Свадебный рэп - Виктор Смоктий

Но не таков был нынешний клиент. Он взял со стола Банкира свежий номер «Биржевых ведомостей» и стал промокать газетными листами пятно, оставленное на брюках банковским халявным кофе. Потом закурил и стал ждать окончания телефонного разговора Банкира, сбрасывая пепел в отдаленно напоминающую пепельницу нефритовую чашечку из гробницы египетской царицы Хатшепсут. Банкир слегка занервничал, быстро закончил разговор и вперился холодным взглядом в наглеца.

— Что вам угодно еще? — спросил он, видя, что Леня абсолютно чужд культуре поведения. — Мы последовательно отвергли полтора десятка ваших так называемых бизнес-проектов, из которых мне особенно запомнилась идея выпуска кошерного кваса для окрошки, которую якобы любят евреи — выходцы из России. Чем вы можете это доказать? Где ваши социологические опросы?

— Но они ее таки любят? — хладнокровно парировал Леня. — Что мне ваши опросы? О чем можно спросить еврея, чтобы он не ответил тебе вопросом на вопрос или не послал тебя? И был бы прав. Мне некого было спросить, и я спросил сам себя: Леня, чего тебе здесь не хватает? Всего хватает, ответил я себе, кроме окрошки. А что я выходец из России, это вам и спрашивать никого не надо, — показал он на бумаги на столе Банкира.

— Мне наплевать, о чем вы разговариваете наедине с самим собой, — сквозь зубы процедил Банкир, — но такой разговор не подошьешь к бизнес-плану, и он нерепрезентативен для обоснования предоставления кредита. — Банкир успокоился, вновь ступив на твердую тропу привычных словесных заморочек.

— Знаете, в чем ваша ошибка? — вдруг спросил Леня Банкира, и тот от неожиданности отрицательно мотнул головой. — Вам кажется, что это вы нам нужны, а на самом деле мы нужны вам. Да, мы, просители, не подарок, и ушлые попадаются, и придурковатые, и гении случаются, и дебилы, а уж алчности — без меры, бессребреников среди нас не найдешь, но без наших идей ваши капиталы одичают и превратятся в серийных убийц, потому что только уничтожение людей приносит в наше время устойчивую сверхприбыль. Неужели вы этого не чувствуете? — проникновенно спросил Леня.

Банкир впервые с интересом взглянул на столь необычного клиента.

— Но ведь вы сами предлагали лазеры наведения? — не без иронии спросил он.

— Это оборонительное оружие, а не оружие агрессии. Я знаю, что ваша страна не нацелена на территории других государств, поэтому и предлагал вам их с легким сердцем. Думаю, что я последний раз обременяю вас своими проектами. Вы победили меня и не дали мне денег, на которые я мог бы подкупить нищих белорусских майоров и прапорщиков, чтобы привезти сюда пару таких лазеров. Вы остались без лазеров, за которые ваш миролюбивый генштаб дал бы вам рыцарский орден, а правительство — халявную лицензию вашему банку, а я остался без денег. И все благодаря вашей мудрости и прозорливости. Вон как у вас все ловко устроено с горшочком, — показал Леня на бонсай. — Что ж, спасибо за кофе.

Леня встал и, сложив мокрые листы «Биржевых ведомостей» с темными потеками, аккуратно положил их на прежнее место на столе Банкира.

— Мне пора, дела, знаете ли, — попрощался он и пошел к двери.

Банкир молча проводил его взглядом и, даже когда дверь закрылась, некоторое время сидел в задумчивости. Потом скомкал грязный номер «Биржевых ведомостей» и бросил его в корзину для мусора.

Домашний Шаолинь

Когда раздался мелодичный звонок домофона, Саша стирал носки. Не особенно беспокоясь о внешнем виде (он думал, что вернулся Леня), Саша нажал кнопку и, в трусах, с мокрыми носками в руках, решил дождаться появления друга. Саше не терпелось узнать о результатах похода в банк.

Но в дверях появилась молодая женщина, облик которой напоминал Саше о какой-то истории, происшедшей с ним то ли во сне, то ли в другой жизни. Саша охнул и, оставив дверь открытой, побежал в ванную переодеваться, бормоча на ходу извинения. Он торопливо натянул брюки и, выбрав из белья, предназначенного в стирку, первую попавшуюся майку, направился в комнату.

Увиденное его удивило. Дама деловито набивала сумку вещами из шкафа. Потом она подошла к компьютеру и стала перебирать дискеты, складывая некоторые в небольшой серый пластиковый пакет.

— Ты что же тут делаешь? А ну, по ложь на место! — возмутился Саша и попытался вырвать из рук женщины дискеты.

