Эхо вторжения - Пётр Моршанцев

Так что и здесь у них все должно было получиться. А, для того, чтобы процесс проистекал более или менее безболезненно, им и нужно помогать, по возможности устраняя препоны, вроде на первый взгляд и мелкие, но способные привести к крупным негативным последствиям. Такой препоною как раз и могло стать мелочное упрямство членов политбюро по афганскому вопросу.

И Букограй принял решение частично открыться перед генералом Игнатьевым, чтобы совместно решить возникающую проблему. Тем более что после памятного пикника Владимир со всей учтивостью, на которую только был способен, попросил у Букограя руки его дочери — Вероники, лицо которой при этом покрылось легким румянцем. Так что теперь Букограя с этой компанией связывали не только деловые, но родственные узы.

ЭПИЛОГО-ПРОЛОГ

1

Home is the, home from sea!

And the hunter from the hill.

Объединенный союзный флот сообщества Земных империй вынырнул из про-странственно-временного «кармана» где-то между орбитами Марса и Поясом асте-роидов, где в предыдущей реальности весь флот и базировался. Десятиминутная перекличка выявила, что ни один корабль не затерялся во временных и пространственных потоках.

Николая охватило необычное волнение. Он вернулся! Вернулся в свою реаль-ность! А в свою ли? Это еще предстояло проверить. Предстояло проверить также, какие изменения произошли здесь за те двадцать шесть лет, которые понадобились для того, чтобы найти сюда путь. Здесь ведь время тоже не стояло на месте, и неизвестно было, что за это время наворотили пришельцы? Возможно, и от человеческого рода на Земле ничего не осталось. «Тогда придется просто отомстить!» — Виновным себя в этом Николай не ощущал. Не сам же он в свое время «дезертировал» из этой реальности. Но и возвратился он теперь сюда не бестелесным духом, а во вполне материальном виде, и уже не один, а вооруженный мощным космическим флотом Земли-2, а может Земли-1, как на это еще посмотреть. Которая из планет ему самому теперь роднее? Вопрос из разряда философских. Львиную половину своей сознательной жизни он провел в той реальности, в которую поначалу попал непрошенным гостем, который на данный банкет не напрашивался, то есть вопреки своему желанию. Но эти прожитые годы сформировали его не только как личность, но и сделали теневым руководителем планеты, даже планетной системы, но это в той реальности, откуда они прибыли, а что их ожидает здесь?

В командной рубке флагмана линкоре «Ретвизан», Николай в обществе коман-дира линкора вице-адмирала Сергея Лунева и своего неизменного советника полного генерала жандармерии Владимира Фаунковского уточняли давно разработанный план этой грандиозной военно-космической экспедиции. Еще на Земле при разработке военной кампании с помощью старого верного НАВИГАТОРА и используя хранящуюся в его памяти логику «Диктатора», одна из почти полноценных копий которого, в живом виде сейчас командовала сфероидом, была учтена максимально-приближенная к оригиналу модель поведения предполагаемого противника. Исходя из разумной логики, следовало с первую очередь захватить сам «корабль-матку», и тогда с колониями, которые неизбежно должны были возникнуть на ближайших космических телах, справиться будет намного проще. Как бы ни была огромна мощь сфероида, как монитора по переустройству планет, но он, получивший в давних межзвездных битвах даже для него страшные повреждения, к данному моменту пока что восстановиться не мог по определению. Так что кардинальных изменений в Солнечной системе за это прошедшее время он осуществить возможности не имел. Оттого и можно было сделать вполне обоснованный вывод, что пришельцы, обладая сходным с землянами метаболизмом, для своих «временных колоний» могли выбрать планеты, лишь более-менее пригодные для жизни, хотя бы в самом минимальном объеме. И хотя в разведку с корабля-матки были направлены девять дисколетов, то по получению разведданных, для создания баз подходило совсем небольшое количество небесных тел. Нептун, Юпитер, Сатурн, Уран, Меркурий можно было исключить сразу. Для их терраформирования на данном этапе возможностей не существовало. Плутон также пока можно было оставить за скобками, если только там не устроили пограничный автономно функционирующий маяк. Пригодными оставались только Земля, Марс, в какой-то мере Венера, что маловероятно по тем же причинам, и еще некоторое количество лун самого Сатурна в непосредственной близости от базы на Тефии. Такие как, Телесто и Калипсо, но и те могли служить больше как охранными маяками самой Тефии. Самым ближайшим сырьевым придатком для сфероида могла служить четырнадцатая луна Сатурна — Титан, имеющая каменистое ядро и ледяную мантию, а также обладала мощной атмосферой, что делало ее наиболее пригодной для устройства на ней своеобразного ремонтного завода по изготовлению необ-ходимых запасных частей и модулей.

