Лаура - королева призраков - Window Dark

Ноги отыскивали ступеньки, ведущие вверх.

Напряжение во мне росло. Туловище просто тряслось от его могущества. Нервы звенели, как натянутые струны. Подобно амперметру, я чувствовал невидимые токи, и сила их увеличивалась с каждой секундой. Руки касались холодного камня стен, прохладных дверей, ребристых досок объявлений с металлическми вкраплениями кнопок, деревянных, пластмассовых, стальных поручней перил. Я не осмеливался широко открыть глаза и шагал как в тумане. Однако, я прекрасно сохранял ориентацию, ни разу не упал и даже не споткнулся. Наконец, когда напряжение достигло наивысшей точки, под пальцами неожиданно оказалось стекло.

Словно ожегшись, я отдернул руку и инстинктивно раскрыл глаза. В полном одиночестве я стоял в сумерках перехода между корпусом «А» и главным зданием.

Ничего сверхъестественного не происходило. Не происходило вообще ничего. В отчаянии я подумал, что все происшедшее ранее оказалось лишь фантастическим бредом свихнувшегося сознания. И вот теперь достойный представитель рода человеческого стоит, как дурак, напялив идиотскую маску, дожидаясь утра, когда добрые дяди заедут за ним на бело-красненькой машинке и заберут его с собой.

С трудом оторвав ноги от земли, я спрыгнул со ступенек и приземлился на деревянные кусочки паркета. Летал? Я летал? Да не смеши людей! Ты же прекрасно знаешь, что нам летать не положено. Хочешь провести эксперимент? Пожалуйста!

Совсем недалеко имеется чудесное раскрытое окошко четвертого этажа, выходящее на главную площадь города. И добренькие дяди отскребут лишь бесформенную лепешку.

Сделав очередной шаг, я обнаружил, что чувства колыхнулись и стали угасать, напрочь отметая предыдущие желания. Странный звон затих. И тут на смену ушедшему напряжению проснулось сопротивление, которое плавно развернуло меня и толкнуло обратно. С совершенно пустой головой и легким сердцем я уже в третий раз отсчитал ступеньки и остановился вблизи середины перехода. Сопротивление испарилось, уступив самовольно захваченное место тому странному чувству, которое я называл напряжением. Вернувшись на оставленные позиции, оно вновь пробудило к жизни неведомый звон. Он был то совершенно неразличим, как паутинка на ветру, то гудел, подобно урагану, играющему на гитаре, струнами которой являлись провода высоковольтной линии. Впрочем, что я знал о высоковольтных линиях? Что я вообще знал сейчас?

Зубы мелко стучали, подчиняясь вибрации тела. Я чувствовал под собой не твердый пол, а некую абстрактную точку, куда втекало бесконечное множество токов. Следовательно, потусторонний центр существовал и находился именно здесь. Оставалось только найти направление единственного вытекающего тока и шагнуть туда. А ведь прямо подо мной находилось библиотечное хранилище. Может быть в узких тесных проходах между заполненными до предела стеллажами… Может там и находится самый центр зла… Может надо бежать и взламывать дверь читального зала?.. Но этого сделать я как раз не успел.

С обеих сторон из неприметных углов выползли два огромных темных облака. На каждом из них злобным оранжевым светом искрились четыре огонька-глаза.

Заклубились щупальца-руки, заслоняя и без того слабый свет уличных фонарей. А передо мной из ничего возникла мрачная грозовая туча с неприятно-рваным разинутым ртом. В темной глубине коридора появился белый силуэт королевы. Ее окружал угольно-черный караул. Имевший облик грозовой тучи чуть сдвинулся налево, давая рассмотреть королеву, и издал протяжно-воющий звук, переходящий в писк. Происходящее не было сном. Это уж точно!

«Забери меня отсюда», — пронеслось в голове, и я сообразил, что это не моя мысль. Лицо Лауры отсюда не разглядеть, но кто еще мог обратиться ко мне с такой просьбой. Ну и что дальше? Наплевать на присутствие черных призраков, подхватить королеву под локоть и с достоинством удалиться? Как бы не так! А как?

Напряжение с сопротивлением ушли спать. Все до единого токи, начитавшись лозунгов, убежали верным курсом. А в моей голове образовалась удивительная пустота, как после успешно сданного экзамена, когда не можешь ответить на самый простейший вопрос. Содержимое ячеек памяти моего мозга обнулялось с неудержимой скоростью. Какая там политэкономия или системный анализ! В данный момент я не сумел бы состряпать даже простейшую процедурку на Паскале. Да что Паскаль?! Вот он я, стою перед черным призраком и не могу даже представить, какой же от меня требуется подвиг. Ну, давай, действуй. Come on, boy.

Кинуться к Лауре? Нет! Из крошечных кубиков кто-то в моей голове стал строить порядок действий. Я уже понял, что не надо кричать, дергаться, размахивать мечом и кулаками. Но поединок неизбежен. Невесомые черные щупальца мягко обхватили меня и придвинули к себе, заставив взглянуть в глаза. За холодным огнем скрывалась пустота. Зияющая дыра, воронка, уводящая в бесконечность. И уже не существовало ни коридора, ни черных призраков, ни королевы. Во всем мире осталась только пещера, пропасть тьмы, в которой я, как слепой котенок, беспомощно тыкался во все стороны. В бессилии мне удалось еще сообразить, что на этот раз даже Лаура не сумеет выручить меня отсюда.

Тогда я резко тормознул (в смысле — прекратил дергаться) и заставил черные своды пещеры остановиться. А почему это мне досталась роль котенка? Я тут же представил себя космонавтом в невесомости. Перед глазами проплыли с детства знакомые лица Гагарина, Леонова, Терешковой, стыковка «Союза» и «Апполона», Луноход, другие реальные образы, подтверждающие законы математики и физики и не допускающие никаких сверхъестественных явлений (в частности, черных призраков). Мне вспомнился мультфильм, где герой вырвался из под власти колдуна, твердя ему в лицо аксиомы и теоремы. Если бы я еще помнил эти теоремы…

Но и космонавты помогли мне почувствовать себя в своей тарелке. Сквозь мрачные гроты проступили почти что родные стены корпуса «А» и двери триста первой аудитории, в которой нам преподавали не что-нибудь, а историю КПСС и философию с ее империализмом и эмпириокритицизмом. Я твердо стоял на ногах и видел ее, свою королеву. Теперь можно было держаться до самого конца или победы.

Холодная волна пронзила меня насквозь. Это даже был не холод, а что-то необъяснимое и ужасное. Секунду спустя оно выскочило обратно, зацепив внутри меня невидимую ниточку, и теперь пыталось вытянуть ее. И тянуло, тянуло, тянуло…

Если бы я твердо был уверен в существовании души, то сказал бы, что душа покидала мое тело. Внутри меня надрывно звенели, лопаясь, струны. А ниточка скользила и ускользала, и я уже ничем не мог удержать ее. Что-то важное уходило из меня, оставляя взамен грусть и пустоту.