Хрустальная колыбельная - Мидзуна Кувабара

Есиаки вправду взвалил на меня довольно проблемный груз, — Кокуре опустил взгляд на руки и сжал пальцы.

Их еще покалывал жар ауры рук Такаи.

«Пугающий парень…»

По улицам Сэндая гулял зловещий ветер. В темноте мягко звенел колокольчик.

Два ночи; развалины корпуса факультета сельского хозяйства университета Тохоку.

Мертвых и раненых давно вывезли, и исследование руин закончилось к сумеркам. Над горой щебня, бывшей недавно трехэтажным зданием из брусчатки, повисла ночная тишина. Не было видно ни души.

Во мраке отзывался звон колокольчика. А потом… появилась одинокая женская фигура. В бледном свете фонарей, что стояли в саду кампуса, нечеткий силуэт становился все более ясным. Это была молодая женщина с короткой стрижкой.

Она остановилась перед горой щебня. Динь-динь-динь… звенел колокольчик в ее руке. Обнаженный остов — вот и все, что осталось от строения. В щебне даже почти не было крупных обломков, будто какая-то неведомая сила буквально смолола бетон в крошку. Теплый ветер крепчал. Женщина осторожно извлекла из блузки прут с заостренными концами — одно из ритуальных орудий в эзотерическом буддизме под названием токко[34]. С токко в руке она перешагнула оградительную ленту и ступила на руины. И там, где она проходила… щебень превращался в песок — ветер поднял и закрутил облако песка. Незнакомка стояла перед гигантской воронкой в центре.

Не прошло и минуты, а щебень вокруг превратился в крошево.

Женщина опустилась на колени и подняла токко, потом с рассчитанной медлительностью разомкнула губы:

— Он сарабататаагята ханна маннанау кяроми,[35] — тихий голос плыл в ночи. — Он соаханба сюда сарабатарама соаханба шудокан.[36]

Женщина читала мантры фурэй[37] и дзесанго[38] из молитв в эзотерическом буддизме. Кажется, она начинала какую-то церемонию.

— Он…

— Что это ты тут делаешь?

— !

Женщина встрепенулась, заслышав чей-то голос. Высокая тень появилась из темноты:

— Довольно поздно для прогулок, не так ли?

— …

— Я надеялся, что ты придешь чуть пораньше… Но по крайней мере теперь мне не придется тут ночевать.

— !

— Так для чего ты собираешь духов? Не Олимпийские же здесь игры проводить, а?

Женщина возмущенно смотрела на Такаю, поджав губы. Высокомерная улыбка Такаи растаяла, когда он взглянул на незнакомку:

— Кто ты?

— …

— Может… марионетка Датэ Масамунэ?

Вместо ответа женщина вдруг набросилась на Такаю с токко.

— Ай!

Он увернулся и принял оборонительную позицию. Женщина перехватила токко и уставилась на Такаю глазами, в которых горела свирепость пумы.

— Хм, мишень, а?

Женщина атаковала. Бросаясь влево-вправо, Такая поймал женщину за запястье как раз в тот момент, когда токко царапнуло его по груди справа.

— !

Он вывернул ей руку, и женщина вскрикнула.

— Какого черта вы, сволочи, замышляете? Что вы собираетесь делать с поднятыми призраками? Отвечай!

Женщина распахнула глаза.

— !

Перед Такаей внезапно полыхнули искры, и он отлетел в сторону.

— Учч! — он покатился по песку, подняв облако пыли.

«Она! Использует силу!»

Женщина медленно сомкнула ладони с странном символическом жесте:

— Он дакини сахахаракятэй соака.[39]

«Э?»

— Он кири каку ун соака… [40]

Вокруг женщины с шипением бледно вспыхнуло что-то вроде сгустков пламени. Сгустки эти постепенно принимали форму животных. Сверкающие сферы огня соединились в слабо мерцающих лисиц.

