Черные руки - Стас Бородин

Мастер Эйрант помахал нам рукой на прощанье с бака головного судна. Корабли развернулись и потянулись цепочкой к горизонту, за которым начинались земли алимов, и откуда было уже рукой подать до моего родного Лие.

Глава 10

Ночевали мы с Хрианон в лагере корнвахов. Торговцы из Истры приглашали нас на пир, но мы отказались, сославшись на неотложные дела. Не стоило искушать судьбу лишний раз!

Корнвахи поставили свои палатки ровными рядами, подражая наемникам. Они вообще очень быстро перенимали все новое и практичное с их точки зрения.

Шатры вождей теперь стояли в центре лагеря, к ним вели удобные ровные проходы. Рядами расположились коновязи, с корытами наполненными овсом и водой. Аккуратными пирамидками стояли копья и щиты.

Оквахо с довольной улыбкой прохаживался между кострами, проверяя, все ли сделано так как надо.

— Они быстро учатся, — заметила Хрианон. — Хорошо, что они наши союзники, а не враги!

— Надеюсь, что с такими соседями в наших землях наконец-то наступит мир, — вздохнул я. — И нам больше не придется постоянно опасаться набегов из степей!

Мы присели у костра возле шатра вождя. Братья Оквахо встретили нас приветственными жестами. Гигагей Ваха, Гихли и Йонв, все еще носили повязки на оскальпированных головах. Их меховые куртки были украшены разноцветными перьями и лисьими хвостами. Скальпы, снятые с инсубров они носили привязанными к сапогам, чтобы постоянно наступать на них ногами.

Заметив мой взгляд, Гихли засмеялся. Он наклонился, подобрал с земли косичку инсубра и небрежно протер ей свой сапог.

— Вот какого уважения заслуживают враги, убивающие женщин и детей! — сказал он.

Его примеру последовали и остальные братья. Йонв оторвал один особенно грязный и истрепавшийся скальп и бросил его в огонь. Волосы затрещали, запахло паленым. Воины засмеялись.

— Пусть он почувствует пламя у себя на голове, в загробном мире!

Я нахмурился, еще совсем недавно корнвахи сами убивали женщин и детей. Нужно было об этом не забывать!

Оквахо закончил обход и опустился рядом с нами. Выглядел молодой вождь торжественно. На нем была куртка из шкуры белого волка, с капюшоном из волчьей головы, а на бедре висел длинный инсубрский меч, из полированной до зеркального блеска стали.

— Мои люди с ужасом ожидают возвращения кораблей, — сказал Оквахо. — Корнвахи еще никогда не плавали по воде!

— Река Тарук всегда была границей наших земель, — подтвердил Гигагей Ваха. — Ее истоки у самого края мира!

— У мира нет края, — возразил я. — Мои товарищи несколько месяцев шли на север, но так не достигли его. За горизонтом всегда оказывался новый горизонт, а за горами новые горы. Я слышал, что река Тарук берет свое начало из ключей, под горным массивом Нефул, а истоки ее у гор Тангерн.

Кочевники притихли, прислушиваясь к моим словам.

— Темные земли огромны, но и это еще не край мира, — продолжал я. — За рекой Тарук степи уходят в бесконечность. Откуда-то оттуда, пришли чародеи, чтобы предупредить нас о вторжении. Проклятый маг Грениркаст со своими учениками явился из-за гор Нефул, перебравшись через них потаенными тропами! Мир, расстилающийся к северу от Темных земель, бесконечен, а за пределами внутреннего моря простираются океаны, которые еще никому не удавалось пересечь!

Молодой Гихли даже открыл рот от восхищения.

— Значит, мы можем всю жизнь путешествовать, открывая все новые и новые земли! — воскликнул он. — Это же здорово!

— Только все новые земли уже давно заняты, — усмехнулся Оквахо. — Нас там не ждут, дорогой брат. Чтобы путешествовать, в надежде добраться до края мира, нужна огромная армия!

— Или армия чародеев, — подтвердил я. — Иначе далеко не уйдешь!

— А мы и не собираемся уходить далеко! — воскликнул Гигагей Ваха. — Мы отвоюем себе новые земли и будем разводить на ней скот, растить детей, да любить женщин! Все что нам нужно, это тучные пастбища, да водопои которые не пересыхают каждое лето!

Воины засмеялись, хлопая брата по спине.

— Кто-то будет разводить стада скота, а кто-то стада детишек! — усмехнулся Оквахо. — Расскажи нам лучше о землях, которые ты нам обещал, Унега Аховали!

Я откинулся назад, оперевшись на локти, и подмигнул сонной Хрианон. Девушка сидела рядом, и слушала, не понимая ни слова из нашей беседы.

— Земли, которые занимают алимы, простираются к югу и западу от Лие, — начал я. Места хватит для всех родов, даже если Гигагей Ваха разведет много детишек!

Корнвахи захихикали.

— На северо-западе лежит полноводная река Ил, она тянется через степи до самого Белого моря, — я взял прутик и принялся чертить на земле карту. — На Юге, бурная река Адува, рядом с которой живут мои друзья Серты.

Корнвахи склонились над картой, и заворожено следили за движениями прутика.

— На ваших землях окажутся заброшенные города Иррагу, Илеу и Илие. Они когда-то были крупными торговыми центрами, но после того как алимы их разрушили, никто так и не решился их восстановить, — я положил камешки на тех местах, где на моей карте были города. — Быть может, вы пустите туда поселенцев, и когда-нибудь они вновь закипят жизнью, как в далеком прошлом!

— Ну, это надо подумать, — важно изрек Йонв. — Если от этого будет какая-то выгода, то почему бы и нет!

— Ты сначала прогони алимов! — Гихли, смеясь, ткнул брата локтем под ребра. — А то уже решает, какая будет от этого выгода!

Я засмеялся вместе с кочевниками.

— Надеюсь, что вы понимаете, что ничего этого не будет, если вы откажетесь плыть через море! — сказал я. — Треверы и Моры окажут вам не менее теплый прием, чем Инсубры. По суше вы ни за что не доберетесь.

Корнвахи замолчали, задумавшись над моими словами.

— Ты как всегда прав, — сказал, наконец, Оквахо. — Поэтому мы и выбрали тебя Унега Аховали.

Мы оставили воинов у костра, а сами отправились спать.

Палатка у нас с Хрианон была одна на двоих. Мы лежали под ворохом теплых шкур и плащей, согревая друг друга теплом своих тел. Я слушал, как умиротворенно посапывает девушка, а ее сердце размеренно бьется под моей ладонью.

Я уткнулся носом в ее пышные волосы и вздохнул. Шрам от ожога на моей груди нестерпимо зудел, а мое сердце не билось.

Прислушавшись к своим ощущениям, я не заметил никакой разницы. Я так же дышал, так же мерз и потел, как и раньше. Единственное, чего мне не хватало, так это привычного мерного постукивания в груди.

Раньше, я не обращал на него никакого внимания, а теперь, мне казалось, что внутри меня пустота! Будто пустая комната, в которой только что было полно гостей, которые ушли, не закрыв за собой дверь.