В чертогах памяти (СИ) - Грэй Саймон

Каждая новая льдина впечатывается в подкорку с неумолимостью гидравлического пресса. В ушах нарастает безобразная какофония звуков, деревья перед глазами схлопываются в одну тонкую вертикальную линию. Застонав, мут сполз с бревна и медленно завалился на бок. Скорчившись в позе эмбриона и зажмурив глаза, он с силой зажал уши, тщетно пытаясь избавиться от непрекращающегося шума. Спустя бесконечное множество непродолжительных отрезков времени, Саймон потерял сознание…

***

— Итак, господа кадеты, повторим пройденный материал, — преподаватель по тактике малых подразделений откинулся в кресле, с обманчивой рассеянностью оглядывая аудиторию. — Кадет Вербин, будьте любезны, напомните нам, что такое шкала Хаяси.

Вербин, долговязый нескладный парень, пропустивший прошлую лекцию, с похоронным видом поднялся из-за парты. Отсутствовал он по причине вполне уважительной, о чём имелась соответствующая справка из лазарета, но сидящего за учительским столом полковника по кличке Колобок-Людоед (для краткости просто Людоед) это мало интересовало. Любой кадет, пропустивший занятие, моментально становился объектом пристального внимания этого маленького лысенького человечка, которого (по неподтверждённым слухам) опасался сам генерал Карба, командующий Академией.

— Ну же, Вербин, мы вас внимательно слушаем, — проворчал Людоед и всё с тем же рассеянным видом принялся изучать обстановку за окном.

— Шкала Хаяси используется для измерения силы псиоников, — наконец пробормотал кадет и замолчал.

Полковник выждал с минуту, продолжая что-то высматривать за окном, после чего перевёл взгляд на свою жертву.

— Ответ неполный. Напрягитесь, кадет! Какую размерность имеет, в каких приборах используется. Не заставляйте меня подсказывать.

После слов «в приборах» сочувственное молчание в аудитории моментально сменилось предвкушением. Предчувствуя потеху, кадеты заёрзали на местах, с интересом ожидая продолжения.

— Эмм… Используется в приборах… — Вербин замялся, всем свои существом ощущая какой-то подвох. — Используется в приборах по измерению псионических способностей человека.

— Вот как? — Рассеянность в глаза Людоеда сменилась слабым интересом. — И как же называется этот прибор?

— Псиометр?! — по аудитории пробежали тихие смешки.

— И в каких единицах псиометр измеряет псиоников?

— Эмм… в «Ха»? — смешки стали более громкими.

— В «Ха»? — полковник определённо веселился. — А почему не в «Хы»? Или, допустим, в «Ху»?

— Потому что Хаяси пишется через «а», товарищ полковник! — выпалил Вербин, понимая, что глубже тонуть уже некуда.

Дождавшись пока стихнет смех, Людоед смерил кадета укоризненным взглядом.

— Плохо, Вербин, плохо. Я бы даже сказал — отвратительно. Садитесь. — Полковник что-то чиркнул в блокноте, после чего ещё раз обвёл взглядом группу. — Ну-с, кто расскажет кадету Вербину, что такое шкала Хаяси? Есть добровольцы? Может быть вы, кадет Грэй?

Услышав свою фамилию, Саймон на секунду окаменел. Медленно встал, собираясь мыслями, и, сфокусировав взгляд на классной доске, выпалил:

— Шкала Хаяси является теоретической шкалой для измерения псионической силы человека. Разработана доктором Хаяси Ода незадолго до наступления Лихорадки Судного Дня. Измеряется в «Пси». Основная особенность шкалы — её относительность. Принято считать, что одно Пси равно одному объекту, с которым может взаимодействовать псионик на расстоянии 100 метров. В случае способностей прямого воздействия, типа телекинеза или пирокинеза, существует уточнение, что объект весит один килограмм или занимает объём один литр.

— Хороший ответ, кадет. Практически по методичке, — сложив руки на животе, преподаватель откинулся на стуле с обманчиво расслабленным видом. — Вижу, что с теорией у вас всё в порядке. Тогда немножко практики. Во время выполнения задания вы столкнулись с враждебно настроенным… ну, допустим пирокинетиком. Дистанция до объекта — пятьдесят метров. Приблизительная оценка силы — восемьдесят Пси. Ваши действия?

