Заурядный человек - Ганс Бандильерос

– Ну да, девушка.

– Так-так… – протянула мама, расшифровывая карту с другой картой в руках, – это примерно в девяти километрах от нас на юг… занимательно… – она вернула мне салфетку, – намерен сходить туда?

– Точно, – кивнул я, – сегодня и пойду.

Путь в додзё был гораздо проще, чем нарисовала Миу. Что заставляет её плутать огородами? Никто не может понять женщину, что поделать…

Пришлось одеваться попроще – кто знает, кого я там встречу? Вдруг, родственники Миу не такие уж и приветливые? Ох, одни вопросы, вопросы, вопросы. Хотя зачем мне это знать? Как будет, так и будет. Главное – там могут научить боевым искусствам. А дальше тянуть нет смысла. Религия – это точно не моё.

Я выехал и погнал по улочкам – хорошо, что утром в выходной траффик не такой, как обычно – дороги свободны, нет смысла постоянно мучать тормоза и стоять перед каждым светофором.

До додзё я доехал за десять минут и слезши с байка, поискал глазами кого-нибудь…

Большие двери – просто таки огромные ворота, выгравированная табличка над ними с названием додзё – Рё Дзан Паку.

Приют героев, как мило. А недостатком самомнения они не страдают, однако.

Ни звонка, ничего такого заметно не было. Специально поискал и, не найдя, думал, войду так, авось, не накинутся…

Дверь оказалась слишком тугой – я её даже не сдвинул с места. Вдруг, можно сказать, внезапно, почувствовал за спиной сильную, очень сильную Ки и над моей головой появилась рука, которая одним движением пальца распахнула ворота. Вот это силища! Я обернулся и увидел… пресс. Передо мной стоял мужик, больше двух метров ростом и с густыми блондинистыми волосами. Мускулатура такая, словно он статуя.

– Что ты здесь ищешь, отрок? – спросил он глубоким басом, ухмыльнувшись в густую бороду.

– Если быть точным, то ищу себя, – тем же тоном ответил я, – а если не совсем точно, то ищу додзё «Рёдзанпаку». Миу-сан дала совет прийти сюда…

– О, а вы поладите с Акисаме-саном, – хохотнул великан, – прошу, проходите… – он прошёл первый в додзё и я последовал за ним, – меня зовут Фуриндзи Хаято, старейшина этого додзё…

– Вы учите здесь карате? – спросил я, когда поравнялся с великаном.

– Да, карате мы тоже учим, – согласился он, но отвлёкся. Я тоже посмотрел в ту же сторону – там был ещё один великан – огромная гора мышц, руки и ноги были замотаны эластичными бинтами.

– Апппа! – с воинственным кличем он одним ударом перебил макивару и я срочно активировал технику божественного ока – такое шоу пропускать нельзя. Великан только раззадорился и принялся крушить площадку с криками «Апа! Апа!». Что это?

– Апа? – попробовал я привлечь его внимание, но мне тут же заткнул рот старейшина:

– Тихо. Иначе он совсем слетит с тормозов!

По-моему, он уже слетел с тормозов, так как начал крушить стену с использованием Ки. Удары у него – вообще атас!

– Апачай, успокойся! – прокричал Фуриндзи-сан и названный успокоился вроде-бы, обернувшись к старейшине.

Великан повёл меня дальше. Через тридцать метров я поравнялся с одним из зданий додзё и почувствовал внутри две сильные ки. Одна, причём, была очень похожа на мою, а другая – обыкновенная, но сильно развитая. Я заглянул и…

Посреди комнаты стояла девушка, лет семнадцати, в коротенькой юбчонке и высоких колготках-лосинах, с мечом за поясом. На моё внимание она отреагировала, достав меч из ножен. Красивая, очень-очень-очень красивая. Всё, я влюбился! Готов на сто процентов идти на край света и так далее…

Вторая ки скрывалась под полом, и когда девушка провела показательный круговой удар, из-под пола, отодвинув панельку, выскочил китаец лет пятидесяти, маленький, сухощавый, с фотоаппаратом и в зелёной китайской одежде, и начал щёлкать девушку. Не, ну какой извращенец, а? Я конечно тоже любитель прекрасного, но не до такой же степени! Он меня, в общем, обидел.

Старейшина приблизился сзади, тихо, и когда девушка начала спорить с китайцем, бросая в того сюрикены, спас меня от одного из них, или вернее не спас, так как я успел отклониться, за счёт техники божественного ока, которую ещё не успел «выключить». Увидев сюрикен раньше. И ведь специально в меня метнула, сволочь! Ну ничего, я тебе это ещё припомню!

Старейшина поймал сюрикен двумя пальцами и удивлённо вскинул густые брови, видя, как я отклонился.

– О, вижу, тут ты справился без моей помощи. Опасно тут болтаться без дела… – недовольно сказал он.

– Да, вы правы. Можно случайно влюбиться, – усмехнулся я, на что старейшина ещё больше поднял свои густые брови и расхохотался.

Так мы и дошли до отдельно стоящего домика. Фуриндзи-сан вошёл внутрь, а я был за его спиной.

Через несколько секунд разговора старейшины с кем-то послышалось громогласное

– Чтоооо? Ученика? Старик, ты в своём уме?

Он посмотрел на мой откровенно отрешённый вид и начав давить ки, попытался запугать:

– Если возьму ученика, он помрёт через три дня!

Будь на моём месте простой человек, уже бежал бы отсюда со скоростью света. Я же флегматично пожал плечами:

– Все умирают рано или поздно, – философски изрёк я, – те, кто цепляются за жизнь – умирают, а те, кто бросает вызов смерти – живут… – мой самурайский флегматизм, с полным, даже в ки отражаемым пофигизмом к вероятности склеить ласты, привели Сакаки в полную прострацию. Он отхлебнул сразу пол бутылки пива и обратился к старейшине:

– Ты кого ко мне привёл?

– Отрок желает учиться у тебя, Сакаки-кун, – пробасил старейшина.

– Нет, нет, и нет… – отмахнулся тот и ушёл подальше.

– Вот незадача-то, – потёр бороду старейшина, – неудобно мне за него…

– Не стоит, – улыбнулся я старейшине, – такова судьба. Есть у вас другие учителя?

– Пойдём в дом, темно уже… – пригласил меня старейшина. Судя по всему за нами наблюдало всё додзё – чувствовалось ки Миу-сан, Сигуре и китайца, названного Ма Кенсеем, ещё кого-то, а так же Апачай, который даже и не скрывался, в отличии от остальных.

Войдя в дом, я прошёл вслед за старейшиной и сел, где предложили. Великан приземлился напротив меня:

– У нас есть мастер Джиу-Джитсу, Акисаме. Думаю, тебе у него лучше учиться…

– Полагаю, мне лучше довериться вам, Фуриндзи-доно, – кивнул я. – Кстати, а кто остальные?

– Остальные? – не понял Великан.

– Кажется, я понял, кто Акисаме. Он единственный из всего додзё, кого я не видел, но судя по Ки, именно он наблюдал за мной вчера… – старейшина сильно удивился:

– Как ты это понял?

– Ки. Техника божественного ока. Он и Миу-сан вчера за мной следили. Правда, я не так хорош в сенсорике, поэтому не смог сразу опознать его здесь. Кстати, он стоит через стенку и слушает нас, как и все остальные… – улыбнулся я.