Красный Принц - Смит Э. Дж.

Гвен улыбнулась. У Псов в Коззе не было никакой дисциплины. Катапульты стояли незаряженными и без обслуживающих солдат, ворота не охранялись, а на частоколе почти не наблюдалось дозорных. В городе находилось две тысячи Псов, но Гвен сомневалась, что их можно считать настоящими воинами.

– Братья! – крикнул Ксандер, голос его разносился далеко по равнине. – Их гораздо больше! Должны ли мы сдаться?

По рядам Ястребов прокатился смех.

– Мы в Тор Фунвейре, перед нами Козз. Не Кессия, не Тракка или любой другой каресианский город. Козз принадлежит нам, и мы вернем его народу ро. – Ксандер вытащил Миротворец. – Кто помнит моего бывшего оруженосца, Вессона?

Многие из его людей кивнули. Гвен тоже помнила вспыльчивого мужчину из Хейрана. Он был хорошим оруженосцем – и хорошим человеком.

– Псы, захватившие Козз, оставили его истекать кровью на Большой Королевской дороге! – крикнул Ксандер, переполненный волнением, его глаза покраснели от напряжения. – Тот, кто это сделал, не получит возможности сдаться, но другим воинам можно ее предоставить. – Он снова повернулся к анклаву.

Он кивнул Брому, который приказал Сигурду и остальным доккальфарам спешиться. Восставшие из мертвых побежали на восток, растворившись в вечерних сумерках. Их лорд остался рядом с генералом.

– За мной! – скомандовал Ксандер, посылая коня в галоп.

Колонной по три всадника они поскакали к городу. Воины неторопливо растянулись по дороге, давая возможность Псам впечатлиться их численностью.

Гвен по достоинству оценила возможность заявить о себе именно таким образом, но в то же самое время ей хотелось проскользнуть в анклав незаметно. К счастью, каресианцы оказались не настолько хорошо организованны, чтобы привести в порядок оборонительные сооружения за то время, пока отряд приближался к городу. Они не помчались на катапульты, не выстроили людей на северной крепостной стене. А все-таки появившиеся там Псы тыкали в приближавшихся солдат пальцами и изумленно кричали, будто обычные крестьяне. Один или два командира пробежали по стенам, пытаясь собрать команду людей на катапульты, но те, кто принялся их заряжать, работали вяло, не знали, как обращаться с камнями для метания и наводить катапульты на цель. Смотреть на их возню было почти забавно.

– Это какая-то банда, а не армия, – прошептала Гвен, со злым прищуром рассматривая Псов.

Отряд остановился в ста шагах от частокола. Бром и Ксандер выехали вперед.

– Есть ли здесь человек, способный говорить со мной? – проревел генерал, положив на плечи массивный меч. – Я выступаю от имени Тор Фунвейра!

Неотличимые друг от друга Псы хлынули на крепостную стену, сформировав подобие строя. Из его центра над воротами вышли трое Псов без шлемов. Непривычно было видеть человеческие лица вместо безликой черной массы.

Двое мужчин и женщина, каресианцы. У одного из мужчин через все лицо тянулся шрам, а у женщины в центре была искалечена челюсть, из-за чего зубы обнажались в неприятном оскале. Слюна капала у нее изо рта, из-за чего женщина казалась безумной. За спиной у нее висел двуручный ятаган.

– Ты кто вообще такой?! – спросила женщина на ломаном наречии ро.

– Сидящие в крепости отвечают первыми, – ответил Ксандер. – Назови свое имя, воительница из Псов.

Она зарычала, оскалившись.

– Я Изра Сабаль, погонщица Псов Каресии. Я здесь главная.

– Рад встрече, Изра Сабаль, – ответил генерал. – Я Александр Тирис, Красный Принц Хейрана. Я заявляю права на эту землю. Вы можете покинуть ее.

Он, не мигая, продолжал смотреть Изре прямо в глаза, не выказывая страха, и женщина постепенно зверела от ярости.

На востоке Гвен заметила какую-то возню – в тенях между домами сновали люди в черных доспехах. Доккальфары уже заняли свои позиции, окружив анклав с флангов. Они двигались с нечеловеческой скоростью, словно тени. Наступали сумерки, серые и мерцающие, и обитателям леса стало еще легче укрываться от посторонних глаз.

Гвен подъехала ближе.

