Возвышение. Земли Ордена - Михаил Павлович Игнатов

— Вы все очень разные. Одни из вас никогда не могли похвастаться талантом, другие, напротив, считались звёздами Ордена и добились многого, в то время как третьи упёрлись в преграду и остановились на пути к Небу. Но есть одна вещь, которая всех вас объединяет. Знаете, какая это вещь? — Хорит повёл взглядом, словно заглядывая каждому в глаза. В тишине его голос и мыслеречь прозвучали особенно веско. — Верность.

Я невольно хмыкнул. Как часто за последние недели я слышу это слово. Сначала во время полёта к городу Тысячи Этажей, затем в самом городе, теперь здесь. Но всё же это правда. Верность была главным, что учитывалось старейшиной Хоритом.

— Вы все бесконечно преданы Ордену Небесного Меча. Вы отдаёте ему свою жизнь, своё Возвышение, своё служение, отдаёте ему всё, что у вас есть. Вы не допускали даже мысли о его предательстве и даже останься вы последними из орденцев, оставшись одни против всего Пояса, вы бы никогда Орден не предали, — Хорит снова склонился, прижимая кулак к ладони. — И я благодарю вас за вашу верность. Величие Ордена — ваша заслуга!

Вся толпа отобранных Хоритом людей гаркнула в едином порыве:

— Ордену слава!

Попросившийся с нами Утхал, всё это время жадно вглядывавшийся в лица собравшихся, вздрогнул и до хруста стиснул кулак.

Хорит выпрямился.

— Вы собрались сюда, чтобы восстановить Ущелье Пяти Стихий и перестроить Академию. Каменщики, мастера формаций, алхимики, стражники и прочие.

Я толкнул мыслеречь к Седому:

— Кстати, об Ущелье. Ты говорил, что ни у кого в Империи нет места с пятью Сердцами Стихии, а здесь есть. При основании этого отделения Ордена и самой Академии, сюда перенесли пять Сердец.

Седой буркнул:

— Пока не увижу сам, не поверю. Во всяком случае, ничего не чувствую подобного отсюда, а тот кристалл, что ты описывал когда-то, вовсе не похож на пять Сердец Стихии.

Я хмыкнул, но дальше продолжать не стал, Хорит же перешёл к финальной части.

— Но это всё неправда, Орден собрал вас здесь для совсем другого.

Ну и наше время пришло. Я приподнялся в воздух, оторвавшись от земли всего на шаг. Большего и не надо. Следом за мной взлетели и Седой с Пересмешником. Сегодня я был в серебряном халате, Седой в золотом с серебряными кантами, и даже Пересмешника я заставил надеть белый халат с серебряным кантом, для всех, кто увидит нас, определив их обоих в отделение хранителей. Утхал выбрал себе красный халат попечителя с чёрным кантом стражи дорог, но показываться вместе с нами не собирался. Пока не собирался.

— Здесь и сейчас я сообщаю вам, что слухи о гибели изначального Ордена в Империи… Ложны! Орден Небесного Меча в Пятом поясе выжил! Ордену слава!

Толпа немного вразнобой, но всё равно дружно и восторженно грянула:

— Его величие — наша гордость!

Хорит рявкнул:

— Наша сила!

Ему ответили:

— Его мощь!

Хорит довольно кивнул:

— Верно. Сегодня вы как никогда поймёте, как верно звучат эти слова и что они в себе несут. Много десятилетий назад герои Ордена добровольно покалечили себя и перешли во Второй пояс, чтобы основать отделение Ордена Небесного Меча. Здесь и сейчас я объявляю вам, что оба отделения вновь объединяются, чтобы стать едиными.

Хорит развернулся, согнулся в приветствии и громко выкрикнул:

— Магистр! Старейшина Хорит и отделение Второго пояса приветствует вас!

Седой повёл рукой, прерывая работу формации невидимости и открывая сотням взглядов нас, троих висящих в воздухе Властелинов Духа.

Эпилог

Виликор легко приняла появление Леграда. В конце концов, однажды он уже совершил невозможное — спас их от духа города Тысячи Этажей и вернулся в самый нужный момент. Так же легко она приняла и его новое звание — что всё идёт к этому все поняли ещё на Арене, когда магистр Хорит назначил его комтуром и преемником, не ей, самой молодой главе Академии удивляться такому же молодому магистру Ордена.

Ещё более легко она признала его новую силу — Песчаное Чудовище мог говорить что угодно о себе, но она давно завидовала силе его таланта и никогда не позволяла себе недооценивать его. Два года в землях Империи? С талантом и упёртостью Леграда она бы не удивилась, вернись он Повелителем Стихии.

Виликор запнулась в своих размышлениях, моргнула несколько раз, новым взглядом оценивая парящего над землёй Леграда. С чего она вообще решила, что он всего лишь Властелин? Впрочем, это неважно. Важно совсем другое.

Виликор отвела взгляд от Леграда, продолжая слушать его объяснения, взглянула налево, туда, где стояла Рейка, Кирт, Гавал, их подчинённые и Амма.

Магистр Хорит немного покривил душой, назвав всех здесь присутствующих верными слугами Ордена. Такой можно считать Рейку, но остальные… Остальные появились здесь только из-за Леграда. Они верны ему и только ему. И взгляд… Взгляд Рейки, Кирта и Аммы — это не взгляд тех, кто впервые за три года увидел Леграда.

Виликор поджала губы. Они знали. Они уже встречались с ним. Снова она узнает о его появлении совсем не первая. В прошлый раз он появился в последний момент, скрывался, чтобы ошарашить Дизир, но сейчас…

Месяц, как в Академии начали собирать людей, а значит, появился он в Ордене ещё раньше. Почти три месяца назад ей сообщили, что Рейка задержится в городе Меча с особым заданием. Значит, уже тогда он был в Ордене. Сколько он уже здесь? Два месяца? Три месяца? Четыре? Год?

И за это время самое малое Властелин не выделил одного дня, чтобы долететь до Академии и встретиться с ней? Не нашёл дня, чтобы вызвать её в город Меча? Не сумел…

Виликор заставила себя медленно выдохнуть. Что же, возможно, у магистра Ордена настолько много дел, что он на самом деле не мог выделить этого одного-единственного дня. Она сама не раз жертвовала и медитациями, и тренировками, учась справляться с делами, которые передавал ей Шандри. И, кстати, если и она, и Шандри стоят здесь и должны перейти в Пятый пояс, то кто останется управлять Академией? Ксилим?

Она тут же толкнула мыслеречь к магистру Хориту:

— Магистр…

Он мягко перебил её:

— Теперь я не более чем старейшина, Виликор. Орден отныне в ваших молодых руках.

— Хорошо, старейшина, — не стала спорить Виликор и перешла к главному. — На кого остаётся Академия?

— На Ксилима. Я сам сообщу ему эту новость.

— Но это неправильно, магистр!