Уильям Тиндел. Слово, церковь и государство в раннем английском протестантизме - Татьяна Георгиевна Чугунова

Вначале следует понять, что все Послания, которые написали апостолы, — Евангелия Христа, хотя они (Евангелия) не являются посланиями. Евангелие называется так потому, что оно открывает радость проповедования Христа, а Послание приносит писаный закон тем, кто отсутствует.

Толкование V, VI, VII Глав Евангелия от Матфея

Пролог на толкование V, VI, VII Глав Евангелия от Матфея[1479]

В этих главах Христос, наш духовный Исаак, выступает против нечестия Авраама, что суть фарисеи и книжники, которые в то время наполнили землю своими ложными толкованиями. Ими они закрывали перед другими врата Царствия Небесного, в которое сами не хотели входить. Христос же разрушил власть их слов и вернул людям ключи от Царствия Небесного. Книжники и фарисеи завесили лик Господень пеленою, дабы люди через хитросплетения толкований на Тору не разглядели Слово Господне. Христос выпалывает волчцы и тернии толкований, и глосс, и очищает людям путь на небеса. До Христа был лишь закон, цель которого состояла в том, чтобы привести нас к вере и подготовить людей к восприятию Христа, а также указать им на то, что есть грех. Ведь грех, совершенный осознанно, тем более греховен. Недостаток закона в том, что он не понуждает людей любить самих себя, но лишь повиноваться. Я могу ненавидеть закон, не желая ему повиноваться, и за то закон меня осудит, ибо я не стану, ненавидя его, исполнять его.

Вдобавок к закону Моисееву Христос даровал благодать, благодаря чему мы можем научиться понимать закон. Он записал его благодатью Духа Святого в сердца людей. Закон суть те змеи, что жалили иудеев до смерти, Христос же есть тот медный змий (Числа, 21), ужал которого есть осознание собственной греховности. Этот ужал может быть болезненен, но он, как горькое лекарство, спасает душу от врат ада. Закон проклинает и осуждает на ад, где грешник будет иметь возможность насладиться вечными муками. Благодать прощает и отпускает грехи, лечит совесть и уверяет человека, что он избавлен от вечной погибели, что он сделался «сыном Божиим» и сыном вечной любви.

Враги извращают смысл слова «закон», говоря: закон есть вещь, которую человек волен делать по своей свободной воле, что делами закона ты можешь получить прощение своих прежних грехов. Если это так, то ты сделался своим собственным спасителем, а Христос умер впустую. Священники подставляют слово «Христос» вместо слова «христиане» и учат этому в своих глоссах, но это злое извращение смысла Писания (ибо обетования нам исполнились в Его крови). Если кто из христиан думает, что лично он избран Христом, а остальные обречены на проклятие, то так можно решить, что один святее другого.

Серые монахи и прочие ордена так и делают — толкаются локтями, уверяя, что им-то обеспечено наиболее теплое местечко на небесах, т. к. они происходят от стебля, посаженного самим св. Франциском[1480]. Подобная гордыня подготовила иудеев к непринятию Христа, когда он пришел. Те, кто отказываются принимать Христа ныне, снова теряют и распинают Его в Духе.

Лицемеры, будучи не в состоянии прозреть истинный смысл Писания, в силу своей испорченной природы, заволакивают его туманом своих глосс. На самом деле Христос пришел не отменить закон, но восстановить его, сделав закон не набором предписаний для связывания сознания, но лишь советчиком в делах духовных. Комментаторы смешали воедино светское и духовное правления так, что люди разучились отличать одно от другого. Это они сделали для того, чтобы насладиться тем и другим во имя Христово, который никогда не требовал себе светского правления.

Другое заключение таково: все добрые обетования, данные нам в Писании во имя Христа, во имя его страдания, принесены на основе завета между законом и Богом, дабы мы могли строить по нему наши жизни. Обетования эти, однако, даны только тем, которые обещают хранить закон. Враги придумали другие мудрости, что дела закона оправдывают нас. Те, кто слышат закон, еще не оправданы, оправданы лишь те, которые исполняют закон. Дела закона искупают грех. И еще: Христос в судный день с престола каждому воздаст по делам его. Однако король не щадит убийцу, ежели он пообещает в будущем соблюдать закон. Никто из нас не может стяжать благодать на условии, что он исполняет закон. Если мы нарушим закон, то нам предстоит снова упорная борьба с грехом, адом и отчаянием. По мере того, как возрастает твоя любовь к закону, так же возрастает и твоя вера во Христа, и с нею твоя надежда на жизнь будущего мира. Если твоя любовь холодна, то будет слаба и твоя вера. А где нет любви к закону, там не будет ни веры во Христа, ни его прощения грехов, ни устремления к будущей жизни. На место веры придет глупое воображение, что Бог столь неправеден, что его нельзя оскорбить грехом. А на место надежды на жизнь вечную придет рвение похоти. Всей этой публике Писание скрыто, и они его не поймут даже так, как они понимают аристотелевы «Этику» и натурфилософию[1481].

Они не могут ни пользоваться Писанием для улучшения своих жизней, ни удовольствовать Бога своими делами и любовью, ни любить закон и понимать его. Они вечно находятся во плоти, наподобие иудеев, фарисеев и книжников. Из тех же, кто верит во Христа ради отпущения своих грехов и любит закон, существует тысяча степеней, из которых одна слабее другой: самые слабые столь слабы, что не могут следовать путем своей веры, если им не помогут их сильнейшие собратья и не будут заботиться о них, как нежные родители. Потому Бог и распорядился, чтобы старшие заботились о младших. Сильнейшие должны учить и наставлять слабейших, а не грозить им кнутом, дыбою и костром, называя еретиками. Плохо, если вопреки словам Павла, старейшие и сильнейшие превращаются в хитрых лис, жестоких волков и рыкающих львов, а их начальники — в слуг Маммоны, что используют свое положение для личной наживы, но не для блага братии, потакая всем грехам, с которых они могут нажиться. Таких псов Бог вполне оправданно карает телесными немощами, бедностью, угнетением, несправедливостью и прочим, дабы они раскаялись, отложили свое нечестие и вернулись к благодати святого крещения в сердцах своих. Кто же любит Бога, тому Бог дает всё доброе, но испытывает плотскими похотями для его же спасения.

Одна проблема заключается в следующем: Бог равно дает благодать сильным и слабым в вере путем неизреченной благодати Христовой, как отец любит всех своих детей — больших и малых, и прощает им, если