Пятьдесят оттенков ада - Тим Миллер

и откопала какие-то предметы. Он сделал в точности то, что она ему велела, хотя это заставляло его нервничать. У нее было множество ремней и других вещей. Ремни были прикреплены к набору крючков в верхней части стойки кровати. Она связала его руки и ноги соответствующими ремнями и надела еще один ремень на его талию. Все это подвесило его всего на пару футов от кровати и сделало беспомощным.

Брюс никогда не был рабом в секс-играх. Карен однажды хотела связать его, но он сказал "нет". Он боялся быть связанным и даже был против завязывать глаза. Идея выйти из-под контроля пугала его при нормальных обстоятельствах, но в Мелиссе не было ничего нормального. Последним предметом был квадратный блок с набором винтов с каждой стороны. Она открыла блок и закрепила его вокруг его яиц, зажимая их между блоками.

- Что это? - спросил Брюс.

- Сейчас увидишь.

Она начала поглаживать его член, массируя его, пока он не стал твердым, пульсирующим от ее прикосновения. Затем она закрутила гайки, оказывая давление на его яйца.

- Ой! Спокойно! Подожди! - воскликнул он. - Что ты делаешь!

Боль начиналась как тупая пульсация, но становилась все сильнее с каждым поворотом винтов. Тем не менее, она продолжала гладить его член, который становился все тверже. Он закусил губу, боль становилась все сильнее и сильнее каждый раз, когда она поворачивала винты.

- Чувствуешь? - она сказала. - Почувствуй боль. Пусть она омывает тебя. Скоро боль и удовольствие сольются воедино.

Было так больно, что он едва мог говорить. Теперь казалось, что кто-то несколько раз ударил его в живот. Он даже не чувствовал, насколько твердым был его член. Он посмотрел вниз, его яички были похожи на плоские пурпурные шарики.

- Блядь! Стоп! Пожалуйста! Черт возьми, это больно! - он никогда раньше не чувствовал такой боли.

Какая-то его часть не могла поверить в то, что он убил проститутку только ради того, чтобы раздавить свои "орешки".

- Ты приближаешься, - сказала она, продолжая гладить его член.

Его член пульсировал, когда она сжимала его головку, в то время, как устройство продолжало сжимать его яйца. В какой-то момент он был уверен, что почувствовал, как что-то хлопнуло, но не был уверен в этом точно.

- Боже мой! Прекрати! Пожалуйста! – вскрикнул он, когда она начала сосать кончик его члена, заставляя его пульсировать и дергаться.

Он боролся со своими ограничениями, пока его тело испытывало множество ощущений. Боль, которую он никогда не чувствовал, и одновременно удовольствие, сводившее его с ума. Она продолжала сосать, затягивая винты, пока его зрение не затуманилось, он начал плакать и кричать прямо перед тем, как потерять сознание.

Oчнувшись, он снова лежал на полу чердака. Единственные царапины, которые у него были, были на руке от проститутки. Следы укусов и царапины на его груди и плече исчезли. Он оделся и спустился вниз прежде, чем Карен вернулась домой. Его разум не мог обработать все, что произошло. На этот раз не было сомнений, что все было на самом деле. Его орехи все еще пульсировали. Ему было больно, когда он натягивал штаны. Медленно он прошел в гостиную и сел на диван. Он просто надеялся, что Карен слишком устала для секса. Почему Мелисса это сделала? Это не имело значения. Завтра он закроет дверь навсегда. Он покончил с обманом и покончил с Мелиссой.

Глава 10

Карен была полна решимости выяснить, что происходит с Брюсом. Уже несколько дней он был сам не свой. Прошлым вечером она пришла домой, и у него на руке была странная царапина. Он утверждал, что получил ее от бездомной кошки.

- Когда я ходил в магазин, я увидел, как под машиной застряла какая-то кошка. Я потратил двадцать минут, пытаясь вытащить ее оттуда, - сказал он. - В конце концов, я просто протянул руку и схватил ее, а это дрянь еще и поцарапала меня.

Она не спросила его, кем была женщина на картине. Карен не знала почему. Что-то подсказывало ей, что он будет соврать и об этом, поэтому спрашивать его было бессмысленно. Вместо этого она позвонила на работу и взяла больничный. Вот только она не осталась дома. Она вышла из дома, проехала квартал и припарковалась чуть дальше по улице. Она была полна решимости выяснить, что происходит с ее мужем.

* * *

Брюс сидел и пытался выкинуть Мелиссу из головы. Он ни за что не собирался ее снова трахать. Во-первых, ему придется снова убить кого-нибудь, чтобы увидеть ее. Во-вторых, он не хотел снова убивать только для того, чтобы раздавить себе яйца. Что, черт возьми, это вообще было? Вот только он не мог перестать думать о ней. Боль в его орехах прошла и сменилась жжением и пульсацией. Как бы он не хотел перестать думать о ней, он хотел ее.

Секс с ней был слишком хорош. Несмотря на цену встречи с ней или причиненную ему боль, она пробудила в нем что-то такое, что заставило его почувствовать себя более живым, чем он когда-либо себя чувствовал. И оно того стоило. Любой ценой. Нет, он не мог продолжать это делать. Вчера вечером Карен скептически отнеслась к его истории с бездомной кошкой, объясняющей царапины на его руке. Он не мог больше врать ей. Но Мелисса... Он должен ее увидеть. Прежде чем он смог отговорить себя от этого, он схватил ключи и направился к машине.

* * *

Карен увидела, как он куда-то уезжает, и последовала за ним. Она смотрела, как проститутка села в его машину возле подземного перехода. Зачем? Почему? У этой девушки были следы от игл на руках и ногах. Скорее всего она болела СПИДом и бог знает, чем еще. Зачем ему подбирать проститутку? Этого не может быть. Ее живот сжался при виде человека, которого она любила, проезжающего по городу с проституткой в машине. В их машине.

Вскоре они вернулись в дом. Нет! Только не в их дом! Из всех мест он привел