В чертогах памяти (СИ) - Грэй Саймон

***

Несмотря на все попытки ускориться, обратно путь отнял у него раза в два больше времени, нежели прогулка от Поляны. Для начала, не успев пробежать и ста метров, мут споткнулся, упал лицом в снег и весьма нехило приложился лбом о какой-то корень. Затем его скрутило, завтрак совершил удачный побег, отчего он еще долго стоял на четвереньках, пытаясь успокоить взбунтовавшийся организм. После такой встряски идти пришлось исключительно от дерева к дереву, старательно удерживая в поле зрения цепочку следов и делая периодические остановки, чтобы отдышаться.

На лесную опушку Саймон выбрался ближе к вечеру, когда солнце уже скрылось за вершинами деревьев. Переводя дыхание, он повис на ближайшем деревце, пристально изучая изменения в обстановке, что произошли за время его отсутствия. Первое, что бросалось в глаза, это огромная медвежья туша, валяющаяся неподалеку от Дуба. К гадалке не ходи, очередной представитель «Демона адского, души грешников алкающего» или в простонародье — урса. Медведь лежал на брюхе, устремив морду к лесу. Вокруг задницы однозначно дохлой животины наблюдались какие-то темные пятна, ярко контрастируя со снегом, а в воздухе носился непередаваемый запах дерьма.

Даже учитывая двухнедельный курс интенсивной пси-терапии, мутанту вполне хватило остатков мозгов, чтобы более-менее восстановить происшедшее. Поскольку в деревне его никто о Хозяине тайги не предупреждал, можно предположить, что мишка забрёл на эти земли не так давно. Есть у этого нового вида косолапых ещё одна нехорошая черта, помимо телепатических способностей — нежелание укладываться на зиму в спячку. Вот и шляются по лесам и полям в поисках пропитания, нередко выходя к поселениям людей.

Этот бедолага исключением не был. Шёл себе за едой и забрёл на Поляну, где учуял человеческий запах. Подкравшись поближе, наверняка применил урсячий излюбленный приём — удар телепатическим импульсом в попытке обездвижить жертву. Конечно, будь здесь обычный человек (мутант, киба или даже киборг), то сейчас мишка уже лакомился бы парным мясом. Но на месте жертвы оказался телепат, чей уровень превышал 70 Пси, для которого урса со своими зачатками пси-способностей был на один зуб. Правда, телепат этот настолько увлёкся ковырянием в мозгах одного мутанта, что совершенно потерял осторожность и приближение мишки пропустил…

Словно сломанная кукла, она лежала между двумя узловатыми корнями, устремив вверх мёртвый взгляд зелёных глаз. Руки разбросаны в стороны, правая нога вытянута, левая согнута под неестественным углом. Тёмные волосы стянуты в тугой пучок. До боли правильные черты лица (как и у всех в Теократии, кто до рождения был подвергнут генетической коррекции), прямой нос, аккуратный ротик с пухлыми губками. Фигуру скрывает добротная тёплая одежда, на которой сохранились остатки импровизированной упряжи.

Внезапно зелёные глаза моргнули, а зрачки съехали в уголок, пытаясь сфокусироваться на фигуре мутанта.

— Ты пришёл…

— Бл…ь!!! — Дёрнувшись, Саймон сделал пару шагов назад, в панике вскидывая автомат к плечу и до боли, вдавливая спусковую скобу.

— Даже не надеялась, что ты вернёшься…

— Да я на пару минут буквально, — буркнул мут, поняв, что убивать его не собираются, а «Буря» до сих пор не заряжена. — Сейчас отолью быстренько и дальше побегу.

— Подожди! Не бросай меня… так… — из уголков глаз покатились слёзы, оставляя на щеках мокрые дорожки.

Замерев, он несколько мгновений стоял на месте, борясь с самим собой. После пары недель непрекращающихся кошмаров, бросить её в таком состоянии было практически единственным доступным ему вариантом расплаты — большинство остальных отпадали по причине проблем со здоровьем. Честно говоря, даже тюкнуть её по башке топориком не получиться. Но…

— Да шучу я, — проворчал Саймон, опуская оружие и подходя ближе. — Вот уйдёшь так, а из кустов твои дружки повыскакивают. Сначала тебя вылечат, а потом меня насмерть ногами запинают.

