Стезёю вечного Заката - Алексей Головин

Вот потому-то жрец и предпочёл умолчать о многом в разговоре с Владычицей. Он не сообщил ей о некоторых планах служителей Великой Ночи. В частности, о том ударе, который готов был в ближайшем будущем нанести огромный флот Повелителя Фихташа.

Роль главного встречающего решил взять на себя Тихий. Он вышел вперёд и тяжело, гортанно заворчал, грозно глядя на самку единорога, чтобы у той не осталось сомнений, что обращаются именно к ней. Та, несколько опешив, резко остановилась и наклонила голову. Если Пепельный пёс думал, что ему вежливо кланяются, то понял своё заблуждение, узрев перед собственным носом острый конец сверкающего рога. Он рефлекторно клацнул зубами, пытаясь поймать магическое орудие. При этом клыки его засверкали красно-жёлтыми сполохами так ярко, что кобылица предпочла на всякий случай рог отдёрнуть. Он, конечно, мог проткнуть что угодно, но кто её эту разноцветную псину знает?

— Аламела, прекрати! — звонким голосом воскликнула всадница на мадженском, натягивая повод. Потом, засмеявшись, сказала псу: — А ты повежливее с дамой!

Как ни странно, Тихий послушался, погасил свечение и даже пару раз махнул хвостом в знак приветствия.

А в душе Зокласа явственно зазвучала какая-то почти забытая струна. Этот голос и смех! Магу захотелось просто закрыть глаза и погрузиться в заманчивый плен иллюзии, порождённой его восприятием и памятью. Если не смотреть на девушку, а только её слушать, можно было и впрямь поверить, что с ним вновь разговаривает Сальнира. Как тогда, во время их исполненного тревог и опасностей, но, тем не менее, столь приятного путешествия из Риаджанга в Гиал…

— В самом деле, ушастый, будь сдержаннее в эмоциях, — сориентировавшись в ситуации, обратился к Тихому Силж. Ему хотелось разрядить обстановку и дать пребывающему в смятении Зокласу время собраться с мыслями. С открытой приветливой улыбкой магвой посмотрел на юную всадницу: — Вообще-то, благая Просветлённая, наш четвероногий друг очень добрый. Просто ваша… э-э, Аламела, правильно? Так вот, ваша Аламела ему так понравилась, что он лишился дара свой пёсьей речи и решил выразить восхищение нечленораздельными звуками и дружеским покусыванием.

Тихий посмотрел на магвоя так, что тот почувствовал опасность стать следующим объектом покусывания, причём отнюдь не дружеского.

Девушка снова засмеялась и легко спрыгнула на землю. Погладила белоснежную гриву Аламелы, успокаивая её, и с нескрываемой радостью проговорила:

— Вот я и нашла вас! Вы ведь из Мадженси, не так ли? — она кивнула на узнаваемую причёску Силжа и его татуировку со знаком Магармуса.

— Вы искали нас? — удивлённо вскинул брови магвой. — Не будет ли грубостью с моей стороны с ходу спросить зачем?

Просветлённая перевела взгляд с него на по-прежнему молчащего и буквально пожирающего её глазами Зокласа. Немного смутившись, она сделала полшага вперёд и подняла руки к груди в приветственном жесте, принятом среди магов Дня:

— Скажите, пожалуйста, ведь это вы тот самый маг, который вмешался в битву под Мистартой и изменил её ход? Мне вас описали… — девушка осеклась, подумав, что допустила бестактность: вряд ли обезображенному человеку доставляют удовольствие напоминания о его некрасивой внешности.

Зокласу и впрямь было не по себе от того, что Просветлённой приходится смотреть на то нечто, в которое превратилось его лицо. С другой стороны, именно Просветлённым он и был обязан таким видом…

— Не вижу смысла отрицать, — чуть охрипшим голосом отозвался он. — И хотел бы, как уже сказал мой друг, знать, зачем вас послали разыскать меня?

— Меня никто не посылал, — торопливо покачала головой девушка. — Я ищу… искала вас по собственной инициативе. И по личным причинам. Меня зовут Ильната. Я долж…

Что-то щёлкнуло в голове Зокласа. Видимо, его глаза округлились настолько, что Просветлённая оборвала себя на полуслове. А маг будто вновь вернулся на мгновенье в тот лес в Заоблачном крае, подаривший им с Сальнирой несколько прекрасных дней и ночей. И услышал её нежный голос, с любовью называющий имена матери, отца и сестры. Да, сестры, которую Зоклас так и не успел увидеть…

— Ильната… — повторил он.

По его голосу и глазам Просветлённая всё поняла.

— Она вам про меня говорила, да? — спросила девушка дрогнувшим голосом.

Зоклас молча кивнул. Потом, преодолевая внезапную сухость в горле, сказал:

— Мы не дошли до вашего дома всего чуть-чуть…

Силж поспешил деликатно отвернуться, увидев, как из прекрасных, но вмиг наполнившихся болью, глаз Просветлённой хлынули слёзы. Аламела и Тихий вдруг почти одновременно отошли чуть в сторону, тоже не глядя на Ильнату. А Зоклас наоборот смотрел на неё во все глаза. И если бы мог, пожалуй, тоже позволил бы скатиться слезе. Увы, огонь Просветлённых выжег большую часть его души. Все свои слёзы он уже пролил, и знал, что до конца жизни не уронит больше ни одной. Маг стоял и смотрел на младшую сестру своей возлюбленной, и в душе его бурлило целое море чувств. Только вот ни одному из них он не смог бы дать точного названия…

…Маленький домик Эль-Ифарха, в котором постепенно становилось всё теснее, открыл двери для ещё одного гостя. Вернее, гостьи. Когда все более-менее успокоились, Зоклас поведал Ильнате свою историю — от задания Саргежа до хитро подстроенной встречи с Сальнирой, помимо воли заманившей в библиотеку Иарния, и далее — от их побега из джантрийских застенков до гибели Сальниры от внезапной атаки Светлейшей с подручными. Смотреть на мелко вздрагивающие плечи и мокрые от слёз ресницы девушки было тяжело. Маг старался сглаживать некоторые особо нелицеприятные моменты, но понимал, что Ильната каким-то образом улавливает всё недосказанное. И её милое личико всё более мрачнело. Такая же тень набегала когда-то на лицо Сальниры, раз за разом получавшей жестокие уроки судьбы.

Эль-Ифарх, которому вся история передавалась в ярких мысленных образах, тихо сидел в углу, согнувшись, будто на его старые плечи лёг дополнительный груз скорби. Зоклас даже пожалел, что решил вывалить это всё и на старика, но разумом понимал, что поступил правильно. Безмолвный маг теперь тоже неразрывно связан с ними, его, как владеющего силами Заката, будет искать Шорх. И многие другие. Искать, чтобы убить. А коли так, Эль-Ифарху лучше владеть полной информацией о том, откуда «растут ноги» всей этой истории. Быть может, это позволит ему принять правильное решение, когда для такового придёт время…

— Я рада, что вас нашла, — сказала, всхлипнув в последний раз, Ильната. — Спасибо, что всё мне рассказали. Теперь я знаю, что поступила правильно, отправившись на поиски. Легче мне не стало, но стала яснее моя цель!