Обреченные - Элли Райт

и расстегнул,сгорая от напряжения , моему взгляду открылось надетое на ней красное белье с кружевом.

– Ну же, детка, не стесняйся. Позволь мне посмотреть, как ты себя ласкаешь.

Она провела одной рукой по груди, а другую запустила в свои трусики, от чего я даже начал ей завидовать.

Девушка сняла лифчик, я увидел, что розоватые соски набухли от поглаживаний, и мне захотелось возбудить Киру еще сильнее.

Я водил языком по пышной груди, вытащил руку Киры из трусиков и положил её пальцы ей же в рот, она смущенно облизнула их.

Мною овладело непреодолимое желание стянуть с нее трусики и отполировать языком очень влажное местечко. Кира постанывала и помогла мне освободить ее от ненужной кружевной тряпочки.

Раздвинув ей пошире ноги, сжал грудь с твердыми сосками, касаясь языком желанного клитора и, потирая пальцем, собрал выделившуюся влагу и распределил по набухшему и без того мокрому отверстию. Я протолкнул свой язык внутрь, там было безумно горячо и сладко, на вкус просто идеально – моя любимая женщина имеет самый приятный пряный аромат. Она задвигала тазом, чтобы я мог проникнуть как можно глубже, задевая мою щетину, стимулируя возбужденный бугорок.

Затем я ворвался внутрь моей девочки несколькими пальцами – она уже не просто стонала, а громко кричала.

– Да, да… – Срывались с ее губ бессвязные звуки.

Мой член затвердел и просился на волю, мне стало больно от прилива крови к нему. Я снял джинсы, Кира помогла стянуть мои боксеры и принялась жадно посасывать мою плоть, глядя мне в глаза и явно наслаждаясь происходящим.

Я попытался развернуть Киру к себе, чтобы снова проникнуть в нее пальцами, но Кира обхватила ртом мой член еще крепче. Издаю мощный рык, не в силах противостоять этим чувствам, но Ростову это только раззадорило – она сжала моего дружка ртом и постаралась максимально сильно втянуть в себя. Затем, резко прервавшись, прижала меня к столу, и мои голый зад впечатался в стеклянную холодную поверхность.

Кира села сверху и стала тереться об головку пениса, я был готов задохнуться от волны удовольствия. После позволила мне раздвинуть пальцами влажные складочки,и ввести в нее член как можно глубже. Я быстро двигался, а она скакала со мной в такт, от чего прекрасные груди покачивались.

Девушка наклонилась ко мне и поцеловала, закусив мою верхнюю губу.

Я погладил ее попку, упругую и округлую, тут моя дьяволица встала на четвереньки и поманила пальчиком к себе.

Резко вхожу в нее сзади, она упиралась руками в стол, я зажимаю ей рот, шлепнув с силой по ягодицам.

Уверен, она испытала одновременно боль и наслаждение, кожа в месте удара покраснела и остался след от моей руки.

Тут я сорвал ремень из своих брюк, валяющихся неподалеку, и связал ей руки.

Намотал рыжие волосы на кулак и притянув к себе, прошептал в ухо, обдавая прерывистым дыханием:

– Что мне сделать с тобой, детка?

– Возьми меня, Никита. Сделай это сейчас же, жестко. Скажи, какая я непослушная девочка.

– Ты очень плохая, похотливая. Посмотри на себя, ты буквально истекаешь, твоя влага залила весь стол. Когда я водил языком там, ты стонала как сучка, пьяная сучка.

Тебя стоит связать и наказывать дальше. А как ты взяла мой член в рот… Ты такая испорченная, и мне это так нравится.

Я поднял связанные женские руки, она держала их над головой, а я вошел ее горячее тело и трахал бестию уже в более быстром темпе. Готов делать это вечно.

– Ты невероятно вкусная, ты совершенство, Кира. Это лучшее, что я пробовал в этой жизни. Только с тобой я этого захотел, я никогда раньше не пробовал девушек на вкус.

Сделав еще несколько рывков, я излился в нее.Немного отдышавшись пошел открывать шампанское,какое принес с собой. Скоро курьер привезет цветы.Не думал,что когда то решусь на это.Придти,и сказать то,о чем грезил всегда.

Достаю чистые бокалы из шкафчика,открываю с помощью штопора бутылку,разливаю игристый напиток.Ставлю на стол рядом с диваном,сажусь в удобное кресло.

Кира надела мою рубашку и села мне на колени. Сейчас я хочу сказать ей то, что перевернет все с ног на голову. А вдруг она откажется, посчитав меня ненадежным? Но назад дороги нет, я все для себя решил.

– Малышка, скажи, ты любишь меня?

– Да.

– Тогда выполни одну мою просьбу.

– Все, что угодно.

По голосу Киры я понял,что она ждет важное обьявление,да,так и есть.

– Стань моей женой. Скажи, ты согласна?

– Я… Я… Конечно, да.

Она обняла меня, а из ее изумрудных глаз текли слезы.

– Ты слишком часто плачешь,и это моя вина.Прошу тебя,не затуманивай свой взор слезами,пусть даже если от большой радости,нет мне прощения,когда струятся по щекам твоим соленые росинки.

Я достал из куртки коробочку, в которой лежало кольцо с бриллиантом, надел его на изящный пальчик, и поднял взгляд на лицо Киры – оно светилось от счастья.

– Нужно разобраться с кое-какими делами. Как только я их закончу, мы поженимся.Станем жить вместе,как того всегда желали,– Дал я обещание связать себя с ней узами законного брака.

Кира встрепенулась,вдруг припомнив о свадьбе,какой всем сердцем своим противилась, – Да, я тоже должна разорвать помолвку с Максом. Никита, я так боюсь проснуться, и обнаружить, что это все было сном. Я всегда засыпала с мыслями о тебе, и, открывая глаза, думала об этом же.

– Есть только наш с тобой мир,и никому не отнять у нас того,что между нами двоими творится. Мы всегда будем вместе, детка, клянусь тебе. – Сказал я, прижав Киру к себе.

Глава 38

В окно пробивались первые солнечные лучи. Я так же, как и она не верил в происходящее. Мне уже была пора уходить, пока Кира спит, иначе нас снова ожидает неприятный разговор.

Кира не догадывалась, насколько сильно влияет на меня. Когда мы впервые встретились в доме ее отца, через меня словно прогнали тысячу электрических зарядов, пульс участился и кровь прилила к причинному месту до резкой боли, а на веранде я еле смог сдержать себя. Когда она надевала свои шикарные платья, я тайком глотал слюну, представляя, как буду их срывать с нее.

С каждым днем делать вид, что между нами ничего не происходит, становилось все сложнее.

А когда на вечеринке какой-то ублюдок пытался к ней приставать, я в полной мере осознал свое желание оберегать ее, но как же мы будем вместе, если я гонец из преисподней, который не умеет испытывать сострадание. Моя любовь убьет, только