Пьеса для двоих - Ольга Иванова

А через полтора года Роман неожиданно начал ощущать раздражение, которое в нем вызывала Лера. И не то, чтобы она вдруг изменилась или стала хуже, нет, но вдруг он стал замечать то, чего не видел раньше. Просто ему вдруг стало холодно рядом с ней… Теперь ее серые глаза казались ему не такими прекрасными, как раньше, и он видел в них пустоту, ледяную пугающую пустоту… Потом он понял, что она практически не улыбается! Он вдруг попытался, но не мог вспомнить ее искреннего смеха или улыбки! И как он раньше не замечал, что у нее постоянно холодные руки? И кожа ее всегда оставалась прохладной, даже в летнюю жару, даже под теплым пуховым одеялом! Один раз даже в шутку поинтересовался у нее, с чем это связано, на что она с невозмутимым видом ответила, что у нее плохие сосуды… Плохие сосуды, черт побери! А ее замораживающий взгляд и ледяная усмешка – тоже результат плохих сосудов? И Роман потихоньку стал искать тепла на стороне, но вместо этого каждый раз натыкался на блестящих и привлекательных с первого взгляда, но на деле оказывающихся пустыми фантиками девушек, которые только и хотели погреться в лучах его славы… Через некоторое время, перебрав не один такой фантик и так и не встретив ни одной достойной кандидатуры, выслушав при этом несколько раз крики внезапно ставшей эмоциональной (скорее, правда, истеричной) Леры, взвесив все «за» и «против», Роман обреченно отдал предпочтение ледышке Лере, от которой он хотя бы знал чего ожидать и продолжал постепенно замерзать рядом с ней… До того самого момента, пока на сцене, читая роль Джульетты, не появилась Юля Емельянова… Вот она как раз и не была ни пустым фантиком, ни ледяной статуей. Живая, веселая, она будто вся излучала свет… А главное, ей ничего не нужно было от самого Романа – ни его положения, ни его внимания… Да и к тому же она не была одинокой, поэтому не пыталась привлечь к себе мужской интерес, оставаясь при этом всегда самой собой… Роман вспомнил, как сегодня во время репетиции ему пришлось ее целовать и какое необъяснимое чувство охватило его в тот момент… Это было похоже на электрический разряд, пронизывающий тебя насквозь, на секундную потерю ориентации или сознания… И тепло, живительное тепло ее губ…

– Дорогой, – раздался прямо над его ухом знакомый голос, и Роме показалось, что его в мгновение ока накрыло снежной лавиной. – Я с девочками на пять минут отлучусь…

– Как хочешь, – пожал плечами Роман.

– Я ненадолго, – Лера быстро провела своей рукой по его щеке, от чего ему стало совсем зябко.

«Да хоть навсегда», – мелькнула у него в голове шальная мысль, и он снова взглянул на танцующих внизу Пашу и Юлю.

И вдруг Роман отчетливо понял, что ему сейчас до боли хочется прикоснуться к Юле, и это было настолько сильное желание, что он тут же, не раздумывая, кинулся по лестнице вниз. Пока парень пробирался сквозь толпу к своим приятелям, ритмичная музыка сменилась медленной мелодией, и в раз народ расступился, оставляя место для редких танцующих пар. Тут он и увидел Пашу, выделывающего шутовские поклоны перед Юлей, собираясь пригласить ее на танец.

– Извини, Паштет, – Рома уверенно отодвинул друга в сторону. – Но это танец мой.

– На каком таком основании? – возмутился было Паша.

– На основании того, что я сегодня именинник, – Роман взял Юлю за руку. – А ты пока отдохни…

Пашка ничего не ответил, а только ухмыльнулся и отошел в сторону.

– Ты не собираешься поинтересоваться, хочу ли я танцевать с тобой? – внимательно посмотрела на Врублевского Юля.

– Собираюсь, – широко улыбнулся тот. – Потанцуем?

– Только в честь твоего дня рождения, – согласилась Юля, а у самой все внутри затряслось от волнения.

Роман осторожно притянул ее к себе и обнял за талию, а ее руки, чуть помедлив, легко легли ему на плечи. Они неторопливо двигались в такт музыки, с каждой минутой незаметно все сильнее прижимаясь друг к другу. Это было так странно и так приятно чувствовать ее теплое мягкое тело рядом с собой, слышать стук ее сердца и дыхание сквозь тонкую ткань одежд, разделяющих их тела, что Роман сам не заметил, как прикрыл глаза от удовольствия, позволяя себе плыть по течению своих ощущений…

Танец закончился, секундную тишину в зале нарушил бодрый голос ди-джея, после чего на свободу вырвались громкие ритмичные звуки, предвещая очередной блок быстрой музыки… Роман с Юлей нехотя оторвались друг от друга и, растерянные и потерянные, стараясь не смотреть один на одного, не сговариваясь, пошли к лестнице. Там их уже ждал Пашка и, перехватив Романа, он серьезно сообщил ему:

– Лера все видела, готовься…

– Да пошла она! – раздраженно отмахнулся от него Роман, но все равно напрягся.

