Изгнанники, или Топ и Харри - Лизелотта Вельскопф-Генрих

– Да, бренди. Как поживаешь, Дейзи?

– Меня все еще зовут Вики. Когда ты уже наконец запомнишь?

– Я тебе уже говорил: Вики тебе не идет. Ну так как коммерция, Дейзи?

– Как видишь, я до сих пор не разбогатела на этой коммерции. Богатеет только хозяин.

– Так до сих пор и не нашла хорошего мужчину?

– Мужчин-то хватает, а вот где взять хорошего?.. «Хороший» и «мужчина» – понятия несовместимые. Был, правда, один-единственный…

Она судорожно глотнула.

– Принеси-ка бренди! И выпей с нами! – предложил Джо.

Заказ был мгновенно выполнен. Генри уже успел раздобыть стул для Дейзи, и она села.

– Ну, рассказывай, как жизнь? – снова спросил Джо. – Что у вас здесь новенького?

Моррис, которому была неприятна эта девушка с жирной кожей и грубо накрашенным лицом, понял, что Браун и Генри хотели через нее узнать обо всем, что произошло здесь за полтора года их отсутствия. Официантка наверняка так же хорошо знала все сплетни и скандалы в лагере, как разведчик все следы на доверенном ему участке. Возможно, она к тому же была хорошим человеком, несмотря на свою жирную кожу, и для Джо, несколько лет отработавшего здесь на строительстве железной дороги, такие персонажи были привычнее, чем для него, Морриса.

Девушка опрокинула два стаканчика бренди, прежде чем ответить на второй вопрос Джо. Она, судя по всему, уже научилась пить не пьянея.

– Тэйлор Первый, которого ты знал, уехал пару месяцев назад. У нас теперь новый начальник – Тэйлор Второй, Кудрявый!

Она хихикнула.

– Что, веселый малый? – поинтересовался Генри.

– Еще какой веселый! Нам тут с ним грустить не приходится. Посмотрите потом, что стало с Длинной Лилли, подружкой Кровавого Билла!

– Ну а еще что новенького?

Она принялась уже за третий стаканчик.

– С каких это пор ты начала пить как сапожник, Дейзи?

– С тех пор как пошли поезда и мы увидели людей, которые умеют жить… А мы торчим в этой вонючей дыре и вкалываем как проклятые. Золото – вот что надо, чтобы зажить как люди! На Сакраменто уже почти все выгребли, а здесь, в Скалистых горах, говорят, еще есть чем поживиться.

– А еще какие новости?

– Новости? Новостей хватает благодаря этому Харри! Особенно плохих новостей.

– Это еще почему? Раньше же все было хорошо.

– Черт бы его побрал, этого Харри! Тэйлора Второго скоро удар хватит…

– А в чем дело?

– Если так дальше пойдет, Тэйлору крышка! Харри вместе с цыганом, говорят, помог сбежать этому белокурому анархисту, когда его хотели арестовать. Так все говорят, хотя доказать этого никто не может. Этот краснокожий мальчишка – просто сатана!

– Ему уже девятнадцать лет… – задумчиво, словно обращаясь к самому себе, произнес Моррис.

– Да, с ним не соскучишься… Как ваше имя? Моррис?

Художник кивнул и, прикрыв ладонью еще одну монету, придвинул к ней. Он вполне мог бы обойтись без подобной деликатности: Дейзи – Вики рассматривала это как законную дань, когда ей платили за ее общество. Ведь хозяин и другие официанты были не в восторге оттого, что она так долго сидит за одним столом.

– С Харри шутки плохи. Он стал настоящим головорезом. У него на штанах – скальпы! И не только черные…

Джо и Моррис переглянулись.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Дело было так. Трое из наших поссорились с ним. Обычное дело, такое часто бывает. «Краснокожая собака, грязная свинья» – или что они ему там сказали… Так вот все трое пропали. А у него на штанах – скальпы. И не только черные. Их пришивает ему эта немая образина, что живет в его вигваме. Эта девка-семинолка. Еще и радуется. Пусть меня называют Дейзи, если клок каштановых волос у него на штанах – не волосы моего Макки. Это он его убил. – Она судорожно глотнула, словно собираясь заплакать. – И теперь его все боятся. Его и его банду. А он делает что хочет. Начальника станции точно хватит удар, если так дальше пойдет…

– Какое дело начальнику до ваших личных ссор?

– Наивный ты парень! Старые добрые времена, когда здесь все только начиналось, давно прошли! Тэйлор Второй недавно сам назвал Харри лодырем и хитрой бестией, потому что тот никогда не слушает, что ему говорит начальство, а делает то, что ему самому заблагорассудится. Если, конечно, не вмешивается его отец. А это случается все реже. И вот теперь наш кудрявый Тэйлор боится, что и ему придется расстаться со своим скальпом…

Лица Джо и Морриса стали очень серьезными.

– А они сейчас в лагере, Топ и Харри?

– Откуда я знаю? Они везде – и нигде.

Народ за соседними столами зашумел, требуя официантов. К тому же Дейзи уже поняла, что больше чаевых ей пока не светит, и ушла.

Джо сделал глоток бренди.

– Значит, Харри нашел другой способ заставить себя уважать… – произнес он.

Художник посмотрел на дощатую стену, словно там висела картина, видимая лишь ему.

– Я знал его еще ребенком… В стойбище его племени. Его тогда звали Харка. Это был необыкновенный ребенок – отважный и умный, умеющий думать.

– Вы, похоже, вообще составили себе хорошее впечатление о Сыновьях Большой Медведицы?

– Самое лучшее.

Разговор оборвался, потому что грянула музыка, и первые пары пустились в пляс.

– Если я не ошибаюсь, это… Черт возьми, да это и в самом деле Кровавый Билл! – воскликнул Джо, глядя на танцующих. – А его Лилли стала еще более тощей и разбитной. Генри, ты видишь вон ту бабенку?

– Да она просто находка для карикатуриста! – захохотал тот. – А ты посмотри на Билла! Глухарь на току! Правда, глухарь подстреленный!

– Эй ты, красавчик! Заткнись! Закрой свою пасть! – угрожающе крикнул ему с соседнего стола какой-то парень, уже основательно промочивший глотку. – Билл – мой друг!

– Хорошо, хорошо, – примирительно произнес Генри.

Но парень не унимался. Он поднялся и подошел к их столу:

– Билл – мой друг! Понятно?

– Понятно, понятно. Твой друг. Садись и успокойся.

– Нет, ты понял? Мой друг! Кровавый Билл!

Он поднес к носу Генри кулак.

Джо уже держал руку на револьвере. Моррис хотел расплатиться и встать, но ни хозяин, ни официанты не показывались. Музыкант исступленно терзал струны своей многострадальной скрипки. Кровавый Билл лихо отплясывал со своей Длинной Лилли.

– И он хорошо танцует! Понял?

– Я прекрасно тебя понял, дружище. Зачем так орать? Я не глухой.

– Что ты сказал? Я ору?.. Может, я еще и гавкаю?.. Значит, я, по-твоему, собака?

– Ну что ты! Ты не собака.

– Я не собака! Запомни это! А не то…

Он замахнулся. Джо выхватил револьвер, но, прежде чем он успел выстрелить, подскочил