Под прицелом взгляда - Максим Юрченко

– А с чем это связано доктор? Как? Из-за чего это могло произойти? – Кристина нервно начала грызть ногти.

– Причиной этого заболевания, часто бывает психическая травма, или невыносимая ситуация, в которую человек попал. Это своего рода защитный механизм, мозг дает человеку расслабиться на какое-то время от своих проблем. Затем человек просто выходит из этого состояния, это происходит внезапно. При этом он может напрочь забыть все, что происходило с ним во время фуги. Обычно это состояние длится от нескольких часов до нескольких месяцев, в некоторых случаях дольше.

Карина Миллер посмотрела на Кристину и сделала глубокий вдох.

– Ваш случай исключительный, Кристина. Если верить вашим словам, то вы пробыли в этом состоянии несколько лет. Что вы помните последнее, перед тем как все исчезло? Может у вас была травма? Авария? Может в вашей жизни что-то шло не по вашему плану? Проблемы в семье? Насилие? – Она снова посмотрела на Кристину и выдержала некоторую паузу. – Извините за вопрос, но вас не домогался отец? Или кто-то из ваших родственников?

– Нет, вы что такое говорите! Мой отец… – Она посмотрела в пол и закрыла глаза. – Мои родители попали в аварию. Папа он… Он погиб сразу же, а мама пока еще в коме. Врачи говорят: «надеяться не на что». Что мне и брату, нужно приготовиться к худшему варианту. – Кристина побледнела. – А ведь все это время, что меня не было, они искали меня. Понимаете! Они искали меня! А я, по вашим словам, даже и не подозревала об их существовании. Это невыносимо! Ну почему я выздоровела именно сейчас, а не месяц назад. Да что со мной не так, доктор! Если бы чуть раньше, хоть на чуточку, папа был бы жив. Он был бы жив!

В кабинете возникла пауза. Кристина несколько минут истерично рыдала, уткнувшись лицом в ладони. Доктор Миллер, подошла к ней и немного приобняла ее. Она вытащила из кармана своего пиджака платок и протянула Кристине. Когда пациентка немного успокоилась, доктор вернулась в свое кресло, и приняла то же положение.

– Кристина, вспомните, что было последним, из того, что вы запомнили. Это очень важно. Исходя из этого, мы сможем выявить причину вашего заболевания. Какое у вас было настроение, что вы делали, с кем говорили?

– Извините доктор, но я не помню. В моей жизни всегда все было хорошо. Отличная школа, хороший универ, прекрасные друзья. В деньгах я не нуждалась, мой отец очень состоятельный человек. – Она провела рукой по ресницам и вытерла слезы. – Был, очень состоятельным… Скажите, как это лечить? Вообще это лечится? Как мне узнать, что я делала эти годы?

– Это лечится в основном психоанализом, амитал-кофеиновым растормаживанием и гипнозом.

– Аметал чем?

– Амитал-кофеиновое растормаживание, – продолжила доктор. – Подкожно вводят ноль два грамма кофеина, через пять минут после этого, внутривенно вливают два тире пять миллилитров пяти процентного раствора амитал-натрия. Растормаживающее и эйфоризирующее действие кофеина и амитал-натрия длится пятнадцать-тридцать минут. Пациент впадает в состояние эйфории, повышенной речевой и двигательной активности. Он охотно отвечает на все вопросы, ведет себя непринужденно, благодушно. Такое состояние можно сравнить с легкой степенью алкогольного опьянения. Больные, находившиеся до инъекции в ступоре, охотно рассказывают о себе, о своих мыслях, намерениях. Это как сыворотка правды.

Карина посмотрела на Кристину и прищурила глаза.

– Но все это пока вам не нужно. Разберитесь в себе, в своих мыслях. Как только вам покажется, что вам становится лучше, тогда и поговорим о лечении. Фуга, почти никогда повторно не проявляется. Лишь больные, страдающие раздвоением личности, могут испытывать диссоциативную фугу неоднократно. Вы же не из их числа, верно? – Кристина покрутила головой. – Так что вам не о чем волноваться. Вот мой номер телефона. – Она протянула визитную карточку. – Звоните в любое время, если что-то от меня потребуется. А по поводу ваших приступов паники, делайте то, о чем мы с вами говорили ранее. Кристина, вы молодая и привлекательная девушка, на этом жизнь не заканчивается. Двигайтесь дальше, идите вперед и вы увидите, что мир не состоит только лишь из серого цвета. Обязательно появится и другая палитра.

Кристина встала с кресла, и крепко, со слезами на лице обняла доктора. После чего убрала беззвучный режим на телефоне, и вышла через дверь.

