Враг стабильности - Алексей Переяславцев

  Проглотив залпом порцию примерно в сто тридцать грамм, южанин попытался выдавить из себя осмысленную фразу:

  - Но...

  Но атака была еще далека от завершения. Мои голосовые связки работали на полную мощность:

  - Ага!!! Я же говорил: такого здесь не делают! Самая лучшая водка, даю тебе слово! Не какая-нибудь хатегатская подделка! Ну, сознайся, что такого никогда не пивал! Умоляю!!!

  - А...

  - Нет, нет и нет!!! Даже и не вздумай, Рашшид! Платить в трактире буду я! Это не обсуждается! Кстати, ты правильно сделал, что подстриг бороду! Так тебе идет даже лучше!

  - Да я...

  - Но трактир!!! Мы же собирались в трактир!!!

  Я мертвой хваткой вцепился в рукав его халата и рванул на себя. Собеседник устоял на ногах, но лишь моими усилиями.

  - Трактир...

  Все, пора завершать атаку. Я выпустил чудом не оторвавшийся рукав и деятельно завертел головой, вглядываясь в дома, где его отродясь не было.

  - Где же трактир? Я помню, что здесь он был. Может быть, там?

  Уголком глаза я глянул на стражников. Те, по всей видимости, знали моего визави по имени и откровенно наслаждались сценой.

  За спиной послышались осторожные, но быстрые шаги. Удаляющиеся, как и ожидалось. Выждав, когда группа молодых людей завернула за угол (судя по звукам), я позволил себе оглянуться и очень громко удивиться:

  - Куда же они делись? О, вспомнил, трактир вон на той улице! Так они, должно быть, побежали впереди нас. Рашшид всегда торопыгой был. Вперед!!!

  Мы бодро зашагали по направлению к порту. Разумеется, я махнул рукой на Гильдию.

  Только у борта 'Альбатроса' Тарек позволил себе ухмылку:

  - Ну ты даешь, командир! Такому меня не учили.

  - Меня тоже. Но, знаешь ли, один знаменитый стратег сказал: 'Удивить - значит победить'. Все, в Гильдию сегодня не пойдем. Рискованно.

  Хотя из этой прогулки мы вышли без потерь, но и прибыли не было никакой. Синит тоже вернулся с нулем. Ладно, делать нечего. Завтра идем на свой страх и риск на Юг.

  (сцена, которую я видеть никак не мог)

  - Кто это был?

  - Да я впервые его видел! Понятия не имею!

  - Он тебя принял за другого, это ясно. А за кого?

  - Говорю тебе, не знаю. К тому же он пьян.

  - А я думаю, что не только пьян, но и... того... поврежден в уме. Ты видел его глаза?

  - Точно. Опасный человек. Куда только стража смотрела?

  - Ну, этот тип ничего такого не сделал.

  - Неужели он тебе налил настоящей водки?

  - Ручаюсь. Очень крепкая. Правду сказать, меня уже ноги нетвердо держат.

  - А ты заметил, как странно он говорил?

  - Так он с Севера.

  - Похоже, да не совсем. У него северный акцент и вправду есть, но еще какой-то накладывается. А какой - не знаю.

  - Я знаю: горский. К отцу как-то прибыл один горец, у того был похожий выговор.

  Наутро наш корабль уже пенил носом волны Великого океана, держа курс на юго-запад (нам нужно было обогнуть мыс). Разгулялась зыбь, поэтому вахтенный помощник задействовал 'Гладкую воду' - разумеется, через амулет.

  И с утра же Сарат, явно восстановившийся, подошел ко мне с необычным выражением лица.

  - Командир, есть новости.

  Тут и думать не надо: наверняка он связался по радио с домом.

  - Выкладывай.

  - Вот.

  На руке у меня оказался листик с радиограммой. Я развернул его и прочитал: 'Я была права в отношении двоих. Третий нет. Моана'.

  Несмотря на корявость сообщения, мне все было ясно, а посторонний ничего бы не понял. Но Сарат не относился к посторонним.

  - Так, дружище. Честно тебе скажу относительно тех двоих: не верю я в совпадение, да и жена тебе то же скажет. Отсюда могут быть последствия.

  Ответная фраза была наполнена мрачностью:

  - Мне кажется: если это не случайность, то ты угроза стабильности.

  Порыв ветра тонко взвыл в снастях. Мне подумалось, что при такой погоде наш разговор - мы разговаривали, разумеется, на баке и стояли с подветренной стороны - подслушать весьма трудно. Можно было говорить почти открыто.

  - Да уж. Как понимаю, в этом возрасте прикинуть силу будущего мага невозможно?

  - Я спрашивал у жены. Говорит, сейчас даже ей не под силу. Вот когда им будет, скажем, лет пять... да и то... Ну а чем позже, тем легче это сделать. Обычно к двенадцати годам уровень способностей может оценить даже бакалавр. Но я подумал: а ведь мы с Моаной не одни такие... ну, ты понимаешь. Арзана еще, Шахур...

  - Думал. Уже думал. Тут, правда, есть одно обстоятельство. Я не вечен, сам знаешь. Когда меня не будет, этот источник исчезнет... я так полагаю.

  В голосе Сарата появился сарказм:

  - Ах, какая радость! Ты что, не понял, что сказал? У Академии есть в этом случае прямой резон сделать так, чтобы ты умер как можно быстрее.

  - Значит, надо вести себя так, чтобы они об этом не узнали. Тут другое интересно: если Моана смогла обследовать моего сына, значит, или мои... свойства он вообще не унаследовал, или они проявятся потом. В это я, впрочем, не верю.

  - Об этом я не подумал, ты прав. Но, знаешь ли, оно и к лучшему. Имею в виду, что он будет обычным человеком. Безопасней для него...

  Тут в голосе у весьма почтенного снова прорезалась ирония и насмешка:

  - ...впрочем, нет, я не прав. Обычным человеком ему не быть. Если ты его научишь хотя бы половине того, что знаешь сам...

  - Шутки в сторону. Вернемся к детям. Ну-ка, поправь меня, если сможешь. Как представляю, распространение сведений о том, как делать детей... такого сорта, нам совершенно не нужно. Значит, эта информация станет достоянием лишь узкого круга. Ты правильно сказал: Шахур и Арзана, ну еще Торот... с кем-нибудь. На сегодняшний день все. Ну, родятся у вас, скажем, с два десятка магов. В масштабах Маэры - капля воды на дне кувшина. Заметь: еще не факт, что твои внуки унаследуют те же способности. Да нет, что я говорю: наверняка не унаследуют - то есть без моей помощи, конечно.

  - Да-а-а... Совершенно уверен, что моя Моана уже проанализировала все это. О, вот еще. Я же все-таки магистр магии жизни, пусть даже не из первых. Подумалось мне: интересно, твоя кровь обладает теми же свойствами негации? Проверить бы надо.

  - Честно говоря, у меня нет ни единой идеи на этот счет.

  - У меня тоже. Теория тут молчит. Значит, нужен эксперимент.

  В глазах у Сарат появился нехороший исследовательский блеск, который надлежало немедля погасить. Или, еще лучше, отвлечь.

  - Можно проверить. Но только по возвращении. Да, вот вспомнил. Вопрос по твоей части: волны прибоя дают магический шум?

  - Ясное дело, дают. Зачем тебе?

  - Не мне, а всем нам. Загодя знать о том, что мы подходим к рифами или просто к берегу - это как, нужно?