Враг стабильности - Алексей Переяславцев

  Как я ни торопился, но три дня на железо ушло. Погрузка была длительной. Попутно хватило времени очистить довесок к территории.

  Маги жизни с гордостью заявили, что теперь они берутся полностью обеспечить поселенцев продуктами ('С запасом!'), а еще того больше порадовал развеселый жеребеночек, резвившийся неподалеку от мамочки.

  Разумеется, первым делом по прибытии в порт Хатегат я назначил поиск агента. К счастью, однорукий оказался на обычном месте.

  - Нет Синих Кристаллов, - приветствовал он.

  - Нам сказали, с ними вот что происходит...

  Я объяснил ситуацию.

  - ...но у нас есть товар.

  На свет появилась новинка: ящик с бутылками, сделанный из фанеры. Рыбак сохранил невозмутимость, а вот сын не сдержался:

  - Из чего это?

  - Новый материал, называется 'фанера'. Делается из дерева, очень практичен.

  Парень проявил эту самую практичность:

  - Продай.

  Я притворился дураком:

  - Так бутылки и продаю вместе с ящиком.

  - Имелась в виду эта твоя 'фанера'. Ее листами продают? Она какого размера?

  Я дал объяснения, но оговорил, что это поставка будущего, потому что с собой у нас такой нет.

  Мы уговорились о цене за бутылки и сельдь. Наступило время для главного.

  - Есть возможность для изменения жизни к лучшему.

  Отец расщедрился на вопросительный взгляд, а дочь с сыном старательно продемонстрировали полное безразличие.

  - Не сей момент, но имеются кое-какие варианты. Предлагаю работу наставника...

  - ?

  - ...в рыбацком деле. Нам понадобится рыба, но еще больше - рыбаки. Хорошие деньги. Уважение людей. А главное: такая же работа для твоего сына...

  Про дочку я умолчал, так как не был уверен, что она ходит в море за рыбой.

  Однорукий явно имел целый сундук вопросов, но сохранял достоинство и слушал.

  - ...но учти, это не сейчас - на следующий сезон.

  Северянин дураком не был.

  - Где?

  Вопрос задан совершенно правильный, но отвечать на него нельзя.

  - Не здесь.

  Сказано нарочито двусмысленно. Можно понимать как 'обсуждать надо не здесь', а можно и как 'придется переехать'. Даже если мой агент провалится, то и тогда Те Кому Надо не получат точной информации.

  По дороге на остров Стархат ребята убедили меня не включаться в переделку корабля и вообще не сходить на берег - во избежание. Мало того: дальновидный и осторожный Дофет выдвинул новый план: переделку ограничить лишь установкой мачты с надлежащим рангоутом и такелажем, доковылять до порта Хатегат, а уж там провернуть всю модернизацию. И исключить тем самым даже малейший риск.

  Как я ни старался опровергнуть рассуждения нашего капитана, ничего не получалось. Личную неприкосновенность нам гарантировали, но отсутствие разведывательных действий в части технического оснащения - отнюдь нет. Вот почему на палубе постоянно маячили наши стрелки, а я куковал у своей выгородки.

   О названии корабля немного поспорили; то, что оно должно быть 'птичьим', возражений не вызвало, а вот родоначальная птица стала причиной споров. Первыми отпали не очень быстролетные куриные, мелких птичек отвергли по причине размера, морских сов здесь не знали (почему-то полярная сова неизвестна в этом мире), а сухопутными побрезговали; орлы и соколы оказались выкинутыми по той же причине. Наконец, спорящие сошлись на альбатросе: по причине дальнего радиуса действия, пристойной скорости и размера.

  Дружное активное неприятие вызвало предложение разбить бутылку вина (белого, разумеется) о корпус корабля. Общее мнение выразил Тарек:

  - Ты бы еще бутылку водки разбить предложил...

  Пришлось объяснить выбор; заодно я описал шампанское. Это заинтересовало всех, но объяснить технологию изготовления я не смог, потому что и сам ее не знал. Пояснения закончились так:

  - ...вот почему белое вино ближе всего подходит к... тому, что приносит наибольшую удачу.

  Против удачи никто возразить не посмел.

  Но в крещении корабля участвовать мне не пришлось. Для этого понадобилось бы сойти на берег. А поверх того самого места, на котором разбилась бутылка, наши укрепили Знак Повелителей.

  Опытный морской волк Дофет оказался абсолютно прав. На одной мачте наш славный корабль именно ковылял. До Гранитных ворот мы плелись двое суток.

  Разумеется, в Хатегате нам было уделено несколько повышенное внимание. Я ни секунды не сомневался, что сведения о прибытии такого большого корабля в два счета дойдут и до остальных островов, и до Академии. Поэтому первым моим распоряжением по прибытии был запуск слухов о том, что надобно сделать, какие грузы будут куда отправляться и куда потом пойдет 'Альбатрос'. Мы дружно решили, что наличие дополнительных версий затруднит работу нашим недругам.

  Поэтому в тавернах и трактирах звучали разговоры вроде:

  - Наш главный откупил 'дракона' у Повелителей моря, но корабль изношен, потому и нужен ремонт.

  - И вовсе ты врешь! Не изношен, а просто штормами потрепало, а корабль считай, что новый.

  - Ну так ремонтировать все равно надо...

  - ...сам видел, грузили деловую древесину, очень много. Куда? Не скажу точно, вроде как в Грандир.

  - И не в Грандир, а совсем даже в Хуртум...

  - ...уж не трепал бы языком. Какая там древесина? Полосовое железо, вот что.

  - Полосовое? Ну если круглые прутки - это полосы, тогда да...

  - ...точно знаю, на дальний Юг идем с дешевыми тканями; там они хороши, спору нет, но уж больно дороги.

  - Да хватит заливать, не ткани это, а пенька; я же видел тюки! В тех-то краях она не растет, верно вам говорю...

  На самом же деле работ было полно. Укепление набора уже было сделано. Но команде предстояло еще установить движки, смонтировать систему водоотлива с помпами и вооружение, загрузить все потребное для действительно дальнего путешествия, сам груз (а заказ железа был объемным). А еще втайне устанавливался лаг. Предстояло проверить скорость на мерной миле; Сарат самонадеянно провозгласил, что, мол, тридцать пять миль в час корабль выдаст запросто, а по моим (весьма приблизительным) подсчетам выходило что-то около тридцати.

  Тарек предложил нам с Саратом съездить проститься с женами. Разумеется, он предполагал, что и ему разрешат сделать то же самое - и оказался прав.

  Утром в день отъезда Иришка мурлыкнула и потерлась носом о мое плечо. Кири, разумеется, присоединилась, но без мурлыкания.

  - Ты вернешься, я знаю.

  Это было сказано очень уверенно. И тут же милая извлекла из ниоткуда небольшую корзинку.

  - Здесь все, что для тебя надо. И записи там же.