– Сигурд ожидает в засаде, генерал, – шепнула она Ксандеру.

Он кивнул, но не отвел взгляда от Изры.

– Я повторяю, вы можете уйти! – крикнул Ксандер Изре. – Мы готовы к тому, чтобы убить вас, – но предпочли бы обойтись без лишней крови.

– Готовы нас убить?! – воскликнула женщина. – Да я сожру твое сердце, а потом изнасилую труп!

Ксандер нехорошо улыбнулся.

– Так значит, это ты? – спросил он. – Ты убила маршала Вессона?

Лицо ее нахмурилось, кожа натянулась на скулах, и ее челюсть искривилась еще сильнее.

– Возможно, – ответила она.

Он кивнул.

– Тогда ты останешься. А твои люди могут валить на свой юг.

Она зарычала, брызгая слюной, и достала из перевязи ятаган – грубое рубящее оружие. Она ударила им по деревянной стене и яростно заревела.

– Я сказал, – крикнул Ксандер, – ты останешься! А твои люди могут убираться на юг!

– Зарядить катапульты! – завопила она, и Псы побежали по крепостной стене.

– Большая ошибка, – заметил генерал.

Будто из ниоткуда, из темноты вылетели листообразные клинки, попадая во всех, кто осмелился приблизиться к катапультам. На востоке появились Сигурд и его доккальфары, они скакали по крышам деревянных зданий, вызывая панику в рядах ближайших Псов. Доккальфары, похоже, нашли свой способ пробраться в анклав и теперь зачищали вход от Псов.

– Сигурд, на ворота! – крикнул Бром, обнажая меч.

Деревянная рама ворот треснула, пропуская отблеск света, и в щели показались серые окровавленные руки. Два доккальфара толкнули створки ворот, открывая отряду проход в Козз.

– Вперед! – скомандовал Ксандер, устремляясь первым.

Они ехали медленно, единой колонной просачивались через ворота и держали строй. Гвен находилась в передней части колонны и видела, как с частокола падают убитые Псы. Сигурд и его доккальфары удерживали ворота, полукругом рассыпавшись вокруг них, и не давали Псам подобраться к артиллерии.

Первый десяток Ястребов въехал в анклав, не встретив никакого сопротивления. Внутри оказался деревянный городок, превращенный в военный лагерь. Между зданиями ютились небольшие черные палатки, а вокруг тлеющих костров лежали походные скатки. Большинство зданий остались невредимыми, и в них ночевали Псы. Ни одного человека из народа ро поблизости видно не было. Возможно, их всех убили или согнали вместе на другую сторону анклава.

Псы отступали от ворот, и их командиры приказывали построиться на городской площади. Бросить крепостную стену с их стороны было большой глупостью. Они безо всякого сопротивления пустили Ястребов в город, даже не пытаясь забаррикадировать ворота или разбить строй всадников. Эти идиоты не достойны занимать город народа ро.

– Полегче, парни! – прикрикнул Ксандер. – Держите строй.

Они рассыпались по анклаву, пока доккальфары освобождали крепостную стену от ее защитников. Пока все шло как по маслу. Но у Гвен не хватало оптимизма решить, что так будет продолжаться вечно.

На городской площади их встретил строй Псов. Они держали в руках черные стальные щиты, но не приняли оборонительную позицию. Просто стояли одной кучей с мечами и щитами в руках. А Изра и другие капитаны даже не надели шлемы. Они прятались за основной массой Псов, жестами и криками направляя солдат.

Ксандер и Бром построили пять сотен Ястребов в колонну и остановились. Им пока не бросили вызов, и они собирались с силами, разглядывая противника.

– Обычно все гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд, – прошептала Гвен мужу.

– Благодаря своей простоте я все еще жив, – ответил он, погладив ее ладонь.

– Когда будете готовы – сообщите, – произнес Бром, наставив острие меча на толпу Псов. – Я могу попросить их подождать, пока вы потрахаетесь.

Гвен улыбнулась.

– Мы занимаемся этим после битвы, а не до нее.

Они рассмеялись, и смех, похоже, напугал Псов сильнее, чем угрозы и обещания расправы. До сих пор они вели себя как им вздумается, пока вдруг небольшой отряд Ястребов, вооруженный мечами, смехом и уверенностью в своих силах, не ворвался в их маленький мир.