Лера сразу же поднялась им на встречу, ее красные губы превратились в тонкую нитку, всегда холодные глаза на этот раз метали молнии, а всю ее заметно била яростная мелкая дрожь.

– Шлюха, – выплюнула она сквозь зубы оскорбление в адрес Юльки и со всей силы толкнула ее.

Юля от неожиданности оступилась и, неловко взмахнув руками, чуть не упала, но ее вовремя подхватил стоящий сзади Пашка.

– Не стоит благодарности, – невесело пошутил он ей на ухо. – И лучше молчи, – предупредил парень, заметив, что Юля уже открыла рот, чтобы возмутиться, и крепко обнял ее, будто беря под свою защиту.

Роман тем временем схватил Леру за одно запястье и с еле сдерживаемым гневом процедил ей прямо в лицо:

– Прекрати истерику. И извинись перед ней.

– Я не собираюсь извиняться перед очередной твоей шлюшкой, – прошипела та в ответ. – И не собираюсь ни с кем тебя делить.

– Мы просто танцевали, – злость захлестывала Романа, и ему с трудом давались эти объяснения. – Я разве не могу просто потанцевать с другой девушкой?

– Не можешь. Потому что ты – моя собственность, – Лера недобро и как-то по-дикому ухмыльнулась, свободной рукой провела по его лицу, а потом с неким изощренным удовольствием впилась в его кожу длинными острыми коготками. На щеке Романа сразу же проступили четыре глубокие кровоточащие царапины. Парень резко дернулся от боли и изумления, но тут же негодование вскипело в нем с новой силой, и он, крепко сжав Лерины плечи, хорошенько ее встряхнул.

– Это уже слишком, – выдохнул Роман, но в ответ Лера внезапно залилась сумасшедшим хохотом. Смех был настолько истеричным и страшным, что всем, кто находился рядом, стало явно не по себе.

Злость на лице Романа сменилось настороженностью, а через мгновение в его глазах промелькнула какая-то догадка. Он наклонился к Лере поближе и вдохнул едва слышный с характерной сладостью запах дыма, исходивший от нее.

– Ты что – снова курила? – его глаза сузились.

– Да, мы с девчонками выкурили по сигаретки Вог, – ухмыльнулась та.

– Я не о таких сигаретах, – Роман снова тряханул ее. – Где ты успела купить траву? – его голос предусмотрительно понизился до шепота.

– «Где ты успела купить?» – перекривляла его Лера и снова захохотала. – Где надо, – задыхаясь от смеха, выдавила она и икнула. – Не твое дело. И пусти меня, мне надо в туалет, – она оттолкнула от себя Романа и, покачиваясь, пошла к лестнице.

Роман устало посмотрел ей вслед, затем дотронулся до своей пораненной щеки и поморщился от боли. Одна из гостей, девушка по имени Аня, тут же заботливо протянула ему бумажную салфетку, и он приложил ее к кровоточащим царапинам. Потом Роман повернулся к Юле и обеспокоено спросил:

– Как ты?

– В порядке, – вздохнула она.

– Ты извини за эту ситуацию, – принялся оправдываться он, – Лера… она…

– Не надо, я все понимаю, – остановила его Юля, мягко улыбнувшись. – А мне, наверное, все-таки пора, – она потянулась к своей сумке, висевшей на спинке стула.

– Давай я тебя… – начал было Роман, но его тут же оборвал Паша:

– Я ее проведу, не волнуйся, – он уверенно взял Юлю под руку. – А ты лучше займись Лерой, ее сейчас лучше не оставлять одну…

Роман ничего не ответил, лишь из-подо лба глянув на друга.

– Пока, – улыбнулась ему на прощание Юля. – И спасибо… Несмотря ни на что…

– Тебе сегодня повезло лицезреть нашу Валерию Филатову в действии, – криво усмехнулся Паша, открывая перед Юлей дверь из клуба. – Не очень приглядное зрелище, правда?

– И опасное, – чуть улыбнулась та, а после осторожно поинтересовалась: – И часто она так?

– Бывает, – коротко ответил Пашка.

Всю дорогу назад ехали молча, оба были погружены в свои мысли. Однако уже подходя к квартире Юли, Пашка снова развеселился и принялся по обыкновению ерничать и отпускать всякие шутки.

– Пришли, – сообщила девушка, доставая ключи из сумки.

Пашка продолжительно на нее посмотрел, а потом выдал:

– Поцеловать тебя, что ли? – улыбки на его лице не было, но глаза весело блестели.