Ее тайный возлюбленный - Сара Беннет

— Этого парня зовут Кумб, — пояснила Салли. — Он конюх и немного садовник; кроме того, ему поручается любая работа на дворе. Обычно он питается здесь, на кухне, подальше от чужих глаз. Он не очень любит бывать среди людей. Не так ли, Кумб?

Гейбриел одобрительно что-то буркнул и сунул в рот еще одну сосиску, вытерев запачканную жиром руку о рубашку.

На лице Антуанетты выступило явное отвращение. Гейбриел глупо ухмыльнулся, глядя ей в глаза.

— Вероятно, вы правы, миссис Уоникот, — сказала Антуанетта, поспешно направляясь к выходу, — будет лучше, если я поем в комнате для завтраков. Я понимаю, что мне здесь не место.

Как только за ней закрылась дверь, все на кухне весело перемигнулись и тихо рассмеялись.

— Вы видели ее лицо? — прошептала Мэри. — Я было подумала, что она хлопнется в обморок. Больше ее здесь мы не увидим, это уж точно.

Прожевав как следует, Гейбриел проглотил мясо и запил его добрым глотком пива. В отличие от Мэри он не считал, что отделаться от мисс Дюпре будет легко. Скорее он был согласен с Салли Уоникот, считавшей Антуанетту хитрой пронырливой особой, за которой нужен глаз да глаз.

Гейбриел сидел и улыбался: о, с каким удовольствием он возьмет на себя обязанность следить за мисс Дюпре.

Глава 5

Наступила ночь, и дом, казавшийся днем тихим и мирным, вдруг превратился в обитель, полную невидимых опасностей. Среди окружавшей темноты легко мог спрятаться следивший за ней незнакомец. За каждым шорохом или скрипнувшей половицей чудились чьи-то крадущиеся шаги.

Антуанетта закрыла глаза и попыталась успокоиться. Она была одна в своей спальне, все обитатели дома давно улеглись спать, бояться ей было нечего и некого. Напольные высокие часы пробили полночь. Собираясь покинуть свою спальню, она намеренно дожидалась столь позднего часа, не желая, чтобы ее кто-нибудь заметил.

— В провинции живут согласно заведенному порядку, ложатся спать и встают в одно и то же время, — заканчивая подавать в столовой блюда на стол, вызывающе заявила во время ужина миссис Уоникот, как будто подталкивая Антуанетту поспорить с ней.

Итак, подумала про себя Антуанетта, вскоре уставшие слуги пойдут спать, и ей тоже придется лечь в одно время с ними.

Антуанетте, привыкшей к дружеской беседе, к теплому дому и радушному приему, было явно не по себе в холодной и неприветливой атмосфере Уэксмур-Мэнора. Впереди ее поджидала унылая перспектива провести весь вечер в одиночестве у себя в спальне. Она даже не захватила с собой никакой книги, чтобы скоротать время. Писать своим родным глупо и бесполезно — она не сомневалась, что ее письма будут перехватывать и отсылать лорду Эпплби.

— В доме есть библиотека? — спросила она, неохотно вставая из-за стола.

Миссис Уоникот, недовольно сжав губы, провела ее в библиотеку и осталась наблюдать за ней, пока та выбирала книгу. Антуанетта намеренно тянула время, не спеша читая заглавия книг, втайне надеясь, что домоправительница уйдет, оставив ее одну.

Библиотека представляла собой удивительную смесь классической и образовательной литературы. Внимание сразу привлекал толстый том в кожаном переплете с золотым тиснением под названием «История рода Лэнгли из Девона». На глаза попадались книги об птицах и растениях, путешествиях в экзотические страны, а на самых верхних полках, до которых не могла дотянуться детская рука, стояли книги с двусмысленными названиями. Едва Антуанетта протянула руку за книгой «Ночи в гареме султана», как вдруг дрожащий от волнения голос миссис Уоникот заставил ее замереть на месте.

— Сэр Джон так любил свои книги.

Поразившись, Антуанетта взглянула на домоправительницу и заметила слезы, навернувшиеся у нее на глаза.

— Сэр Джон?

— Он часами просиживал в библиотеке, порой забывая о еде. Благослови Господь его душу.

— Кто такой сэр Джон? Он здесь жил?

Но миссис Уоникот, похоже, успела взять себя в руки и не захотела открывать Антуанетте свою душу и делиться сокровенными мыслями. Ее лицо опять приняло выражение холодной отчужденности.

— Вы уже выбрали, мисс Дюпре? Мне завтра рано вставать — нужно выспаться.

— Да-да. Я уже закончила.

Но вряд ли миссис Уоникот подозревала, что Антуанетта на самом деле тщательно запоминала расположение книг в библиотеке, чтобы вернуться туда позже.

И вот теперь, вернувшись, она стояла в полной темноте. Масляная лампа на лестничной площадке освещала тусклым мерцающим светом первые несколько ступеней лестницы. Стояла зловещая тишина. Но Антуанетта напомнила себе, ради чего пришла сюда. Ей нельзя отступать, надо во что бы то ни стало спрятать письмо.

Она знала, что Мэри Купер, горничная, которая разбирала багаж, воспользовалась возможностью и обыскала все ее личные вещи. Конечно, раскладывание вещей подразумевало, что предметы ее личного гардероба и туалета будут разложены и убраны, однако были вещи, которые вовсе не требовалось раскрывать или разворачивать — например ее несессер. Но Антуанетта заметила, что ленточки на нем были завязаны не как обычно, а бумаги лежали не совсем ровно и аккуратно.

Вполне возможно, что Мэри страдала излишним любопытством, но сама Антуанетта склонялась к более рациональному объяснению, не сулившему ей ничего хорошего.

Чем скорее она спрячет письмо, тем будет лучше. Письмо было залогом ее будущей безопасности, и поэтому она берегла его как зеницу ока.

Запах кожаных переплетов действовал успокаивающе, и ей пришла в голову мысль: кто такой сэр Джон? Один из бывших хозяев миссис Уоникот? Может быть, она была к нему излишне привязана? Не разбил ли он ее сердце, когда отказался от второй порции сладкого пудинга с джемом, а потом отослал в Девон, где она вышла замуж за Уоникота?

Антуанетта невольно рассмеялась и тут же испуганно приложила палец к губам — слишком громким показался ей ее смех в ночной тишине дома. Успокоившись, она плавно провела пальцами вдоль книжных корешков на одной из полок, пока не нащупала книгу, на которую раньше обратила внимание. Мгновение, и письмо исчезло между ее страницами, а книга опять заняла свое прежнее место. Антуанетта выровняла корешки книг в одну линию, чтобы ни у кого не возникло подозрения, что книгу кто-то трогал. Все, готово! Она наудачу вытянула первую попавшуюся книгу. Если бы ее увидели, в оправдание она ответила бы, что заходила в библиотеку, поскольку ей захотелось почитать на ночь.

С довольным видом Антуанетта тихо притворила за собой дверь. Она была довольна собой, как вдруг неведомая опасность, отчетливо разлитая в воздухе, заставила ее насторожиться. Похоже, поблизости от нее кто-то находился.