Крохотное чудо (СИ) - Натализа Кофф

  Спартак дернулся и навалился всем телом на меня, придавливая к полу. Мда, не самое романтичное место. Тем более для первого раза. Но было плевать. Да и шевелиться не очень хотелось, и не моглось.

  -Утром тебя искупаю, - разобрала сквозь легкую дремоту.

  -Угу, - пробормотала я, не открывая глаз.

  Теплые губы прижались к моему лбу всего на секунду. И я почувствовала холод от того, что теплое тело меня больше не накрывает. Зато сильные руки подняли мое безвольное тельце с пола и потащили в спальню, наверное. Уснула я моментально, ни о чем не думая.

  Проснулась утром. Поняла, что в квартире одна. Точно знала, что Спартак ушел. Мне не нужно было обходить всю квартиру, чтобы в этом убедиться. Просто знала и все. Вздохнула. Мне не привыкать. Я почти всегда одна.

  Пошла в ванную. Приняла душ. Оделась и пошла на работу. Что мне делать - не знала. Не искать же мне Кузьму. Ну, подумаешь, переспали. С кем не бывает? Да, это мой первый раз. И что теперь?

  Привычные дела и заботы на рабочем место отвлекли меня от мыслей о парне. Да, я наверное все же влюбилась. Хотя Спартак - самый последний мужчина на планете, которого можно полюбить. Однако, проблемка.

  К шести вечера, когда я уже собиралась домой, зазвонил мой телефон. Номер незнаком. Секунду думала, ответить или проигнорировать. Ответила.

  -Алло, - тихо проговорила я. В трубке секунду молчали.

  -Придешь? - тихий голос, немного хриплый, но уже такой любимый и самый узнаваемый. Предательское сердце пропустило удар и вновь забилось.

  -А нужно? - так же тихо прошептала я.

  В этот раз молчание длилось меньше. Одно мгновение.

  -Я в офисе, через площадь от кулинарии, - четкий уже более громкий голос Спартака и короткие гудки.

  В этом он весь. Ни привет, ни пока, ни как дела.

  Вздохнула. Идти? Или не идти? Черт! Черт!! Черт!!!

  Сложила в коробку свежее пирожное, печенье, сделала пару горячих бутербродов и пошла на 'свидание'.

  Офис 'Престижа' встретил меня суетящимися и торопящимися по домам сотрудниками. У лифта увидела Льва. Он кивнул мне, улыбнулся и придержал дверь.

  Э, нет, товарищ Лёва. Я ножками. Мужчина удивленно поднял брови, но промолчал.

  Я, как и в прошлый раз, потопала по лестнице. В этот раз я не особо торопилась, брела не спеша, будто давая себе время на раздумье. Вот блин! Где Спартак, и где я. Он -успешный, богатый, красивый, опытный. А я ... Одно недоразумение в общем. Нет, была бы я дочь магната или шейха арабского, тогда оно конечно все понятно. А когда так, сотрудник кулинарии, тогда как -то не понятно.

  Вновь зазвонил телефон.

  -Ты где? - требовательно заявил Кузьма.

  -Блин, да клаустрофобия у меня! - практически закричала я.

  -Ясно, - уже спокойнее сказал Спартак и сбросил вызов.

  -Псих блин, - пробормотала я и двинулась дальше.

  Услышала, как над головой открылась дверь и надо мной появилась голова Спартака. Он перевесился через перила, высматривая меня. Нахмурился.

  -Чего тащишь? - и как-то с упреком.

  Нет, вот скотина, блин. Я о нем забочусь, а он еще и наезжает. Остановилась, как вкопанная. Насупилась.

  -Ладно, проехали, - пробормотал парень. Он уже успел спуститься и стоял на том же лестничном пролете, что и я, - Я это.. устал просто.

  -Угу, - пробормотала и вручила ему свертки с едой, а сама потопала выше. Мне еще два пролета идти, между прочим.

  -Илонка, - услышала голос за спиной, глянула через плечо. Спартак стоял, держа пакеты в одной руке, а вторая лежала на перилах. И смотрел странно, - Спасибо.

  Кивнула. За что именно он благодарит, было неважно. Главное, что-то человеческое по отношению ко мне он проявил.

  Мы разместились в той же комнате, где пили чай в самый первый раз. Спартак, сметя почти все, что я для него принесла, развалился на диване. Правда один уголок было разрешено занять мне. Ну как разрешено. Он просто усадил меня на диван, а сам разлегся. И голову свою на мои колени положил. Еще и руку мою отобрал и к волосам своим прижал, гладь, мол, не сиди без дела. А сам пультом щелкал, переключая каналы на телевизоре. Остановил на каком-то, и отдал пульт мне. Типа, сама ищи и включай чего хочешь. Минуту Кузьма лежал, закрыв глаза и сложив руки на животе. Думала - уснул. Перестала поглаживать по волосам. Нет. Не спит. Он вновь открыл глаза вроде с упреком. Продолжила гладить. Кузьма закрыл глаза и поерзал, устраиваясь удобнее. Спустя некоторое время Спартак задышал глубоко и расслабился, морщинки вокруг его глаз разгладились, делая его моложе. А сколько ему вообще? На вид тридцать-тридцать пять. А на самом деле, кто его знает?

  Поняла, что тоже засыпаю. Устроилась удобнее и провалилась в сон. Только почувствовала, как Кузя меня обнял крепче и уложил рядом.

  Из приятной дремоты меня осторожно вытянули ласковые руки Спартака. Он легонько поглаживал, целовал, щекоча отросшей щетиной. Улыбнулась.

  -Кузь, я спать хочу, - возмутилась я.

  -Спи,- раздался довольный голос, и губы прижались к уху, заставляя по телу пробежать табун мурашек.

  Я послушно спала, правда мои руки бодрствовали. Да и все тело в общем. Наша близость в этот раз была тягуче медленной, словно рядом со мной сейчас был другой человек. На всякий случай открыла глаза, убедилась, что это все тот же Спартак, и вновь закрыла.

  Кузьма был нежным, но требовательным. Он целовал, одновременно погружаясь в мое тело, то медленно, то резкими рваными толчками, словно мучил, или ждал чего-то.

  Мое тело изнывало, молило о большем. Но Спартак словно дразнил. Распахнула глаза. Его лицо оказалось очень близко, взгляд словно молил, рот упрямо сжат в одну линию. И он ждал. Ждал чего-то от меня.

  Подняв руку, провела ею по щеке Кузи. Он легонько подался вперед, навстречу моей ладони.

  -Люблю тебя, - несмело прошептала я.

  Спартак вжался в мои губы своим ртом. И начал двигаться быстрее, глубже, проникая в самую душу.

  Да, именно этих слов он ждал. Я поняла это. Но я знала, что не услышу ответного признания. Но это не важно. Пока не важно.

  На утро я ушла на работу, приняв душ и умывшись, пока Спартак спал. Правда перед уходом не сдержалась. Наклонилась и легонько поцеловала Кузьму в губы. Уходить не хотелось. Но что-то мне подсказывало, что так нужно.

  Уже в пороге я обернулась. Спартак не спал, а повернув голову, смотрел на меня. Но он не попросил остаться. Только смотрел серьезно, и ни слова не сказал.

  Все утро у меня все валилось из рук. Я дважды порезалась. Трижды обожглась о раскаленную печь. И двадцать два раза споткнулась о каждый порог кулинарии. В общем, весь день меня преследовал злой рок. Вплоть до того момента, как на кухню вбежала Ира.