Бескрылый дракон - Big wolf

Меня, Гарри Поттера и Рона Уизли поймала одна из бригад егерей и привела в Мэнор. Они подозревали, что один из пленников — Гарри Поттер. Однако его лицо было так изменено моим жалящим проклятием, что Пожиратели Смерти сомневались, стоит ли вызывать Тёмного Лорда. Люциус Малфой больше всего отговаривал остальных.

«Что ты несёшь, Грейнджер?»

«Что творится в твоей голове, блять?»

«Ты каждый раз, как снег на голову. Со своими выходками».

Девушка, наконец, подняла глаза на обвиняемого. Она смотрела всего несколько мгновений. И Драко совсем не понял, что значил этот взгляд. Не ненависть. Не презрение. Что-то непонятное.

      Гермиона продолжала врать, выставляя Люциуса перед судом «заплутавшейся душой», эдакой жертвой обстоятельств, коим Малфой-старший не являлся.

«Зачем ты делаешь это?»

«Ради чего?»

«Неужели ради меня?»

«Есть ли шанс на то, что ты пожалела о сделанном выборе? Что поняла… всё не было игрой?»

«Или это было актом милосердия? Жалости ко мне. Неудачнику, что не справился со своей задачей?»

«Ведь твоя благодетель не знает границ».

«Бедный Малфой, что облажался. Не смог возродить Тёмного Лорда, чтобы спасти отца. Так ты думала? Поэтому решила снизойти до помощи мне?»

— На этом всё, мисс Грейнджер? — спросила судья у гриффиндорки.

      — Да, — кивнула она.

      — Это значительно меняет положение дел. Ваши показания может кто-то подтвердить?

      — Да. У меня есть письмо от Гарри Поттера с магической печатью, — ответила девушка, и в зале заседания зачитали волю Избранного, что подтверждал показания Гермионы.

«Поттер? Ему-то это на кой хер? Тоже доблестная жалость? Нет. Вряд ли. Эта звезда бы тогда сама выступала здесь, светя своим шрамом в каждый объектив журналистов»

«Тогда он делает это ради тебя, Грейнджер? Потому что ты попросила?»

Колдографии в зале делались с такой частотой, что в глазах начало пестреть. А журналисты лихорадочно строчили в блокнотах горячий репортаж.

      — Мисс Грейнджер, может, вы хотите что-то добавить? — спросила судья. — Мы в большом замешательстве от ваших показаний.

      Девушка начала говорить, и Драко странно ощущал себя от её слов. Это точно не относилось к Люциусу.

«Может ошибаться… Может принять не ту сторону… Может заблуждаться…»

«О, Мерлин! Грейнджер, посмотри на меня. Ты мне так нужна. До невыносимости».

— Спасибо, мисс Грейнджер. Можете занять своё место.

      Гермиона прошла к скамейке, где должны ожидать свидетели, и, присев, наконец, посмотрела в его глаза.

«Моя девочка, я так скучал. Ты даже представить себе не можешь, как сильно. Пытался тебя ненавидеть, но не смог».

— Судебная коллегия удаляется для вынесения решения.

      Люди в зале засуетились, а Гермиону позвал в коридор Кингсли Бруствер. Она не смотрела на Драко.

      — Мне нужно переговорить с адвокатом. Кажется, дела изменились, Драко! Не привлекай внимания. Оставайся здесь и ни слова не говори репортёрам, — быстро прошептала на ухо Нарцисса и глазами указала на выход Томасу Ротковски.

«Сейчас я не могу вырвать Грейнджер ото всех. Слишком много людей».

«Терпение, Малфой. Терпение!»

Он нервно ожидал возвращения девушки в зал, но она не пришла. Ни через пять минут. Ни через десять. Трибуны постепенно снова заполнились людьми, и председатели заняли свои места, но гриффиндорки всё не было видно. Нарцисса вместе с адвокатом быстро зашли в зал. Мать присела возле него.

      — Ты… молодец, Драко. У тебя, кажется, получилось, — шепнула ему миссис Малфой.

«Не понял. Что получилось?»

— О чём ты? — недоумевал парень.

      — Не здесь, Драко. Нас слушают, — шикнула она.

      Тем временем судья зачитывала законодательство магического сообщества Великобритании и статьи, по которым обвинялся его отец.

      — Властью, данной мне верховным судом Визенгамота, оглашаю приговор. Люциусу Малфою будет назначено условное отбытие срока в течении двух лет.

«Домашний арест? Ну, это не критично».

— А также взыскание в казну магического сообщества в размере ста тысяч золотых галлеонов и участие в поисках оставшихся на свободе приспешников Тёмного Лорда.

«Сто тысяч? Четверть имущества Малфоев захотели? Урвать кусочек, пользуясь случаем?»

«Есть неизменные вещи в мире. Жадность. Продажность. Алчность».

— На этом заседание суда окончено, — удар молотка, и цепи с наручников Малфоя— старшего со звоном упали на пол.

«Вот и всё…»

«Грейнджер, где же ты?»

— Хвала Салазару! Пойдём, сынок, — погладила по плечу Нарцисса.

      — Я приду чуть позже, — быстро бросил ей Драко, перепрыгивая через трибуну. — Это срочно. Я вернусь. Позже.

      Сердце его билось в бешеном ритме, а глаза искали каштановые кудри.

«Где же ты? Где?»

Он растолкал журналистов и влетел в лифт, истерично колотя по кнопке.

«Давай же! Быстрее! Пока она не ушла»

В большом холе Министерства девушки не было. Он добежал до входа и проверил журнал отбытия через каминную сеть, но и там фамилии гриффиндорки не было.

«Может, ушла через парадный?»

Но к нему была большая очередь, от чего парень ринулся к служебному входу. Замешкался. Пару минут, и холодный воздух ударил в лицо. Он выбежал на улицу, ища глазами родную фигуру. Вот она. Каштановые волосы, как карамель.

«Мерлин, как же я скучал. Безумно».

«Только бы обнять тебя. Прижать к себе. Не отпускать»

, — он бежал к ней.

      — Грейнджер! — отчаянно вырвалось из груди.

«Только бы услышать, что ты любишь меня».

«Что ты передумала».

«

Просто доверься мне, Драко

» — всплыло воспоминание.

«Мы можем пережить ещё лучшие моменты в будущем. А оно теперь есть!»

Но радостные мысли прервало разъярённое лицо Уизли, что стоял напротив девушки, позади Поттер с Джинни.

«Он здесь что забыл?»

Драко резко затормозил, встречая в упор взгляд Уизли.

      — Грейнджер, нам нужно поговорить, — сказал Малфой, переводя глаза на девушку.

      — Я тебе сейчас поговорю, хорёк долбанный! — взревел Уизли и бросился на Малфоя.

      — Нет! — Гермиона поймала гриффиндорца за талию.

      Малфой следил за рукой девушки, что обнимала не его. И надежды на счастливый финал покидали его со стремительной скоростью, разбиваясь, как волны о скалы.

      — Пожалуйста, Рон, не надо. Он того не стоит. Не марайся. Я сама. Сама поговорю с ним, — взмолилась она.

«Марайся? Не стою того?»

— Гермиона! Я убью его, — прорычал Уизли.

      — А я помогу, — добавил Поттер.

      Но Малфоя угрозы не волновали. Единственная, кто сейчас могла сломать его, обвивала талию бывшего парня. Может, нынешнего.

      — Что значит «не стою этого»? — спросил слизеринец, и Гермиона, наконец, посмотрела на него.

      Карие глаза блестели от слёз.

«Снова слёзы? Эти херовы