Скандальный развод с драконом - Эйси Такер

class="p1">Прижавшись к груди возлюбленного, я отчаянно напрягала слух, пытаясь уловить хотя бы тихий стук сердца или приглушенное дыхание.

Но только это было невозможно. Все признаки говорили о том, что Рейвер действительно мертв. И только мое сердце и воспаленный разум убеждали меня в том, что все это ложь.

***

Взгляд Мелины судорожно бегал по бездыханному телу любимого. Разум пытался выцепить важные детали, найти хоть какой-то ответ.

И нашел… Тот самый артефакт на груди Рейвера, что она сделала в последнюю ночь. И камень в центре сохранял свой первозданный белый цвет.

Но камень должен был почернеть, вобрать в себя ту черную тварь, что была намерена убить Рейвера.

Выходит, этой тварью была сама Мелина? Это ведь она создала артефакт, который отличался от других. Она внесла корректировки в схему в надежде на усиление защитных свойств. А что в итоге? Неужели она создала бесполезную брошку, лишив своего принца действенной защиты?

Мысль холодная и острая, как острие кинжала, пронзила израненное сердце Мелины насквозь.

Это она была виновата. Из-за нее погиб мужчина, потерять которого она боялась больше всего на свете.

Обезумевшая часть ее разума, отравленная болью потери, боролась с непримиримой логикой.

Артефакт ведь был проверен архимагом. Он подтвердил защитные характеристики.

Все же она была виновата? Или… кто-то заменил артефакт Рейвера, подсунув ему пустую безделушку?

– Ты… – прохрипела Мелина, обернувшись к Эйгу. – Это ведь ты заменил артефакт Рейвера? Ты подставил его, выкрал настоящий артефакт, который я сделала для него! Это ты сделал его беззащитным перед Тьмой, так ведь?!

Мелина произносила страшные вещи. Но потеря Истинного сводила ее с ума, а разум был готов придумать любое оправдание, лишь бы заглушить чувство ее вины.

– Фира Мелина, прошу вас, успокойтесь, – призвал ее кто-то из драконов.

– Успокоиться?! Вы что, не понимаете? Он ведь такой же, как Файз! Это он убил Рейвера и убьет всех вас, когда предоставится случай! Как вы вообще допустили его до темного артефакта?!

– Артор, прошу тебя, позаботься о Мелине, – глухо отозвался Таррел, обратившись к сыну. – Ей нужна помощь…

Отец, потерявший сына, был убит горем не меньше, чем Мелина. Но он обязан был сейчас думать о ней – о единственном сокровище своего покойного сына. Теперь ее благополучие лежало на его плечах.

– Не смейте меня трогать! –Мелина взмахнула одеревеневшими руками, когда ее попытались поднять с пола. – Лучше придите в себя и займитесь тем, кем должны!

Она неизменно смотрела на Эйга, сверлила его ненавидящим взглядом. Ледяной дракон тоже смотрел на нее своим фирменным бесчувственным взглядом, не отражающим того, что у него было на душе.

– Она права, займитесь мною, фиры, – надменно произнес он и сдернул с шеи темный артефакт, показательно покрутив им в руке. – Мелина не могла создать дрянную защиту. Разумеется, вина лежит на мне.

Он был готов на эту ложь, чтобы подарить хоть каплю облегчения убитой горем Мелине. Тем более, что все остальные прекрасно понимали его мотивы. Все, за исключением Мелины.

Темный артефакт передали королю Таррелу, и только тогда к ней вернулось ощущение безопасности.

А после… После ее разум затянуло темной пеленой, а тело обмякло и рухнуло на бездыханного Рейвера…

Глава 61. Пробуждение

В забвении не было ничего, кроме темноты и неумолкающего собственного голоса, повторяющего лишь одно слово: Рейвер.

С криком, со слезами и с хриплым шепотом я повторяла его снова и снова. До тех пор, пока не открыла глаза…

Разум еще не прояснился, но я с необъяснимой тревогой дернулась с постели… и тут же упала обратно на влажные простыни, скорчившись от боли. Каждая клеточка тела изнывала, мышцы будто налились свинцом.

А затем сознание прояснилось и вернуло меня в страшную, жестокую реальность. И физические страдания просто потонули в душевной боли.

Вскочив с постели, я рванула из незнакомых покоев в чем была – в тонкой сорочке и босая.

– Фира, куда же вы? – ахнула молоденькая служанка, которую я заметила лишь в последний момент. – Лекарь сказал…

– Где Рейвер? – я вцепилась в ее плечи и нетерпеливо тряхнула, будто это могло ускорить ответ.

– Рейвер? – с непониманием переспросила она. – Простите, но я не знаю такого…

– А короля Таррела ты хотя бы знаешь? Отвечай скорее, – жестко потребовала я.

– Да, знаю… – забитой мышкой пропищала она.

– Веди меня к нему. Быстро!

На любезности не было ни времени, ни желания. Жесткие требования работали эффективнее.

Приковывая к себе взгляды стражников, я фурией неслась по знакомым коридорам дворца, подгоняя сопровождающую меня служанку.

Мы все еще были в Эстерисе. Но хорошо это было, или плохо, я пока не понимала.

Я позволила себе непростительную слабость. Не собравшись с силой и духом, я потеряла сознание в тот момент, когда должна была быть рядом с Рейвером.

И сколько я пролежала без сознания? Что произошло за это время?

Страшнее всего было думать о том, что Рейвера больше нет. Совсем. Что я больше никогда не смогу увидеть его лица, прижаться к его умиротворенному телу, взять за руку…

– Фира, прошу вас, постойте! – позади послышался голос одного из стражников, а затем быстрые шаги.

Я ни на секунду не остановилась. Лишь слабо взмахнула рукой, направляя ментальные щупальца к стражникам и неумолимо сбивая их с ног.

Силы возвращались ко мне. В жилах вновь текли и явственно ощущались магические потоки. Но вот драконица по-прежнему не отзывалась, будто забылась вечным сном. И Рейвера я тоже не чувствовала. Иначе не пришлось бы просить о помощи, чтобы его найти…

Перед мысленном образом вспыхивали чудовищные картины из недавнего прошлого. Они острыми шипами вонзались в сердце и вызывали фантомную боль, которую я ощущала от прикосновения Тьмы.

Дверь, на которую указала служанка, я ненамеренно распахнула с грохотом о стену. Просто недоверчивые стражники решили преградить мне путь и сами же завалились на несчастную дверь.

– Мелина? Но как… ты пробудилась? – Таррел вскочил с кресла и с изумлением наблюдал, как я взмахом выставляю обморочных стражников в коридор и закрываю дверь. – Лекарь сказал, что после восстанавливающего зелья ты неделю проспишь. А прошло всего два дня.

Я ощущала тяжесть пробуждения. На подсознании сидела мысль, что какая-то необъяснимая сила тянула меня в глубокий сон и не позволяла вырваться из него.

А я сопротивлялась. Сопротивлялась до последнего, потому что даже в