Как там говорил адмирал Акбар? It’s a trap!

— Отойти на безопасную дистанцию, используя укрытия — неуверенно начал Саймон. — После этого уничтожить цель, используя тяжёлое вооружение и снайперов.

— Вот как? — Людоед хмыкнул. — Кто-нибудь дополнит ответ кадеты Грэя? Может быть вы, кадет Терещук?

Терещук, главный балагур и раздолбай в группе, вскочил, словно давно ждал этого момента.

— Если в пятидесяти метрах от меня стоит враждебно настроенный пирокинетик на 80 Пси, то, скорей всего, мне больше не потребуется услуга кремации.

— Вот это правильный и полный ответ. Садитесь оба.

Поднявшись со стула, полковник заложил руки за спину и неспешным шагом принялся обходить аудиторию.

— Итак, господа кадеты, уясните и запомните несколько важных моментов, от которых будут зависеть не только ваши жизни, но и жизни ваших боевых товарищей. Первое! При столкновении с любым типом псиоников никогда не входите в зону прямой видимости цели. Даже если это слабенький ясновидец! Псиометров ещё никто не придумал, разведка имеет свойство ошибаться, а шкала Хаяси даёт весьма расплывчатое представление о возможностях объекта. Второе! Любой псионик с показателем силы в пятьдесят и более Пси крайне опасен! Пирокинетик и электрокинетик вас поджарят, телекинетик — размажет об стену, свернёт шею или просто выдернет чеку из гранаты, болтающейся на разгрузке. Биоэнергетики способны не только залечивать свои и чужие раны, но также неплохо поднимают пределы своих физических возможностей. Проще говоря, бафают себя на силу, ловкость, скорость, выносливость и прочие подобные параметры. Ясновидцы… — Людоед на мгновенье замолчал, после чего с едва заметной усмешкой продолжил. — Ясновидца вы вряд ли вообще увидите без другого ясновидца. Третье! Псионики с индексом пятьдесят и более Пси, как правило, обладают двумя или более талантами. Чуть позже мы рассмотрим наиболее часто встречающиеся сочетания, а пока — четвёртое! Среди всех известных типов псиоников наиболее опасными являются телепаты и ясновидцы, поскольку способны работать с объектами вне зоны прямой видимости. Соответственно, любая комбинация телепатического или провидческого дара с любым другим пси-талантом гораздо опаснее, нежели комбинация тех же пирокинеза и телекинеза. Учитывая всё вышеперечисленное…

Старательно записывая слова преподавателя, Саймон не заметил, как тот оказался у него за спиной. Опустившаяся на плечо рука заставила мутанта вздрогнуть всем телом, в то время как вкрадчивый голос продолжал въедаться в мозг:

— … любой враждебно настроенный псионик должен быть уничтожен до того, как заметит вас. В противном случае… — Людоед сделал драматическую паузу. — В противном случае, уничтожат вас.

***

Голова гудела и пульсировала, словно с дичайшего похмелья. Всё тело затекло и категорически отказывалось слушаться, вместо правой щеки ощущалась локальная пустота.

«Отморозил! Отморозил!!! Отморозил-отморозил-отморозил!» — словно перепуганный носорог, эта мысль носилась в голове, периодически врезаясь в стенки черепа. Мутант попытался вскочить, но тут же упал на колени, едва успев упереться руками в покрытую снегом почву. Тело сотрясалось от рвотных спазмов, в тщетных попытках пытаясь избавиться от содержимого желудка. К несчастью, в последнее время в негл ничего толком не попадало, так что за те десять минут, что Саймон боролся с самим собой, результат вышел скромный — небольшая лужица желчи, украсившая наст не самым приятным пятном.

Выждав ещё минут пять, чтобы организм более-менее успокоился, он ухватил горсть снега и сунул её в рот, пытаясь избавиться от мерзкого привкуса во рту. Сплюнул, ухватил вторую и, дождавшись пока она растает, проглотил. Кое-как поднялся на ноги и сразу же с кряхтеньем плюхнуться на бревно. Растирая потерявшую чувствительность щёку, мут вновь принялся озираться по сторонам. Судя по всему, без сознания он пробыл недостаточно долго, чтобы получить значительные обморожения, но вполне достаточно для того, чтобы сумерки успели накрыть лес плотным одеялом.