Но не тут-то было. Женщина, сделав пассы руками, нажала Саше на шею в двух местах, отчего он пришел в состояние легкого опьянения, потом нежно взяла за кисть и так ловко и легко дернула, что он улетел в другой конец комнаты, сбив по дороге стул и смяв журнальный столик. Дневной свет для Саши померк, и изображение комнаты с женщиной, склонившейся над ним, превратилось в узкую сверкающую полоску, а затем выключилось с мелодичным перезвоном мобильника.

Когда он пришел в себя и открыт глаза, в комнате уже появился Леня, который о чем-то спорил с женщиной. Саша никак не мог понять, о чем они спорят, потому что звуки доносились до него как сквозь воду.

Наконец женщина взяла сумку и, хлопнув дверью, ушла. Саша попытался ей помешать, но смог только пошевелить пальцами.

Леня глянул на распростертого на полу приятеля и пошел на кухню. Вскоре там появился и Саша, мотая головой и пытаясь избавиться от легкого звона в ушах.

— Что ж ты ее отпустил? Она же нас обокрала, — укоризненно попенял он.

— Это была моя жена. Она взяла свои вещи. Вот и все, — с трудом сдерживая раздражение, объяснил Леня.

— А я-то смотрю — лицо знакомое. Где, я думаю, ее видел? Слушай, а как же ты с ней справлялся? Она же это… — Он вяло показал рукой что-то наподобие приема каратэ.

Леня в ответ только поднял вверх средний палец.

Вдруг заработал телефон-факс, и из него полез листок с адресами.

— Смотри, как быстро откликнулись! Вот что значит правильно объявление написать, — сказал Леня, рассматривая листок. — Действительно, хватит ерундой заниматься, порадело делать. Начнем вот с этого адреса. Это здесь недалеко. — И Леня обвел фломастером адрес.

Список Казановы

Сидя в салоне машины, друзья сверяли номер дома со своим «списком Казановы».

— Кажется, здесь, — кивнул Леня на дом. — Двигай, — решительно сказал он, передавая Саше небольшой несминаемый букет невянущих цветов.

— А ты куда? — участливо спросил Саша.

— А я — домой. Звякнешь в случае чего. Я буду через двадцать минут. Ну, ни пуха ни пера, — выпихивая Сашу из машины, пожелал Леня.

— К черту, — угрюмо пробурчал тот, нажимая кнопку домофона.

— Вас слушают, — выдохнул домофон приятным женским голосом.

— Добрый вечер. Это Александр. По брачному объявлению, — сказал Саша голосом Левитана.

— Да, да, пожалуйста, — радостно ответил женский голос. — Я вас жду. Поднимайтесь на третий этаж.

Домофон пискнул, и замок на входной двери открылся. Саша испуганно оглянулся, но Леня только подбодрил его жестом «всади ей как следует».

В это время из соседнего дома вышла девушка в белом тюрбане, в длинном белом шелковом халате и зеленых шароварах, которая вела на поводке (очевидно, на прогулку) черного дога. Леня, уже собравшийся ехать, засмотрелся на девушку. Та тоже взглянула на него.

Дверь открылась, и на пороге появился Саша, лучась деланной улыбкой.

— Добрый вечер. Могу ли я видеть, — Саша не смог воспроизвести по памяти имя и смущенно заглянул в карточку, — Вирджинию Теофилиус?

— Да, это я, — улыбнувшись, сказала женщина.

Саша качнулся, как от прямого в подбородок. Он был готов ко всяким испытаниям, но чтобы сочетаться браком с этой глубокой, пусть и симпатичной старухой… Комната поплыла у него перед глазами, и он рухнул как солдат в атаке — лицом вперед.

Старушка, нимало не смутившись этим обстоятельством, сноровисто дотащила Сашу до дивана и, расстегнув на нем рубашку, сделала несколько нажатий пальцами по системе шиацу.

Саша дернулся, как от удара электрического тока, и открыл глаза.

— Вы хотите на мне жениться? — спросил Саша севшим голосом.

— Выйти замуж, если быть точным, — назидательно поправила старуха. — Успокойтесь. Это не входит в мои планы.

Саша облегченно вздохнул и, ожив, поинтересовался:

— А зачем же вы ответили на мое объявление?

— Мой интерес к вам вызван тем, что я писательница. И пишу исключительно порнографические романы. «Глубокую задницу» читали?

— Ну? Так ее же написала эта… Виктория Трайдент. А, понимаю, — догадался Саша. — Псевдоним. А «Глубокая задница-2» — это тоже вы?

Старушка кивнула:

— Но она мне совсем не удалась. Уж если о чем стоит поговорить, то это о трилогии — «Кто-то пролетел над задницей», «Молчание задницы» и «Никогда не говори заднице: „Никогда“».

Снаружи в кабину вежливо заглядывал черный дог. А внутри, в густых сумерках и резких отблесках света угадывалось движение двух тел, совершающих половой акт в хорошей атлетической манере.