок – а вдруг это вооруженное нападение с целью ограбления, доказывай потом, что ты не превысил меры необходимой самообороны.

Вроде бы все нормально, на крыльце незнакомый мне довольно упитанный юноша благопристойной наружности. Одет в дорогие джинсы (если не ошибаюсь, родной американский "Levis"), светлую футболку с замысловатым рисунком в стиле граффити на груди, кожаные сандалии на босу ногу. Впрочем, один момент сразу же насторожил меня – на левой руке гостя красовались швейцарские часы "Orient", нет, не подделка за двадцать американских зеленых рублей, а крайне дорогой эксклюзив в золотом корпусе, с оригинальным золотым браслетом. Тысяч на сто зеленых потянут, прикинул я, а уж в таких вопросах я дока, поскольку в самом начале своей карьеры пару лет отгорбатил на таможне "Линии" и подлинники от подделок научился отличать без всякой дополнительной экспертизы.

Поэтому вместо того, чтобы сразу распахнуть дверь перед гостем, я на всякий случай громко спросил:

– Юноша, вы часом не ошиблись адресом?

– Здесь проживает гражданин Листопад Федор Александрович? – Голос незнакомца был слегка резковат для моего уха. Я повнимательнее пригляделся к визитеру и только теперь сообразил, что за дверью мается вовсе не человек, а незнакомый мне "чужой" в образе румянощекого хомо сапиенса. Конечно, непосвященный гражданин хоть все свои гляделки проглядит, никогда не догадается об истинной сущности гостя. Вообще-то не каждый сотрудник "Линии" вот так запросто способен отличить чужого от человека. Сам не понимаю, каким образом у меня это получается. Хорос объяснил эту мою способность тем, что я очень наблюдателен и по незначительным "царапающим глаз" деталям в голосе, поведении и телодвижениях интуитивно чувствую иномирянина. Сам-то я никаких таких подсознательных потугов не ощущаю, просто смотрю на человека, и через какое-то время на меня нисходит как бы свыше, настоящий он или упакованный в псевдоплоть чужак.

"Забавно, – подумал я, отодвигая массивный дверной засов, сработанный еще задолго до моего рождения моим покойным родителем, а он у меня, как рассказывала мамочка, был мастер на все руки от скуки, ежели, конечно, не вел активную и бескомпромиссную борьбу с зеленым змием, – часики настоящие, а человечек-то поддельный. Судя по тембровой окраске голоса, корр либо ликан. Скорее всего, все-таки ликан".

– Проходите, молодой человек, в избу. Сандалии можете не снимать, только наденьте вон те бахилы. – Я указал рукой на подставку для обуви, на которой лежало несколько пар стандартных медицинских бахил небесно-голубого цвета.

– Да вы не беспокойтесь, Федор Александрович, – вежливо улыбнулся гость, но в сени все-таки вошел, – я к вам всего-то на пару слов.

– Дело хозяйское. – Я улыбнулся в ответ самой благожелательной улыбкой, хотя к кровопийцам вообще и к кровопийцам-оборотням в частности не испытываю ни малейшей симпатии.

– Вы, наверное, сильно удивлены, – пытаясь изобразить смущение на хитроватой физиономии, сказал ликан, – столь раннему визиту непрошеного гостя?

– Отнюдь. – Я сделал вид, что истинная сущность визитера все еще остается для меня тайной за семью печатями, и принялся наводить тень на плетень, иначе говоря, заниматься умышленным словоблудием с целью выведения объекта из состояния психического равновесия. – Тут недавно один товарищ из местной управы заявился ко мне аж в шесть часов, все уговаривал уступить московскому правительству этот чудный домишко вместе с куском землицы, на котором он находится, а взамен сулил златые горы. Жаль, вас тогда здесь не было. Пел ну прям как соловей майский – заслушаешься. Вы не поверите, однокомнатную квартиру в элитном доме на выбор, либо в Бирюлево, либо в Орехово-Борисово, на худой конец в Солнцево…