Ошибка Заклинателя - Стелла Вайнштейн

— Все же не настолько глуп, — удовлетворенно заключил наместник.

Фанг отпустил талию жены и склонился в поклоне перед алым драконом.

— Этот недостойный выражает благодарность старшему мужу за то, что старший доверил мне величайшее сокровище. Я буду стараться изо всех сил оправдать оказанное доверие. Я уже люблю ее всем сердцем и готов отдать жизнь…

— Пф-ф-ф, идиотская мысль. Вместо того чтобы подохнуть без всякой пользы, лучше бы придумал способ защитить Эмму. Без пинка не обернулся, лишь жалко скулил. Убожество!

Фанг согласно кивал, а Эмма, прикрыв глаза, в который раз поражалась искривленной логике этого мира. Внезапно задул холодный ночной ветер, и Эмма поежилась. Наместник сразу заметил это, а Фанг с неимоверной скоростью соорудил костер и даже сумел зажечь его с помощью драконьего пламени.

На небе сверкала россыпь бриллиантовых звезд, светил молодой месяц. Ветерок унес запах гари, заменив его благоуханием ночных цветов. Наместник Ли надел привычные черные одеяния, шитые золотом, и нехотя дал Фангу похожий комплект. В дорогой одежде молодой слуга, озаренный светом луны, смотрелся весьма привлекательно.

Алый дракон возвышался над Фангом почти на голову, от него за версту несло аурой высокомерия, но Эмме никогда не удавалось противиться его обаянию. Адам говорил, что бессмысленно спорить с судьбой.

Эмма села, привалившись к груди Фанга, по одну сторону костра, наместник расположился на другой стороне, то и дело бросая на них полные ревности взгляды.

— Вторая группа наемников пришла за мной, — сказал Фанг, ожидая подтверждение наместника.

Дэн согласно кивнул.

— Их послал Чан Шухэнг, — продолжил Фанг. — Он возжелал жену и не смог смириться с тем, что ему предпочли меня.

— Очень великодушно с твоей стороны решить умереть от руки наемников в угоду младшему братцу, — заметил наместник. — Если бы я не вмешался, Эмма была бы по дороге в его гарем. Нам нельзя тут долго оставаться. Шухэнг упрям и не отступится от ускользнувшей женщины. Впрочем, я специально это устроил. Подстегнет четвертого больше стараться.

3.6

Мэй и Дэн понимающе переглянулись в полном согласии. Эмма в который раз подумала, что связываться с драконами было большой ошибкой. Они не только обладают второй ипостасью, но и мыслят совершенно непостижимым образом.

— Я хочу к Адаму и Эрику, — призналась Эмма.

Мэй напрягся, а Дэн, наоборот, одобрительно кивнул.

— Естественно, — сказал он. — Ты беременна, тебе необходимы их потоки чи. Одного четвертого недостаточно. К сожалению, у меня плохие новости. Ра одержали победу над горцами. Первый и второй мужья пропали без вести.

Эмма закусила губу и отстранилась от Мэя. Глаза наполнились слезами. Этих новостей она ждала и опасалась. Тоска заполнила всю ее, заставляя сердце сжиматься от безысходности.

— Нет, нет, они оба живы, я точно знаю. Я бы почувствовала, — пробормотала Эмма, прислушиваясь к собственным ощущениям.

Фанг, позабытый в темноте за ее спиной, протянул руку, но не посмел дотронуться до жены. Если бы он мог, то стер бы любые мысли о других мужьях. Он из кожи вон будет лезть, но добьется того, чтобы его было достаточно.

Наместник посмотрел на Фанга и понимающе усмехнулся.

— Не советую ревновать. Знаю по горькому опыту — сам весь извелся от ревности, чуть не позеленел. Поверь, я не только слышал о них, а видел собственными глазами. Все равно ничего не поделаешь, прилипли к ней похуже тебя, как пиявки. Хотя более бесполезных отбросов свет не видывал. Ни одного, ни другого достойными воинами назвать нельзя. Ученый и торгаш. Я все перепробовал, чтобы от них избавиться, только себе хуже сделал. Если она дорога тебе — смирись, а лучше прими их существование как данность.

— Дэн, ты мне нравишься гораздо сильнее, когда твой рот закрыт! — вновь не выдержала Эмма.

— Любимая, этот рот доставлял тебе намного больше удовольствия открытым, — похабно улыбнулся алый дракон, медленно облизал пухлые губы раздвоенным языком и даже немного причмокнул, не сводя с нее полного похоти взгляда.

Эмма задохнулась от острого воспоминания о том времени, когда голова дракона расположилась у нее между ног, а рот был и правда занят другим. Ах, как умело двигался этот язык! Волна желания захлестнула Эмму, поднявшись от узелка между бедер.

Дэн внимательно наблюдал за ее реакцией, а заметив отклик, удовлетворенно откинулся и как ни в чем не бывало продолжил наставлять Фанга:

— А хуже всего, что эти двое неудачников не только спелись друг с другом, но и принялись за меня. С такой искренностью и открытостью, что противостоять невозможно. Как глоток чистой воды. Клянусь, я сопротивлялся, но мы стали ближе братьев по крови. Вместо того чтобы желать перерезать им глотку, я жду, когда они вернутся и помогут исправить совершенную ошибку. Особенно этот Эрик как посмотрит, так, кажется, мысли читает.

Эмма тихо улыбнулась.

— Да, Эрик умеет видеть в сердце глубокие помыслы. Он всегда защищал тебя, Дэн.

Они оба замолчали, а Фанг почувствовал, что между наместником и ведьмой воцарилось согласие. Потрескивал огонь в маленьком костре, совы ухали на деревьях. Будущее казалось совершенно неопределенным, но в данный момент Фанга полностью захватило прошлое.

Он не смог противиться желанию и задал вопрос:

— Жена, кто ты на самом деле и как появилась в нашем мире?

4

Она очнулась, стряхивая остатки сна, в котором летела вслед за пленительным зовом по бесконечному коридору. Голос и сейчас звучал в ушах, шепча слова на неизвестном языке:

— Нида-дзя-цзай-наэр…

Веки были тяжелыми, в голове гудело, она с трудом открыла глаза и повернулась в сторону зова, как зачарованное животное.

Юноша с белым лицом и распущенными черными волосами бормотал то ли молитву, то ли заклинание, покачиваясь вперед-назад с закрытыми глазами.

Небо голубело над головой, цветущие ветви согласно кивали свежему ветерку и глубокому голосу. Тело покрылось мурашками холода и она внезапно ощутила, что лежит на твердом прохладном камне, полностью обнаженная.

Судорожный вдох, и молодой мужчина, открыв глаза, жадно всмотрелся в ее лицо.

А он не так уж и молод, поразительно красив. Такой, агрессивной красотой, когда прямиком смотреть опасно для самообладания. Черты лица правильные — высокий лоб, брови словно нарисованные углем, глаза раскосые, выразительные, опушенные длинными ресницами, твердый подбородок.

— Кто я? — сказала она, поразившись собственному вопросу.

А потом вспомнила, будто лопнул мыльный пузырь. Перед глазами мгновенной вспышкой пронеслась прежняя жизнь, а потом нахлынул длинный сон, в котором ее влек голос этого черноволосого мужчины. Ее звали… Как же ее звали?

Незнакомец встретился с ней взглядом. Рот мужчины раскрылся от удивления,