Плач феникса - Дмитрий Шебалин

Цветущим и райским местом, полным жизни и живых существ. В какую сторону не посмотри, всюду простирались вполне обычные леса и луга, а в чистом и голубом небе парили тени, очертаниями напоминающие только что сошедшего к нам дракона. И не было никакого огромного древа, разросшегося на километры вокруг.

— Эол — мой родной мир. Большой и прекрасный. Дом для миллионов разумных существ.

Вдруг в небе появился росчерк падающего метеора, стремительно приближающегося к земле. И летел он прямо к нам!

— Таким он был до падения звезды. И вот таким стал после.

Вспышка, и картина вновь изменилась. Мы оказались посреди выжженной каменной пустыни, на которую с небес хлопьями опускался серый пепел. И только голос Отрёкшегося нарушал тишину этого мёртвого места.

— Почти всё живое на планете погибло. Лишь немногим удалось спастись. И я был в их числе. По крупицам мы пытались восстановить наш мир, но тогда мы были слабы, смертны и лишены дара. В поисках решения я и ещё 12 моих братьев и сестёр отправились сквозь мёртвую пустыню к месту падения звезды. Измождённые и потерявшие всякую надежду мы нашли здесь уже пустившее свои корни Звёздное семя. А вместе с ним мы нашли спасение. Будь тогда Древо таким, как сейчас, оно спалило бы нас, не дав подойти к нему даже близко. Но нам повезло. Росток только проклюнулся и высотой едва превышал самые высокие из деревьев нашего мира. Наш вид оказался достаточно приспособлен, чтобы поглощать силу Звёздного Древа, и мы изменились. Когда мы окрепли для обратной дороги, мы вернулись к сородичам, чтобы рассказать о найденном чуде. Но было уже поздно. Все они были мертвы. А наши изменённые силой тела утратили способность давать потомство. Так мы остались последними разумными существами Эола. И такую цену мы заплатили за обретение собственного могущества.

С каждым словом Отрёкшегося окружающий мир менялся, во всех деталях показывая то, о чём он говорит. Я словно очутился в обрывках чужих воспоминаний, неимоверно далёких, но при этом чётких и таких реальных, что даже странно, что они смогли сохраниться в таком виде несмотря на уйму прошедших лет.

— Древо росло, а вместе с ним и наши силы. Каждый из нас стал подобен всемогущим богам из легенд, что когда-то передавались в нашем народе из поколения в поколение. Вот только не было у этой власти ни свидетелей, ни подданных. Крылатые боги пустынного мира, правящие камнями и золой — вот кем мы стали. Мы скитались из одного конца Эола в другой в поисках выхода, возвращаясь сюда, чтобы восстановить свои силы. Пока однажды не услышали зов. Нечто, находящееся за пределами нашего мира взывало к Звёздному Древу. И то отвечало ему взаимностью.

Передо мной возник образ белого дракона с чёрными мраморными прожилками. Его тело было тоньше и изящнее того образа, в котором минутой ранее предстал сам Отрёкшийся.

— Тот из нас, кого в будущем люди нарекут Эхом, сумел зацепиться за этот зов и проложить путь. Мы построили Мост, вернее его первую опору. И 12 тысяч лет назад она привела нас в Павелен. Новый мир далеко не сразу принял нас. Шагнув в него, мы растратили все силы и вдруг вновь почувствовали себя смертными и уязвимыми. Да, мы по-прежнему были сильнее прочих его разумных обитателей, которые звали себя людьми, но это было бесконечно далеко от того могущества, которым мы обладали в своём родном мире. Пройдя по Мосту мы словно сбросили с себя всё, что нам не принадлежало. А потеряв связь с Древом Эола, мы лишились безграничного источника силы. Мы всё ещё ощущали её тончайший поток, который проникал теперь сюда по проложенному нами пути. Но он был подобен каплям утренней росы, тогда как мы привыкли черпать силу из бушующего водопада. Нам нужна была прорва времени, чтобы вернуть утраченное. Или же мы могли воспользоваться жизненной силой его обитателей, что кратно ускорило бы процесс. Тогда голоса 13-ти разделились, но большинство выступило против жертвенных обрядов. Вместо того, чтобы воевать против целого мира, мы решили раствориться в нём. Нам хватило сил и умений, чтобы в новом для нас облике встать во главе местных государств, поделив континенты на несколько крупных регионов. Понадобилась почти тысяча лет, прежде чем мы стали достаточно сильны, чтобы вновь повторить однажды сделанное. Вторая опора Моста связала оба мира прочной нитью, позволив нам вернуться назад и восполнить свои силы. Благодаря ей мы также смогли протянуть одну из многочисленных ветвей Звёздного Древа, создав тем самым в Павелене свой первый домен.

Очередная смена образов вернула нас в святилище дворца, в котором располагался пробой в пространстве с тянущимися из него золотистыми лучиками силы. Так значит, они тянутся прямиком из Эола⁈

— Теперь мы могли восстанавливаться после перехода намного быстрее, и вместо 13-ти правителей в Павелене появилось ровно столько же богов. Но довольно быстро нам стало в нём тесно. За предшествующую тысячу лет мы в полной мере познали вкус власти. Слишком много повелителей для одного обитаемого мира, и слишком мало подданных для всех нас. К тому же, мы уже поняли, что зов, который мы слышали, и который привёл нас в Павелен, шёл не отсюда. Мы сделали лишь первый шаг на этом длинном пути и собирались сделать следующий. Почти пять тысяч лет длилась наша экспансия. Один за другим мы открывали множество миров, обитаемых и нет. Те, на которых ещё не успела зародиться разумная жизнь, мы подготавливали и заселяли людьми. Именно они оказались наиболее приспосабливаемыми из всех, к тому же обладали потенциалом стать одарёнными. Изначально человеческая способность поглощать и накапливать силу Древа даже напугала некоторых из нас, но у вашего вида не оказалось инструментов для её использования. Зато такую способность могли даровать вам мы. Конечно, не всем. Только избранным.

Пространство крутанулось, и вдруг мы с Малеком очутились друг напротив друга.

— Те, что сейчас чтут себя богами, присосавшись к руинам построенной нами империи, в своей основе всего лишь люди, которым мы когда-то даровали кусочек нашей силы. Хоть ты этого и не помнишь, Малек, но ты был рождён человеком. И сейчас ты смотришь в своё отражение. Ты то, чем может стать этот смертный. Ему остаётся всего лишь шаг на этом пути, но, кажется, он нашёл в себе силы, чтобы его не делать. Но вы здесь не одни. Ведь так, Тиамас?

И вновь разворот, и вот напротив меня уже чёрно-белая рябь, очертаниями всё