Милость Монтуна (СИ) - Немченко

бабочки всего несколько сантиметров, после чего принялась превращаться в золото. Остальные семь игл так же оказались запущены точно, но не смогли достичь цели, как и первая они замерли в воздухе. Надежда на то, что у магического существа возникнут проблемы с тем, чтобы остановить множество мелких объектов разом, исчезла.

Кенрон принялся отползать в сторону, ожидая, что иглы полетят обратно в него, но произошло нечто иное. Все иглы, обратились в золото, изогнулись и посыпались на землю, сама бабочка полетела к Кенрону, то поднимаясь, то опускаясь в воздухе, двигаясь непредсказуемо, как и полагалось таким созданиям.

Не зная, что еще предпринять, Кенрон вжался в землю и задержал дыхание, он решил, что расплющит существо в ладонях, если то посмеет его коснуться. И это будет последним, что он сделает перед тем, как смерть в мучительной агонии настигнет его.

Опускаясь и поднимаясь, двигаясь влево и вправо, бабочка подлетела к ногам Кенрона, одной сломанной, державшей форму только из-за примотанных к ней деревяшек, и к одной здоровой. Она не обратила на эти ноги никакого внимания и подлетела к груди. В этот момент Кенрон хотел было размазать существо в ладонях или хотя бы попытаться, но все же, решил этого не делать, а вместо этого выждать и посмотреть, что будет дальше. Бабочка ненадолго зависла над его головой, словно так же раздумывая, что ей стоит делать, затем полетела дальше в сторону лагеря, вскоре она скрылась из виду.

Кенрон осторожно перевернулся на живот, чтобы проследить за движением существа. Он пытался понять, почему бабочка не воспользовалась этим прекрасным шансом и не поразила своей магией того, кто пленил защитника Монтуна Азара. Пытаясь найти причину такого поведения, Кенрон поднялся на колени и принялся искать палку-костыль. Боль в сломанной ноге и плече все еще донимала его, но на беспокойство об этих ранах у него не оставалось времени. Он заметил шаги позади себя. Именно заметил, потому, что слышал их уже давно, но не обращал на них внимания, не позволял себе отвлекаться на что-то столь незначительное.

К нему подошла Фэй и протянула палку-костыль, Кенрон взял ее, и поднялся на ноги.

— Прости, я все испортила.

— Ты сделала, что хотела, можешь не извиняться, — ответил он, восстанавливая дыхание. — Только помни, я тоже могу сделать то, что тебе не понравится и просить прощения не буду.

— У тебя не вышло убить это существо, что будем делать, когда оно вернется за нами?

— У меня была одна идея и она не сработала, — сказал Кенрон. — Еще есть время подумать. Похоже, сперва это создание хочет убить не нас.

Фэй взглянула на него с удивлением.

— И кого же оно собралось по-твоему убивать?

Кенрон указал в направлении лагеря.

— Его.

Глава 40

Опустив голову, Кенрон, как мог быстро, шагал к лагерю. Повсюду из земли торчали корни, их постоянно задевала то палка-костыль, то левая нога, на которую он еще мог опираться. Запинаясь, Кенрон терял равновесие и после недавнего поражения это раздражало его еще больше. Он злился на Фэй, которая выпустила на свободу опаснейшее существо и тем самым создала им проблемы на пустом месте.

Он понимал, что злиться стоило исключительно на себя за то, что решил, будто его нынешним союзникам можно доверять. Нет, они оказались совершенно ненадёжными и чем быстрее он от них отделается, тем лучше. Хотя, кто теперь надежный союзник, размышлял Кенрон, уж точно не его отец, который уже немало подпортил эту охоту, отсоединив на пару с Венни кузов от грузовоза.

— И что мне по-твоему стоило сделать, — спросила Фэй откуда-то сзади, — отдать им нашу добычу?

Отвечать Кенрону совершенно не хотелось.

— Нам она куда нужнее, чем им, — продолжила Фэй, — они давно привыкли к своей жизни, зачем им предметы из золота?

Кенрон предпочел сделать вид, что в этой части леса он совершенно один.

— Я не хотела, чтобы кто-то из них пострадал. Они напали на меня, я защищалась. Зря они не дали мне уйти. Им могло повести в другой раз.

Что толку говорить с ней, размышлял Кенрон, если она все равно сделает все по-своему.

— К твоему сведению, я знаю, как поймать ее снова, — заверила Фэй. — Найдем крупное животное, например, медведя, обездвижим его и поместим бабочку ему в рот. Она превратит его в золото, а сбежать не сможет. Голову можно и отрубить. Нам денег на всю жизнь хватит.

Кенрон остановился и взглянул на Фэй.

— Иди в лагерь, — сказал он. — Это простое указание, даже ты с ним справишься.

— Ты не злишься? — спросила она.

— Сделай, как я говорю. Иди в лагерь и освободи Азара. У тебя есть нож? Если нет, я дам свой.

Фэй взглянула на него с полным непониманием.

— Зачем нам его освобождать? — спросила она. — Лучше поищем следы крупного животного. Нам любое подойдет, пусть даже и не магическое.

— Нет тут никаких следов, — оборвал ее Кенрон. — Это место отгорожено болотами, на которые крупные звери не суются. Потому тут полно кроликов и болшепов. Теперь двигай в лагерь и побыстрее.

— Если я его освобожу, он снова на нас нападет, какой в этом смысл?

— Может и нападет, — сказал Кенрон. — А может и нет. Бабочка, которую ты так великодушно освободила, теперь направляется к нему, чтобы его убить.

Фэй склонила голову на бок.

— Как же ты понял, чего хочет это насекомое?

— Ты можешь хоть раз сделать, что я говорю?

— Я хочу знать, какая нам будет от этого выгода, — сказала Фэй. — Если Азар помешает нам поймать бабочку, пусть лучше останется связанным.

— Никто не будет ловить этого мелкого вредителя, — бросил Кенрон. — Азар может встать на нашу сторону, если мы ему поможем. У него попросту не будет выбора.

— Мне кажется, ты крупно ошибаешься, — сказала Фэй. — Он нападет на нас, как только освободится от веревок.

— Если бабочка тут для того, чтобы освободить его, — сказал Кенрон, — она сделает это, и мы никак ей не помешаем. Через десять минут он будет свободен в любом случае. Но, если бабочка тут, чтобы убить его, мы освободим его, и он будет нам должен.

— Пожалуй, — задумчиво проговорила Фэй, — такой должник нам не помешает.

Она сверилась с компасом и легкой трусцой побежала в сторону лагеря, вскоре ее хвост скрылся за деревьями. Кенрон заковылял в ту же сторону, наслаждаясь тишиной и спокойствием, он понимал, что это умиротворение продлится недолго.

Ему удалось добраться до лагеря без проблем. По его расчётам, он обогнал бабочку, которая летела тем же курсом, минут