«Какого?»

— Он дакини сахахаракятэй соака.

Лицо женщины исказилось жаждой крови.

— Он кири каку ун соака!

— !

Лисицы набросились на Такаю все разом. Он уклонился и стал так, чтобы повернуться лицом к призрачным зверям, что метались вокруг, волоча за собой длиннющие хвосты света. Лисы рычали, скалили острые клыки и вихрями бросались на Такаю.

«Вы, верно, меня разыгрываете!»

Лисы метались около Такаи, и он пытался обороняться. Сжав в руке деревянный меч, он яростно набросился на лисиц, но меч не помог — хоть лису разрубило пополам.

«Ч?»

Разбитое сияние слилось и снова приняло форму лисицы.

— Он дакини сахахаракятэй соака.

Женщина продолжала произносить заклинание. Такая отбивался от лисиц, которые окружили его, и хвосты их оставляли светящиеся дорожки в воздухе.

— Он кири каку ун соака!

— Айччч!

Одна из лис вцепилась Такае в кисть правой руки — хлынула кровь. Звери не были иллюзией — они в самом деле могли ранить и убивать людей!

— Аа… аааа! — постанывая от боли, Такая бешено тряс рукой, но лисицу сбросить не мог. Если так будет продолжаться, она откусит ему кисть!

— !

Прищурившись, Такая изо всех сил ударил рукой по твердой земле, и лиса отцепилась и исчезла, зато остальные немедленно атаковали. Он яростно смотрел на них, но не мог вызвать вообще никакой силы.

«Проклятье!»

Такая раздраженно прищелкнул языком и отступил. Он пытался снова сосредоточиться для нападения, но впустую. Он должен был ударить силой, но ничего не получалось. Это не работает против лис? Нет, просто он сам не мог сражаться силой.

«Ну почему именно сейчас я не могу воспользоваться своими способностями!»

— Он кири каку ун соака!

— !

Лисы сбились в кучу и бросились на Такаю. И в тот момент когда они почти уже вонзили клыки в его тело…

Их разорвало потоком пламени.

Уааааа!

Они издали странный вопль, вспыхивая.

— Что?! — женщина осеклась и прервала заклинание.

Еще в броске лисы исчезли в снопе искр. Странная сила возникла из левой стороны груди Такаи.

— Ты!

Ошеломленный, Такая вскочил на ноги и схватился за деревянный меч. Но в следующий момент невидимый удар выбил у него меч, а самого отбросил назад.

— Ау! — Такая свалился на спину. Женщина воспользовалась удобным случаем и за шею прижала Такаю к земле, а потом подняла токко:

— Я отправлю тебя в следующую жизнь!

— !

Женщина молниеносно опустила токко, целясь противнику в сердце.

Однако…

— Уах!

Токко остановилось, едва коснувшись Такаи, будто притянутое сильным магнитом; как женщина не старалась — дальше оно не опускалось. Кончик его, зависший над левой стороной груди Такаи, теплился оранжевым светом.

Что-то защищало тело Такаи.

«Да это!»

— Ах ты!

Женщина занесла токко еще раз. Такая отчаянно дернул руку, сжимающую его горло, и изо всех сил оттолкнул нападавшую.

— Ай!

Когда та поддалась, Такая выхватил у нее токко. Глаза женщины вспыхнули алым!

— Ауу! — Такая попал под прямой удар силы, снова отлетел, и, ударившись о землю, покатился кувырком.

…

— Ууу… — промычал он, не в силах подняться.

Женщина, тяжело дыша, направилась к нему. Почерневший и обгоревший амулет Даиничи Нераи выскользнул из его нагрудного кармана. Женщина подобрала талисман и испепелила в ладони — полетела зола. Такая цеплялся за ускользающее сознание, но картинку перед глазами уже заволакивало дымкой. Женщина подняла токко:

— Здесь ты испустишь последний вздох!