Фантастика 2025-138 - Владимир Владимиров

class="p1">Димостэнис швырнул пылающий шар в темный проем окна и накрыл его энергетической сетью, защищая от любого метательного оружия.

— Ты как? — быстро бросил помощнику.

Утвердительное мычание было ему ответом.

Дверь распахнулась, и в комнату ворвались двое, держа наизготовку боевые рапиры. Один из них, здоровенный детина, кроме рапиры был вооружен еще чем-то вроде тяжелого тесака, который он уверено держал в левой руке.

Димостэнис отскочил назад, вглубь комнаты. Выставил защитное поле, понимая, что в ближнем бою, да еще таким оружием оно вряд ли будет особой подмогой. Зато сможет прикрыть в случае энергетических атак. Здоровяк, не смотря на свою комплекцию, резво подпрыгнул и рубанул тесаком, целя Диму прямо в голову. Иланди швырнул готовым плетением. В энергетическом поле противника образовалась прореха. Дим ударил снова. На этот раз здоровяк ловко увернулся и снова сделал выпад, уже рапирой. У Димостэниса на пальцах переливаясь серебром, сверкала новая формула. Сделав обманное движение, он швырнул его противнику в ноги. Детина рухнул на колени, выронив оружие из правой руки. Перекатился через голову, подбирая, вновь вскакивая на ноги.

Диму некогда было любоваться мастерством нападавшего. Длинным прыжком ушел от возможного удара в спину. Очутился в противоположном углу комнаты. Рывком вытащил ящик одного из стеллажей, руша плотно установленные ряды полок.

Бумаги посыпались на него. Он щелчком пальцев швырнул в них силовой импульс и они, закружившись в бешеном вихре, окутали противника, подарив несколько свободных мгновений.

Димостэнис схватил, спрятанный в ящике удлиненный кинжал. Вообще он был на «ты» слюбым холодным оружием начиная от моргена, заканчивая обычной дагой, которую он держал в руке. Правда, сейчас он не отказался бы от батарды во вторую.

Здоровяк, с рычанием раскидав в разные стороны бумаги, пошел в атаку. К неприятному удивлению Димостэниса аура противника, полностью восстановившись от прорех, вновь переливалась ровным бледно-голубым свечением. Подпитываясь энергией извне.

Его энергией!

Неприятное открытие. Не думая уже о том, как такое вообще было возможно.

Держа рапиру перед собой, противник уверенно пошел на Дима, собираясь, словно муху пришпилить его к стене. Расчетливо выждав, пока кончик лезвия окажется на одном уровне с его глазом, Димостэнис нырнул под руку неприятеля и бросился на землю, уходя от смертельного удара. Сильный пинок в бок помешал траектории его прыжка и он, потеряв ориентацию, прокатился по полу, ударившись головой об ножку массивного стола.

Детина уже навис сверху, замахнувшись тесаком. Дим выставил вперед руку, переведя весь свой энергетический щит, на эту часть тела. Лезвие клинка отскочило от кисти, заискрив серебром. Со всего маха пнув противника по коленной чашечке, Димостэнис извернувшись от ответного удара, вскочил на ноги.

Сзади приглушенно вскрикнули. Противник отвлекся от боя, бросил быстрый взгляд через плечо. Дим не упустил такого шанса. Метнул кинжал, целясь в шею. В последний момент здоровяк успел отшатнуться. Клинок вошел в плечо.

Звякнула рапира, ударившись об пол. Димостэнис кинулся к оружию, успев опередить своего врага. Слегка сжал пальцы, приспосабливаясь к новому клинку. Ударил. Здоровяк встретил рапиру кинжалом, который он уже сжимал во второй руке. А в раненой он по-прежнему уверенно держал свой жуткий тесак, как будто только что не вытащил из себя хорошо отточенную сталь.

Дим больше не стал ждать, напал первым.

Удар, попытка дотянуться до противника, уклон, прыжок, снова удар, уход с линии атаки, снова прыжок, снова удар, поворот на месте, снова удар, снова… Не дать врагу сделать ни одного по-настоящему сильного выпада. Практически лишенный энергетических сил и вооруженный лишь одним клинком, Димостэнису ничего не оставалось, как взять врага на измор, истощить силы, заставить открыться. Вынудить сделать всего лишь одну единственную ошибку.

Дим видел, что противник уже едва успевал уходить от его стремительных атак и быстрых перемещений. Однако он был неприятно поражен, как тот искусно держал удары. Это в каких же неизвестных ему школах обучают мастерству боя Великих Домов?

Он поклялся самому себе, что не убьет мерзавца. Ему есть, о чем с ним поболтать по душам.

И снова — укол рапиры, успеть отвернуться от кинжала, направленного в лицо, уйти за линию атаки, взвиться в воздух, оказавшись в ере от противника, сделать последний шаг, встать вплотную, швырнуть на пол рапиру и схватить освободившейся рукой руку растерявшегося противника, зажимающую тяжелый клинок.

Рискнул, развязал плетение, прикрывающее окно и вобрал в себя освободившиеся энергетические потоки. Пальцы второй руки положил на шею противника и провел, оставляя своим прикосновением яркий серебряный след. С силой ударил по лицу, врезая кулак в незащищенную скулу.

Здоровяк расширил глаза и схватился за горло, падая на пол. Дотягиваясь до остатков своих сил, Дим вновь положил руку на уже сформированное плетение, увеличивая его на ширину почти в половину ладони. Запечатал, своими действиями причиняя врагу немалую боль.

Сзади с досадным стоном сквозь сжатые зубы выругался Ориф.

У его ног на полу в предсмертной агонии корчился один из нападающих, зажимая руками развороченный живот. У самого Орифа в боку между ребер торчала дага, и он из последних сил отражал опасные удары второго.

Дим метнул нож, вонзившийся в шею врага. Тот поднял было руку, но сил не хватило, и он кулем упал на пол. Ориф сполз по стенке, держа окровавленные пальцы чуть ниже клинка.

Димостэнис в два прыжка оказался рядом. Рванул уцелевший рукав бывшей еще недавно белоснежной рубахи, порвал на полосы.

— Готов? — тихо спросил у помощника.

Тот стиснул зубы и слегка прикрыл глаза. Дим резко выдернул нож и приложил к ране, приготовленные тряпки.

Дверь распахнулась, с грохотом врезавшись в стену. Димостэнис все еще державший кинжал, молниеносно вскочил на ноги со вскинутой для броска рукой.

— Вот это да! — Айбер обвел глазами разгромленное помещение. — Вы в порядке, сэй?

За его спиной стояли два законника.

— Да, — ответил Дим и бросил взгляд туда, где оставил единственного живого пленника.

Выругался. Опрометью кинулся к открытому окну и выпрыгнул в непроглядную ночь.

Было настолько темно, что все становилось неразличимым уже на расстоянии вытянутой руки. Дим опустился на корточки. На еще влажной, мягкой земле четко были видны отпечатки сапог. Он бежал по следу, не оставляя надежды догнать преступника. Отметины ног явно вели его к мосту, к реке, которая разделяла средний район города и нижний. Однако вскоре он уперся в наезженную тропу, на которой следы растворились в сотне других, оставленных здесь за день.

Дим стиснул зубы и вернулся на несколько шагов назад, вновь проследив, куда вела цепочка следов. Вновь вышел на тропу. Огляделся. С одной стороны лес, граница Эфранора и центральной