Глава 21

Взглянув в зеркало на свое отражение, Кристина долго не могла отвести от себя взгляда. На ней были синие джинсы и желтая футболка. Чуть выше ремня, на животе, она увидела небольшой шрам. Кристина пыталась вспомнить, как она его получила, но как бы не напрягалась ее память, этого она так и не вспомнила. Память подводила ее. Внезапно перед ее глазами всплыли кадры того человека с оружием. По спине пробежал холодок. Она сделала несколько глубоких вздохов и постаралась откинуть эти мысли и воспоминания.

В руках она держала косметичку своей матери. И в первый раз, за долгое время, ей не хотелось выглядеть как небрежно размазанный графит на листе, она хотела быть как четкая яркая линия на картине. Кристина открыла косметичку и стала превращать свое унылое серое лицо в милое яркое личико. Через какое-то время, косметика сделала свое дело. В отражении, на которое она смотрела, виднелись отблески той девушки, которой она была раньше. Кристина клала на лицо ладони, а когда убирала их, то ее губы изгибались в улыбку и наоборот. В этот момент, она снова почувствовала себя женственной. Но вибрация в заднем кармане ее джинсов приостановила эту мимическую игру.

В телефоне было смс от Никиты: «Крис, мне нужна помощь». Она тут же стала набирать номер своего брата, но на том конце все время сбрасывали. «Где ты? Что случилось?», она нажала кнопку отправить сообщение. Не надо было отпускать его одного. Нужно было настоять и пойти вместе с ним. Телефон снова начал вибрировать. «Я в здании отца, комплекс, который он хотел перестроить. Ул. Масленникова. Дом 61. Первый корпус. Я в заднице, Крис, выручай».

– Дура! Не могла за ним приглядеть!

Кристина мгновенно начала собираться. Она накинула куртку, капюшоном прикрыла голову, не стала искать носки и на голые ступни натянула кроссовки. С полки шкафа взяла ключи от отцовского «БМВ» и бегом выбежала в подъезд.

Когда подъехал лифт, и двери открылись, первое что увидела Кристина – это осколки стекла от разбитой камеры лифта, лежавшие на полу. Спустившись на первый этаж она бегом выбежала из дома. Кристина добралась до стоянки рядом с их высоткой, и начала нервно нажимать на кнопку брелка от машины. Отец часто менял автомобили и эту она точно в глаза не видела. Услышав соответствующий звук, Кристина побежала. Машина стояла в третьем ряду, слева от выезда. Это была серебристая «БМВ М 480», она открыла двери автомобиля и села за руль.

Кристина всегда была пассивна к разному виду транспорта, даже когда отец учил ее водить, она не воспринимала это всерьез. Ей попросту было это не интересно. Но, тем не менее, на права она отучилась, хотя водительскими качествами и сноровкой не обладала.

Но когда она очутилась в водительском кресле этого авто, а ее руки легли на руль, у нее внутри были совсем другие чувства. Она словно оказалась в своей тарелке. Это приятная эмоция пронизывала ее с головы до пят. Кристина тронулась и уверенно поехала вперед к месту, которое указал Никита.

Всю дорогу по городу она двигалась очень быстро. Брала на обгон машины, нарушала правила и делала все для того, чтобы быстрее добраться до этого комплекса. Раньше так водить она не умела. Ей было приятно осознавать это, но в тоже время и страшно.

Еще когда она жила с родителями, отец выкупил эту территорию. Раньше здесь была трикотажная фабрика, он хотел переделать все и сделать большой торговый комплекс. Но что-то пошло не так, и все это дело пришлось заморозить. Кристина хорошо знала это место, отец часто брал ее сюда с собой. Она училась на архитектора, и он советовался с ней по некоторым вопросам.

Это место находилось ближе к окраине города. Кристина добралась сюда примерно за двадцать минут. Она резко затормозила, и машину занесло боком по влажному асфальту. Открыв дверь, она выскочила на улицу, достала из кармана телефон и начала звонить своему брату. Но в ответ услышала, все те же короткие гудки.

«Я тебя вижу Крис, я на третьем этаже, поднимайся и помоги мне выбраться».

– Какого хрена ты вообще забыл в этом месте. – Нервно пробормотала себе под нос Кристина.

Она осмотрелась. Это было большое трехэтажное здание, со множеством окон. Вся территория была огорожена серым профлистом, кроме въезда. Здание было в ужасном состоянии. Темно-красное кирпичное строение, все изрисованное в граффити. Стекла выбиты вандалами. Рядом бочки, в которых бомжи что-то сжигали, и пустые бутылки из-под дешевого алкоголя. Вокруг мертвая тишина, только редкое карканье пролетающих сверху ворон изредка ломало ее.