Вечный. Книга VII Финал. - Алексей Рокотов

давало идеальной картинки. Я потянулся вперёд и взял руку «парня» и приложил к своему лицу. Только так он смог бы понять.

Несколько секунд он водил пальцами по моему лицу, после чего спокойно убрал ладонь. На его лице ни дрогнул ни один мускул. Лицо оставалось таким же спокойным.

— Спасибо, теперь мне будет проще. Ты пришёл сюда не просто так, — сказал бывший член ордена.

Хотя почему бывший? Пока он верен, он остаётся действующим членом.

— Нара сказала, что ты можешь помочь, — сказал я, — Только я до сих пор не понимаю в чём?

С самого начала я заметил, что у собеседника отсутствует Исток. Он свернулся до крошечной точки, и если бы не истинное зрение, рассмотреть его не получилось.

— Тебе не нужно то же самое, что и другим. Их путь состоит в другом. Тьма дала им силу, эмоции, но они никогда не понимали и не знали, что это такое. Тебе же нужно другое. Амулет у тебя на груди, ты должен избавиться от него. Он блокирует тебя и действует не хуже рабского ошейника. Достаточно древнему пожелать, и ты умрёшь.

— Концентрация эора убьёт меня.

— Нет. Не убила же меня. Не убьёт и тебя. Если действовать правильно. Ты носитель Тьмы, она сбережёт. Мои смерти закончились давно, за это время я успел многое понять. После твоего рассказа многое сложилось в единую картину. Понимаешь, почему люди сумели отбросить Иань-Ши? Заметь, я не говорю победить. Я говорю, отбросить.

— Эта война закончилась слишком давно, чтобы понять это.

— Я скажу. Здесь в столице Иань-Ши в Осколке, концентрация эора равняется той, которая витает в их галактике. Она там повсеместно. На каждой планете, в космосе, даже в экстрамерностях. Человечество же ушло условно в пустошь. Много бы люди навоевали, если бы попали в пространство без воздуха? Нет. То же самое произошло и в те давние времена. Что смогли сделать люди, так это не умереть сразу. О них на время забыли. Но многое начало меняться в последнюю тысячу лет. О вас вспомнили. Иань-Ши создали завесу, и рано или поздно она дойдёт до Иша, обеспечив империю пристойной средой обитания. Сомневаюсь, что люди смогут тягаться со столь древней цивилизацией.

Слова узника казались логичными, но что-то казалось неправильным, словно я слышал только часть правды. Никаких оснований сомневаться у меня не было, но странное ощущение не давало покоя.

— Амулет, — напомнил «парень», — Чем раньше ты начнёшь привыкать к жизни без него, тем лучше и тем быстрее ты сможешь от него избавиться.

— Ты хочешь начать прямо сейчас? — спросил я.

— Ты сильно занят и есть множество других дел? — ухмыльнулся собеседник.

— Мой график свободен, — я вернул ухмылку.

— Тогда снимай. Первые разы будет больно, я помогу, если потребуется вернуть амулет. Тело должно адаптироваться к новому уровню энергии, это может занять какое-то время. И главное — оставайся в сознании.

Я сосредоточился и снял амулет. Когда собрат по ордену говорил о боли, я и не думал, что будет настолько плохо. Мне удалось продержаться всего несколько секунд. Затем моё сознание снесло могучей волной. Тело выгнуло дугой. Перед глазами появилась пелена. Всё, что я чувствовал это всепожирающую боль. Она заполнила меня целиком. Единственное, на что меня хватало — это удерживать себя на грани обморока. Все мои ментальные навыки оказались бесполезны. Трудно контролировать себя, когда внутренности буквально плавятся. Не какой-то один орган, а всё сразу.

Пытка казалась бесконечной. Я давно потерял счёт времени. В сознании ярко горела только одна мысль: «Шейд, не вздумай отключаться».

— Всё, для первого раза достаточно, — послышался голос.

Я не сразу понял, кто говорит. Воспоминания о страшной боли всё ещё туманили сознание, чуть ли не сильнее, чем сама пытка.

— Ты выдержал, — задумчиво сказал брат по ордену.

— Я сейчас сдохну… — прохрипел я и если бы не состояние регенерации, то, скорее всего, так бы и произошло.

— Шейд, если ты решишь повторить, то делай это не раньше, чем через сутки, — сказала Юри, — Тело не успеет восстановиться. И всё это может закончиться печально для тебя.

— И не собираюсь, — сказал я.

Брат по ордену не торопил меня. Дал возможность прийти в себя.

— Ты оказался намного крепче, чем я мог подумать. Если я правильно понимаю, то что ты хотел сказать, то это легко объяснимо. Обычно все, кто ко мне приходит, не могут выдержать и нескольких минут. Ты продержался несколько часов. Можно сказать, рекорд. Я бы и дальше не стал тебя трогать, но пришёл сигнал. Тебя хотят видеть сверху. Древний ждёт.

— Что будет, если я не откажусь? Стражников или надсмотрщиков я здесь не видел.

— Не получится. Сначала придёт боль. Не только к тебе, но вообще ко всем в темнице. Она будет нарастать и скажу тебе откровенно. Другие узники не станут этого терпеть. Они отправят тебя на платформу, даже если им придётся избить тебя до полусмерти.

— Даже Нара и её люди?

— Они будут первыми. Устои империи Иань-Ши сильно отличаются от порядков человечества. Смирись.

— Противиться я не стану. Если он хочет меня видеть, то я сам приду к нему.

— Хорошо. Прежде чем ты уйдёшь, я скажу тебе кое-что. Так у тебя будет больше мотивации не умирать. И скажу сразу. Повторять или объяснять я не стану. Даже у ментала есть уши.

В моё сознание ворвался голос брата по ордену.

— Она жива. А теперь уходи.

Глава 5

Я шёл по тёмному коридору. Шаги эхом отражались от серых стен и улетали вперёд.

Разговор с узником многое поменял в моём восприятии. Всё это время думал о том, что человечество сумело победить в древней войне. Реальность же оказалась совершенно иной. Мы смогли уйти в никому не нужные