Храброе сердце Ирены Сендлер - Джек Майер

– Я никогда не пойму, – печально проговорила Ирена, – почему так происходит. Почему мне уже 92, а твоя мама умерла так рано. Почему погибло так много людей, а нам удалось спасти так мало. Когда перед нами встают все эти вопросы, мы словно маленькие дети. Все чувствуем, но почти ничего не понимаем.

Ирена взяла лицо Сабрины в свои ладони и пристально посмотрела ей в глаза. По лицам обеих текли слезы, и Ирена ласково гладила Сабрину по голове.

– Сабрина, Сабрина, поплачь вместе со мной по всем, кому пришлось слишком рано умереть.

Они долго сидели так в полной тишине, но потом Сабрина выпрямилась и вытерла рукавом глаза.

– Мама… – все еще всхлипывая, сказала она Ирене. – Она всегда говорила, что это самое лучшее, что я сделала в своей жизни.

Во время этого визита Ирена рассказала девочкам о Яне Карском, представителе Польского правительства в изгнании. Его забросили в Польшу в августе 1942-го, во время ликвидации гетто. Ему было дано задание – стать очевидцем геноцида евреев и потом передать собранные доказательства лидерам союзников. Подпольщики попросили Ирену показать Карскому гетто, зная, что она там прекрасно ориентируется, а потом переправили его в партизанский отряд под Львовом. Там он своими глазами видел, как убивают евреев на транзитных станциях по пути в лагерь смерти Бельжец. Он вернулся в Варшаву, где стоматолог удалил ему несколько зубов, чтобы получившиеся в результате опухоли сделали не таким заметным польский акцент, с которым он говорил по-немецки. Из Польши он перебрался в Берлин, а оттуда через вишистскую Францию в Марсель. Бойцы французского Сопротивления тайно перевезли его через Пиренеи в Испанию. Карский вез доказательства – у него с собой был ключ, в отверстии которого были спрятаны микрофильмы с тысячами документов. Через несколько недель он уже был в Лондоне. Он рассказывал обо всем увиденном и умолял союзников начать бомбить железнодорожные линии, ведущие в лагеря. Газетчики отказались печатать предоставленную им информацию, потому что никто не мог поверить, что такое может происходить в действительности. Не поверили ему и Черчилль с Рузвельтом.

Вернувшись домой, девочки бросились искать информацию о Яне Карском и его задании – рассказать о Холокосте сомневающемуся миру. Из Интернета они узнали о ежегодной Премии Яна Карского «За доблесть и сострадание», присуждаемой Американским центром польской культуры. Лиз с Меган немедленно номинировали на эту премию Ирену. К ним присоединились Бета Фицовска и Президент Всемирной Федерации еврейских детей, выживших во время Холокоста, Стефани Зельцер. Через три месяца Американский центр польской культуры присудил Премию Яна Карского за 2003 год Ирене Сендлер.

Ирена была слишком слаба, чтобы прилететь в Америку на церемонию вручения медали и попросила, чтобы премию за нее получили профессор Норман и «мои дорогие девочки: это принесет мне огромное счастье». В Вашингтон, где вручается Премия Карского, из Канзас-Сити прилетели Меган, Сабрина, Мистер К. и Кэтлин Меара, недавно ставшая членом труппы.

В начале церемонии на экране появилась большая фотография прекрасной, темноволосой, молодой Ирены в форме сестры милосердия, которую она надевала для поездок в гетто, а вышедшая на сцену первая леди Польши Иоланта Квасневска зачитала письмо от Ирены:

Это не только моя награда. Я принимаю ее и от имени всех тех, кто мне помогал. Сейчас я осталась одна. Но бойцов еврейского сопротивления было очень много, причем это были не только те, кто держал в руках оружие и бутылки с зажигательной смесью, но и те, кто работал в домовых комитетах и организовывал молодежные кружки, не давая умереть надежде и вере в человечность! А сколько людей рисковало жизнью, соглашаясь приютить спасенных детей!

Вы награждаете меня, потому что я – одна из немногих оставшихся в живых свидетелей Холокоста. Но я делала только то, что сделал бы в те ужасные времена любой порядочный человек. Я не считаю себя героиней. Истинными героями были матери и отцы, отдававшие мне своих детей. Я же делала только то, что велело мне делать мое сердце. Герои совершают выдающиеся поступки. В моей деятельности не было ничего исключительного Все, что я делала, было в порядке вещей. Я просто старалась вести себя достойно.

Через неделю после церемонии вручения Премии Карского Президент Польши Александр Квасневский подписал указ о награждении Ирены высшей наградой Польши – орденом Белого Орла.

Личные поздравления Ирене прислал Папа Иоанн Павел II:

«Глубокоуважаемая, дорогая госпожа!

Я узнал, что вам была присуждена Премия Яна Карского «За Доблесть и Сострадание». Пожалуйста, примите мои сердечные поздравления и позвольте выразить свое восхищение вашей беспримерно отважной деятельностью во время оккупации, когда вы, пренебрегая собственной безопасностью, спасли от уничтожения множество детей, а также оказывали помощь людям, нуждающимся в духовной и материальной поддержке. Пройдя через физические пытки и духовные страдания, вы не сломались, а продолжали самоотверженно служить людям, давая новый дом детям и взрослым. Да вознаградит и благословит вас Господь за добрые деяния в отношении ближних своих.

С уважением и благодарностью я даю вам Апостольское Благословение.

Чествования Ирены прошли по всему миру – от Буэнос-Айреса до Монреаля. Заслуги Ирены были официально отмечены общественными группами спасенных во время войны детей, Всемирной Федерацией еврейских детей, выживших во время Холокоста, Канадским фондом польско-еврейского наследия, Международным фондом Рауля Валленберга, Семейным фондом Милкенов и другими организациями.

После второй поездки девочек в Польшу более 1000 газет и журналов опубликовали материалы об Ирене и канзасских школьницах. Девушки получали горы писем и электронных сообщений от учителей и учеников из Польши, США и Канады. Их приглашали выступить со спектаклем, спрашивали, смогут ли они сделать что-то подобное Проекту «Ирена Сендлер», т. е. найти в своих городах Праведников Мира и рассказать истории их жизни, третьи просили разрешения поставить свои версии «Жизни в банке».

Телевизионщики из Нью-Йорка сделали о девочках большой репортаж для «Тудей шоу»[124]. «Жизнь в банке» поставили ученики одной из школ в Японии. Влиятельный польский журнал «Политика» («Polityka» – польск.) провел опрос, в котором читателям надлежало выбрать «десять женщин, оказавших самое большое влияние на судьбу Польши». Чтобы облегчить своим читателям задачу, журнал опубликовал список из сотни имен выдающихся польских женщин с кратким описанием их заслуг перед страной. Было в этом списке и имя Ирены Сендлер.