Не тот Хагрид - Алексей Савчук

пододвинул ему кружку эля, кто-то предложил мясную нарезку. Атмосфера стала ещё теплее, ещё дружелюбнее.

Я же наблюдал за ним и за отцом. Роберт светился от счастья. Видно было, что Альберт для него — кто-то очень важный. Не просто старый друг, а наставник, покровитель. Кто-то, кому он многим обязан.

Примерно через полчаса, когда беседа слегка утихла, Альберт поднялся и торжественно достал из внутреннего кармана мантии небольшую коробку, обтянутую тёмно-зелёным бархатом.

— Ну что ж, — сказал он, обращаясь ко всем. — Пора вручить имениннику и мой подарок.

Гости притихли, с интересом глядя на коробку. Альберт подошёл ко мне и протянул её.

— Рубеус, это тебе. От чистого сердца.

Я взял коробку. Она была лёгкой, почти невесомой, но внутри что-то шевелилось. Я аккуратно открыл её — и ахнул.

Внутри, на мягкой шёлковой подушечке, свернувшись калачиком, лежал… дракон. Миниатюрный, размером с ладонь, но невероятно детализированный. Чешуя — изумрудно-зелёная, переливающаяся на свету. Крылья — перепончатые, полупрозрачные, сложенные вдоль тела. Хвост — длинный, с шипом на конце. Голова — с рожками и острыми зубками. И глаза — крошечные, но яркие, словно две золотые бусинки.

Существо зашевелилось, потянулось, зевнуло — и из его пасти вырвалась крохотная струйка искр. Не огня, а именно искр — серебристых, холодных, безопасных. Они вспыхнули в воздухе и погасли, не оставив ни запаха, ни следа.

— Это валлийский зелёный, — пояснил Альберт, довольный моей реакцией. — Конечно, не настоящий. Магическая игрушка, анимированная. Но сделана качественно, мастером своего дела. Он умеет летать, пускать искры, даже рычать, если захочет. Кормить не нужно, спит в коробке. Абсолютно безопасен. Идеальный подарок для мальчика, который интересуется магическими существами.

Я осторожно протянул палец, и малыш ткнулся в него мордочкой, словно нюхая. Потом расправил крылья — и взлетел. Просто так, без усилий, словно невесомый. Он сделал круг над столом, выпустил ещё одну порцию искр и приземлился мне на плечо, уцепившись крошечными когтями за рубашку.

Крылатое создание устроилось на моём плече, переминаясь с лапки на лапку, словно искало наиболее удобное положение. Его крошечные когти — тонкие, острые, но не причиняющие боли — цеплялись за ткань рубашки с осторожностью, почти нежностью. Каждое движение было удивительно точным, выверенным, словно существо действительно обладало разумом, а не просто следовало заложенным магическим алгоритмам. Я чувствовал тепло, исходящее от его каменного тельца — не обжигающее, но приятное, согревающее, как будто держишь в руке кружку горячего чая в холодный зимний день. Чешуйки под пальцами были гладкими и прохладными, но под ними словно пульсировала жизнь, магическая энергия, которая превращала холодный камень в подобие живого существа.

Зелёный малыш повернул голову, изучая меня одним золотым глазом-бусинкой, потом другим. Его взгляд был любопытным, почти осмысленным. Затем он вытянул шею и легонько ткнулся мордочкой в мою щёку — осторожно, словно проверяя, не опасен ли я. Я замер, боясь спугнуть это хрупкое чудо. Питомец фыркнул, и из его ноздрей вырвалась пара крошечных серебристых искорок, которые погасли в воздухе, не долетев до моего лица. Не было ни запаха гари, ни жара — только лёгкое покалывание магии на коже, словно от статического электричества.

— Можно я попробую его погладить? — негромко спросил Роберт у меня. Он протянул руку медленно, осторожно, словно боялся спугнуть магическое создание.

Я кивнул, и отец поднёс указательный палец к голове миниатюрного дракона. Тот замер, наблюдая за приближающейся рукой, потом резко повернул мордочку и понюхал палец — два коротких вдоха. Затем, словно приняв решение, он потёрся щекой о протянутый палец, выразительно прикрыв глаза. Папа тихо рассмеялся, тоже явно очарованный подарком.

— Боже мой, он же как настоящий! — восхищённо прошептал он. — Альберт, где ты нашёл такое чудо? Таких вещей не встретишь даже в лучших лавках Косой Аллеи!

— Итальянские мастера, мой дорогой, — ответил Альберт с лёгким самодовольством. — В Риме есть семейная мастерская, которая занимается подобными артефактами уже три поколения. Очень дорого, очень редко, но качество непревзойдённое.

Зелёный крошка тем временем отстранился от папы и снова повернулся ко мне. Расправил крылья — тонкие перепончатые мембраны натянулись между костяными перемычками, словно паруса на ветру, — и слегка взмахнул ими, создавая лёгкий сквознячок у моего уха. Затем сложил их обратно вдоль тела и устроился поудобнее, обвив хвостом мою шею. Кончик хвоста с маленьким острым шипом свисал на грудь, покачиваясь в такт моему дыханию.

Я осторожно поднёс палец и погладил валлийского зелёного по спине — от головы до хвоста. Чешуйки под пальцем были удивительно реалистичными: каждая отдельная, с чёткими краями, создающая ощущение настоящей драконьей шкуры. Существо довольно потянулось, выгнув спину, словно кошка под ласковой рукой, и тихо фыркнуло ещё одной порцией искр — на этот раз прямо вверх, и они рассыпались золотым дождём над моей головой.

Гости наблюдали за этим зрелищем с улыбками, переговариваясь между собой.

— Смотри, Роберт, — сказал один из волшебников, похлопывая отца по плечу. — Твой сын уже нашёл себе питомца! Пусть пока игрушечного, но кто знает, может, в будущем он займётся магозоологией?

Роберт рассмеялся, но в его смехе слышалась гордость.

— Рубеус всегда любил всяких зверей, — ответил папа, тепло глядя на меня. — Даже лягушек из пруда таскал домой, говорил, что они "особенные". А уж когда Бул появился… — Он кивнул в сторону пса, который теперь осторожно подошёл поближе, вынюхивая воздух вокруг моего нового друга. — Сразу стали лучшими друзьями.

Бул тихо заскулил, услышав своё имя, подошёл, глянул на маленького дракона с осторожным любопытством. Миниатюрное существо повернуло голову, посмотрело на пса сверху вниз — и фыркнуло прямо ему в морду облачком серебристых искр. Бул испуганно отпрыгнул, залаял, но тут же вернулся, виляя хвостом, словно решив, что это игра. Гости снова рассмеялись.

Крылатое создание расправило крылья, взлетело с моего плеча и сделало круг по комнате — низкий, медленный, грациозный. Летел он беззвучно, словно плыл по воздуху, иногда оставляя за собой едва заметный мерцающий след из крошечных искорок. Потом вернулся и снова сел мне на плечо, устроившись так, будто это было его законное место, его дом.

Я сидел, чувствуя лёгкий вес маленького тела, тепло, исходящее от него, покалывание магии на коже, и не мог оторваться от ощущения нереальности происходящего. В моей прошлой жизни подобные вещи существовали только в воображении, в книгах, в фильмах. А здесь — здесь это было реальностью. Живой, осязаемой, магической реальностью, которая сидела у меня на плече и фыркала искрами прямо мне в ухо.

Смотрел на своего нового питомца, который теперь уютно устроился на моём плече, и ощущал странный внутренний