Вздохнув, он присел рядом и достал из кармана мятую пачку с последней сигаретой. Прикурил, выпустив на морозный воздух густое облако дыма.

— Ты же знаешь, что я здесь одна…

— Все злодеи так говорят. А потом — бац! Откуда не возьмись толпы подручных.

— Это я злодей?

— Конечно! Хорошие люди других ночами не пытают.

— Сказал человек, одним нажатием кнопки убивший полторы тысячи мирных жителей… — то ли закашлявшись, то ли рассмеявшись, парировала телепатка.

— Они уже не были людьми, — глухо произнёс мут. — Не говоря о том, что неизвестно, что ждало бы их в будущем — сначала длительные обследования, а потом либо смерть от опухоли в мозге, либо смерть при тестировании лекарств.

— Кого-то наверняка удалось бы спасти!

— Возможно. А технологию по созданию послушных слуг, готовых умереть по приказу своей королевы, конечно же тщательно бы засекретили, спрятали и никогда бы не использовали.

На Поляне ненадолго повисла тишина, прерываемая шорохом листвы и потрескиванием табака в сигарете.

— Дай дёрнуть.

— Что?

— Никогда не курила. Вредно… А сейчас уже не страшно.

Пожав плечами, он вложил ей в губы недокуренную сигарету. Девушка затянулась и тут же закашлялась, выронив бычок на землю.

— Гадость…

— Гадость, — согласился мут.

Подобрав бычок, он сделал последнюю затяжку и небрежным щелчком отправил его в сторону. После чего достал из набедренной кобуры пистолет, выщелкнув пустую обойму.

— Слушай, как ты думаешь, какова была вероятность того, что я встречу тебя в том деревенском лабазе?

— Учитывая, что это свершившееся событие, определённо равная единице, — из кармана на свет появился патрон калибра 8.2 миллиметра. — Но если так подумать, то не очень большая, даже если брать в расчёт все обстоятельства.

Вставив патрон в обойму, Саймон вставил её обратно и передёрнул затвор.

— Сраная математика. Никогда её не любила, — криво усмехнулась девушка. — Прощай, Огр. Надеюсь, в следующей жизни мы встретимся снова.

— Прощай, милая. Искренне надеюсь, этого не случится.

На Поляне, под ветвями Дуба, сухо треснул пистолетный выстрел. Где-то в лесу возмущённо каркнула ворона.

--

1. Дид — помощник хомбо-ламы

2. Габджу — следующая после геше монашеская учёная степень в буддизме.

Эпилог

Как он вышел из леса, Саймон не помнил. В какой-то момент мозги просто отключилось и всё происходящее воспринималось отдельными картинами. Вот он упорно шагает по лесу, от одного дерева к другому, но вроде бы даже в одном направлении. Вот его кто-то тормошит, что-то крича прямо в ухо. Вот его куда-то несут, причем довольно аккуратно. Испугавшись, что его таки поймали сообщники телепатки, мутант попытался вывернуться, но ослабевшее от длительного голода тело даже не шелохнулось…

Неудивительно, что когда сознание включилось в очередной раз, он далеко не сразу понял, где находится и что происходит. Мужчина лежал на спине в каком-то узком пенале, вокруг царил почти полный мрак, потолок находился практически перед лицом, а всё это уютное лежбище подозрительно покачивалось, словно находилось в движении.

«Меня решили похоронить заживо!» — мелькнула в голове шальная мысль, от которой в организме образовался переизбыток энергии. В панике Саймон попытался приподняться, но стоило оторвать голову от изголовья, как он тут же упал обратно — электричество закончилось. Стиснув зубы, мут застонал и попытался подняться ещё раз…

— Бать, он очнулся! — раздался над головой бас, определённо принадлежавший подростку.

Вывернув голову, мут уставился в сторону голоса и наконец-то понял, что находиться не в гробу, а в спальной ячейке, в данный момент практически полностью закрытой занавеской. Через оставшуюся щёлочку на него с любопытством пялился паренёк лет шестнадцати.

— Очнулся — это хорошо. Раз очнулся, значит — не помер, — раздался в ответ мужской голос. — Вовчик, ну-ка сдристни с табуретки, сейчас я этого бухенвальдского крепыша кормить буду.