Земля в свое время «проглотила» разведывательный дисколет, связь с ним была потеряна, и его посчитали уничтоженным аборигенами. Будь сфероид в исправном состоянии, пришельцев это не остановило бы. Но…, для его восстановления пришлось затаиться. По этой причине Земля выпадала из списка пригодных на данный момент объектов высадки. Ближайшим к Земле оставался Марс. Он более всего подходил для постройки подземного промышленного комплекса. А доставка продукции до Тефии можно было вполне осуществлять с помощью установок нуль-транспортировки. Но и на промышленном комплексе кто-то должен был бы работать, так же, как и иметь на нем охрану.

Все эти предположения не могли быть бесспорными. Скорее всего, и на Марсе была только станция наблюдения за Землей. Так что промышленность удобнее всего было размещать в непосредственной близости от Тефии, то есть на том же Титане. Но учитывать все возможности было необходимо.

На Марсе каких-либо признаков разумной жизнедеятельности определить не удалось и флот медленно, в космических масштабах, в ноль целых, одна десятая скорости света продвигался в направлении Сатурна. Именно там должна была произойти «битва титанов». Впереди веером шли разведывательные скутеры — более чем в двадцать раз уменьшенные копии дисколета. Пилотировались они молодыми пилотами-гвардейцами из космического корпуса имени адмирала Колчака — русского полярного исследователя. Они обследовали простирающееся впереди пространство, сканируя его с целью поиска космических аппаратов и другой техники пришельцев, которые могли вполне находиться на пути следования земного флота. По скоростным качествам скутеры превосходили свой старший аналог где-то в два раза, были напичканы электроникой, системой жизнеобеспечения и с автоматическим эвакуатором в случае серьезных повреждений в ангары своего носителя — «авианосца» «Паллада». Вооружением скутеров были модифицированные импульсные электромагнитные метатели, усовершенствованный и усиленный вариант тех, что стояли на атмосферных «ястребах» в период первичного освоения новой техники, превосходя своих прародителей в несколько раз. По расчетным данным их групповая огневая мощь могла прорвать даже активную броню дисколета. Это оружие было своеобразным симбиозом энергетического и пулевого принципов действия — продуктом совме-стных технологий скорее уже земного типа, с малой долей почерпнутых у инопланетян знаний — изобретательность землян не имела границ. Ей был необходим лишь только определенный толчок, и тогда уж неуемная фантазия конструкторов рождала такие шедевры, до которых не могли додуматься не только поколения фантастов, но и сами инопланетяне.

Орудиями такого типа были вооружены все корабли флота. Но не только на такое оружие делали ставку конструкторы дредноутов. Имели место и ракеты различных типов с системой самонаведения. Были даже усовершенствованные аналоги обычных морских орудий прошлых веков, способных посылать снаряды со смертоносной различного содержания начинкой при скорости близкой к третьей космической. Опытов не проводилось, но по расчетам их создателей, такой снаряд, особенно кумулятивного действия, несмотря на активную броню дисколета, мог прошить его насквозь, а если и не выходил с обратной стороны, то, взрываясь в его недрах, превращал бы его корпус в мелкие фрагменты, пригодные, лишь на переработку в плавильных печах. Такая эффективность подтверждала старинную пословицу, что «новое — это хорошо забытое старое».

И все же основная ставка делалась не на артиллерию, в эффективности которой никто из участников экспедиции не сомневался. Считая, что не всегда битву выигрывает огневая мощь, как всегда ведущая роль отводилась «матушке пехоте». «Корабль-матку» пришельцев и другие космические летательные аппараты хотелось и планировалось захватить невредимыми, и уже только при полной невозможности такого исхода, уничтожить всеми имеющимися у флота средствами. Корабли были также снабжены и своеобразным кодом «свой-чужой», также выуженным НАВИГАТОРОМ из недр своей памяти. Эта уловка должна была позволить на первых порах встречи-боя ввести противника в заблуждение, уверив его, что в систему вошла дружественная, потерянная когда-то в глубинах космоса, эскадра, о прибытии которой пришельцы мечтали уже давно.