Курсанты Академии - Рэй Брэдбери

— На самый край города? — в ужасе пролепетала Дебора.

— Ну, знаешь, когда на улице полно людей, ничего она мне не сделает!.. И потом… Вот что, Деб, ты должна помочь мне. Я скажу родителям, что буду у тебя. Не думаю, чтоб они стали звонить и проверять. Но если позвонят, скажешь, что я только что пошла домой.

— Это только если отец не подойдет первым.

— Мне надо использовать этот шанс, — пробормотала Эйми.

Дебора затаила дыхание.

— Ты о чем? Думаешь, она снова собирается бросить тебе вызов? Что тогда будешь делать, а?

— Вот приду туда и узнаю. А там видно будет! — Эйми уже приняла решение. Если Шакира хочет пригласить ее побегать снова, она, Эйми, отказаться никак не может. И еще наверняка там будут знакомые мальчишки, приглашенные в качестве свидетелей. Да, риск велик, но другого шанса восстановить репутацию, пожалуй, уже не представится…

В семь тридцать Эйми уже была на «Джи-20». Шакира, как и обещала, поджидала ее у входа в антикварный магазин, над которым висела старомодная плоская вывеска из букв. Вообще в этом захудалом районе было не так уж много магазинов. Высокие металлические стены жилых уровней выглядели особенно уныло. А на улице было не более нескольких сот человек. Эйми стало как-то неуютно. Районы, подобные этому, считались худшими в городе. Здесь, так близко к Поверхности, проживали лишь самые бедные люди.

Шакира смотрела в витрину, где были выставлены старинные и страшно красивые пластиковые столовые приборы и чашки. Что касается внутреннего убранства, то тут хозяин отдал должное современности — обслуживали покупателей роботы.

— А ты быстро добралась, — заметила Шакира.

— Лучше б вообще не приходила, — огрызнулась в ответ Эйми. — Мне запретили выходить из сектора. Но родители думают, что я сейчас у подруги. — Кстати, они даже не стали задавать ей много вопросов и, похоже, вздохнули с облегчением, когда Эйми сказала, что идет к Деборе. — Обещала им вернуться в десять тридцать, не позже. Так что давай выкладывай, что ты там собиралась сказать!

— Тогда я вовсе не хотела с тобой соревноваться. Но ты настояла, а у меня, знаешь, тоже есть своя гордость, — Шакира засунула длинные пальцы за пояс брюк. — Ну а потом, когда началась гонка, привычка взяла свое… А может, просто захотелось проверить, живы ли старые рефлексы.

— Зато уж вволю нахвасталась потом.

— Да ничего я не хвасталась, — ответила Шакира. — Просто встретила тех ребятишек и сказала, чтоб шли по домам. Сказала, что обошла тебя с большим трудом. И что ты — одна из лучших бегуний, которых я когда-либо знала.

Эйми скривила губы.

— Очень мило с твоей стороны. Однако ты все равно победила!

— Я же не слепая, видела, как все произошло. И почему ты не спрыгнула тогда на ту дорожку? Другие бегуны на твоем месте рискнули бы. Они прыгнули бы и сбили с ног несколько человек. И без травм не обошлось бы. Я рада, что ты оказалась не настолько антисоциальной.

— Ну, а чего тебе вообще от меня надо? — спросила Эйми. Рядом остановились какие-то женщины поглазеть на выставленные в витрине вещи, но она не обратила на них особого внимания. Даже в этом убогом районе подслушивать принято не было.

— Просто услышала как-то раз об одной девчонке по имени Эйми Барон-Штейн, которая считается лучшей бегуньей в городе. Вообще, у меня много знакомых среди бегунов, хотя соученики по колледжу и не одобряют таких знакомств. И мне почему-то показалось, что мы с тобой похожи. Ну, в том смысле, что не слишком любим установленные в городе порядки. Не хотим быть простыми винтиками в этой машине.

Эйми отступила на шаг.

— Ну и что с того?

— Ну я и подумала… может, ты согласишься принять вызов.

— Но ведь ты только что сама говорила, что вовсе не собиралась со мной бегать!

— Да я не об этом, — ответила Шакира. — Я имею в виду настоящий вызов, куда более серьезный и интересный, чем бегать по каким-то дорожкам… Если, конечно, у тебя хватит мужества принять его. — Эйми отступила еще на шаг. «Так и знала, — подумала она, — эта женщина хочет использовать меня в каких-то темных делишках». — Видишь ли, я являюсь членом группы Элии Бейли. В нее входят люди, которые раз в неделю бывают на Поверхности. Его сын Бентли — мой знакомый.

Эйми взирала на нее, изумленно разинув рот.

— Но зачем?

— Пока что нас совсем мало. От города поддержки никакой. В основном из-за Элии, то есть мистера Бейли. Я подозреваю, власти считают нас глупыми и эксцентричными людьми, как, впрочем, и все остальные тоже. И просто не верят, что мы можем основать новый мир.

— Но как?! — воскликнула Эйми. — Ведь инопланетяне все равно не выпустят никого с Земли!..

— Выпустили же они Элию.

— Ну, так то совсем другое дело. А потом тут же быстренько отправили его обратно. Готова поспорить, они даже не поблагодарили его за то, что он помог им раскрыть убийство. А уж целую группу землян они ни за что не выпустят.

— Нет, таких, как эти, нет, конечно, — Шакира привалилась спиной к витрине. — Но Элия Бейли убежден, что рано или поздно они позволят части землян переселиться на необитаемые пока планеты. Может, даже раньше, чем мы думаем. Но основать новый мир мы никак не сможем, пока не привыкнем жить на Поверхности. Вне города.

Эйми покачала головой.

— Никто не сможет жить на Поверхности.

— Но ведь земляне жили когда-то! Те самые земляне, которые открыли другие миры. Они жили там, пусть даже очень давно! И инопланетяне живут, и мы тоже сможем. А начнем с малого — два-три часа в неделю. Просто надо привыкнуть, приспособиться. И это не просто. Но первыми переселенцами будут именно те люди, которые докажут, что могут жить и вне города.

— Так ты хочешь, чтоб я вошла в эту группу? — спросила Эйми.

— Просто подумала, что тебя это заинтересует. Можно набрать еще людей, причем молодые адаптируются быстрее. Ты только подумай! Ведь если придется покидать Землю, каждый первопроходец будет просто на вес золота! Каждый человек будет полезен и значим. Нам нужны люди, способные бросить вызов. Авантюристы, игроки по натуре. Настоящие сильные личности, которые хотят оставить свой след в истории. Пусть даже здесь такое поведение считается антисоциальным. И ты можешь стать одной из них, Эйми.

— А если нас никогда не выпустят?

Шакира улыбнулась.

— Попытка того стоит. В любом случае ты ничего не теряешь, — она умолкла, потом добавила: — Ты вообще представляешь, насколько опасна жизнь в этом городе? Сколько еще урана осталось у нас для работы энергоустановок? Подумай о тех колоссальных затратах энергии, которая идет на добычу воды и уничтожение отходов. Только представь, что случится, если вдруг на час или два прекратят подачу воздуха!.. Ведь люди будут умирать сотнями тысяч! Нет, нам пора покидать эти города! Они не могут нормально расти и развиваться без земель, которые нужны для сельского хозяйства, без лесов, которые дают нам бумагу. Еды будет все меньше, пространства — тоже, все будет сжиматься, сокращаться, пока не…