Вечный. Книга VII Финал. - Алексей Рокотов

сидит в этой клетке уже несколько тысяч лет, то найти с ним общий язык не составит труда.

Этот коридор ничем не отличался от сотен таких же, которые я преодолел за последний час. Тот же серый камень, та же пыль. Отсутствие любого освещения. Передо мной появилась развилка на три коридора. Я с удивлением посмотрел на неё, не понимая, куда мне стоит повернуть. Нара ни словом не обмолвилась о том, что мне придётся где-то сворачивать.

— И долго ты собрался там стоять? — послышался густой и басистый голос человека.

Но главное было не этим. То, что я кого-то встречу здесь было понятно изначально. Незнакомец говорил на земном диалекте, который я хоть с трудом, но всё ещё помнил.

Я ухмыльнулся и выбрал левый коридор. Именно оттуда шёл голос.

— Здравствуй, — сказал я на земном, когда оказался в небольшой келье без мебели. Каменное ложе и то отсутствовало.

— Давно я не слышал эту речь, — сказал молодой на вид парень. Лет двадцать пять — тридцать. Короткие, почему-то синие волосы едва заметно мерцали, но не были способны разогнать царивший в келье мрак. Тело невольник держал подтянутым. Серая футболка практически не скрывала бугры мышц.

Незнакомец не смотрел на меня. Он сидел в позе медитации, и его глаза были закрыты.

— Не думал, что подобный голос может принадлежать кому-то с таким, как у тебя видом, — сказал я и тоже сел в позу медитации.

— Главное то, что находится внутри. Я обречён на бессмертие и даже если бы захотел, то не смог бы от этого избавиться. Тот, кто совершил это со мной потерян слишком давно.

— И ты вот так просто об этом сообщаешь? — спросил я, — Подобное не рассказывают на каждом углу. И мало кто вообще знает, что подобное возможно.

Незнакомец стойко отказывался смотреть на меня. Веки даже не дрогнули.

— Думаешь, Иань-Ши не в курсе этого? — усмехнулся незнакомец, — Последние несколько тысяч лет обо мне не вспоминают, но раньше для них это был настоящий праздник. Каждые несколько дней меня казнили на главной площади их столице и делали это до тех пор, пока желающих посмотреть на казнь не осталось. Ты пришёл из-за завесы? Из Иша? Или как и встарь, переместили прямо с земли.

— Я прибыл из-за завесы.

Кажется, мой ответ стал для собеседника неожиданным. Он разомкнул веки, и я увидел два молочно-белых глаза.

— Ты слеп, — сказал я.

По губам собеседника пробежала улыбка.

— Для тех, кто может смотреть иначе, это не является проблемой, — сказал он.

— Истинное зрение, — догадался я.

— Ты умеешь его использовать? — спросил парень… Или старик. Я пока не понимал, как его воспринимать. Глаза говорили одно, а разум подсказывал, что я общаюсь с древним и уставшим от жизни человеком.

— Да. Как тебя зовут?

— Не знаю, — ответил узник, — Плетение бессмертия обладает одним изъяном. С каждой смертью часть сил уходит из Вечного, так же как и часть памяти. Если умирать часто, как это делал я, то остаётся лишь оболочка. Можно оставить только самые сокровенные воспоминания и те со временем затухают.

— Вот значит как… — протянул я.

Что-то подобное я и сам подозревал. Лорэл и остальные главы великих домов хорошо постарались, чтобы вычистить из меня всё, что я когда-то знал и умел. Сколько моих смертей понадобилось? Тысяча? Сто тысяч? Не удивлюсь, если последняя цифра окажется близкой к правде.

Фактически единственное, что осталось от меня прежнего — это странные сны. Жар, холод, женский крик. Вот и всё, что отпечаталось в моей памяти навсегда.

— Да. Скажи мне, что случилось с орденом, я помню, что был его частью.

— Орден не погиб, но давай я расскажу тебе, что происходило с человечеством за последние тысячи лет, чтобы ты сумел составить полную картину происходящего.

Лишь единожды узник перебил меня, когда я начал рассказывать о странном тумане, который подчинял Вечных и заставлял их бросаться на своих же союзников.

— Это одно из многих оружий Иань-Ши. Мне много раз приходилось проходить сквозь это. Они думали, что сумеют сломать меня с его помощью, но я всё-таки сумел сохранить разум. Если говорить просто, то туман является законсервированной ментальной силой. Причём его можно запрограммировать на определённого человека и отравлять его издалека. Порой это может давать поразительные результаты.

— И как не поддаться этому? Как ты выстоял? — спросил я, понимая, что скоро мне придётся пройти через непростой разговор и возможно, пытки от древнего. Он точно не забудет о моём существовании.

— Старые знания ушли из моего сознания вместе с именем. Я забыл всё, что знал.

— Но что-то ведь сохранилось?

Я медленно выдохнул. Где-то глубоко внутри я надеялся на то, что смогу обрести древние секреты работы с эором. Мой собеседник не мог быть обычным смертным, раз ему досталось плетение бессмертия. Я знал всего шестерых, кто мог похвастаться тем же.

Наверняка я был знаком с узником очень хорошо. Только вот этого лица я не помнил.

— Да. Образ моего лидера. Его лицо отпечаталось в моём сознании.

— Имя помнишь? — спросил я.

Уже понимая, что сейчас услышу, я подался немного вперёд.

— Аррн… — одновременно сказали мы.

— Ты его знаешь? Слышал о нём? — пальцы собеседника затряслись. На лице появилась тень, — Нет. Не говори. В этой тюрьме даже у стен есть уши. И это имя вызывает среди древних такую ненависть, что они могут сделать всё что угодно. В том числе убить тебя, выпотрошить мозг, чтобы добраться до этих знаний. Не остановит их даже то, что мы говорим на земном языке. Он им отлично известен.

— Я хочу, чтобы ту увидел моё лицо, — сказал я.

Истинное зрение хоть и позволяло собеседнику видеть стены и людей вокруг себя, но оно не