Софи. Перерождение - Аля Миррова

гильдии — это дети заключенных под стражу, сосланных в рудники, казненных или замученных в подвалах инквизиции. По сути, гильдия — это детище инквизиции, заставившей объединится разрозненные кланы в единую организацию и давшей мощный приток свежей крови в виде сирот. Я знаю эту систему изнутри, Артур. Я выросла в ней.

— Вы правы, Софи, но лишь отчасти. Ведь обе организации развивались параллельно. Только инквизиция победила и взяла гильдию под контроль. Я — сам сын осужденного инквизицией. Мой отец был мошенник и игрок в маг-карты, он быстро промотал состояние, которое ему досталось от моего деда, отца моей матери. Он и женился-то на ней ради этих денег.

В результате моя покойная матушка, дочь богатого торговца, умерла в нищете от болезни, так как у нас не было денег на лекаря. Ее можно было спасти. Но он отнял у нас последнее, продал дом моего деда, а деньги спустил на свои бесконечные пьянки и шлюх. Когда мать умирала, она просила меня не быть таким, как он.

Оставшись без нее в возрасте восьми лет, я месяц бродяжничал, так как не хотел оставаться с отцом. За тот месяц я научился красть еду на рынке, прибившись к компании таких же беспризорников.

В тот день на местном рынке была облава. Нас всех поймали и отвезли в Корпус, где я впервые за месяц смог, наконец, поесть досыта. Нас вымыли, одели в чистую одежду и отвели в теплые уютные комнаты, где были настоящие кровати с подушками и одеялами, с хрустящими белыми простынями. И ласковые руки лекарки, которая обрабатывала мои ссадины и царапины. Засыпая в тот вечер, я вспомнил слова матери: «не становись как твой отец».

Тогда я решил, что останусь в корпусе, стану инквизитором, найду его и покараю за смерть матери. А спустя полгода наставник сообщил мне, что мой отец попался на мошенничестве, осужден и сослан в рудники. Вы не представляете, какое облегчение я испытал тогда.

Я закончил Корпус с отличием год назад. И с тех пор я регулярно участвую в рейдах, которые собирают детей с улиц. Чтобы подарить им другую жизнь. Да, не все приживаются в корпусе, кого-то забирают родственники, которых мы находим, кого-то передаем в государственные детские дома, где они вырастают нормальными людьми. А детей с магическими способностями отправляем в детский дом при Маг-академии, чтобы их дар развивался в правильном русле.

Именно по этой причине я оказался в тот день в герцогстве. Местным инквизиторам были нужны люди, чтобы собрать беспризорников. Дела в герцогстве шли не очень, и много детей оказалось на улицах. По распределению после окончания Корпуса я попал в столицу и мог бы не ехать туда, но я вызвался сам.

— Сколько тебе лет, Артур? — Софи тронул рассказ юноши.

— Девятнадцать, Софи.

— Скажи, а ты знаешь Клару Грум? Она на два года младше тебя, но заканчивает в этом году, — Артур задумался, — да, наверное знаю, такая хрупкая девочка с рыжими кудрями и веснушками.

— Да, это она, — Софи кивнула.

— Она учится на отделении тайного сыска, там много девушек. Туда обычно берут детей должников, чтобы они могли покрыть долги родителей за счет жалования. Откуда вы ее знаете?

— Ее семья живет в южной деревне графства. Я помогал ее матери, и мы встретились, когда она приехала ее навестить. Милая девушка. Она рассказала про отца, который за долги был заключен в тюрьму. Перед отъездом я оплатил остаток его долга и отправил его домой, — ответил на вопрос Артура граф, слегка исказив факты.

— Вы — благородный человек, милорд. Я рад, что имею честь быть знакомым с вами.

— А ты как оказалась в гильдии, Софи? — инквизитор посмотрел на девушку.

— Не знаю, Артур. Я попала туда совсем маленькой. У меня вообще нет воспоминаний из детства, кроме одного: мне — пять лет, и я иду по пустой галерее старого замка. Уже стемнело, и холодный ветер задувает в открытые окна и воет так жутко. На мне ночная рубашка, и я голыми ногами иду по ледяным каменным плитам и кого-то ищу.

В гильдии меня удочерил глава воровского крыла, я жила у него в доме, хотя почти все свободное время проводила с детьми из детского дома гильдии. Мне рассказывали, что мои родители были из благородных, а мой приемный отец меня спас, когда погибли мои родные. Я не знаю, есть ли в этом хоть капля правды, — Софи пожала плечами.

Артур задумался:

— Сколько тебе лет?

— Двадцать три года, — Софи смотрела в окно, они уже ехали по знакомым ей улицам.

— Значит плюс-минус год. Можно поднять инквизиторские архивы и узнать, что случилось двадцать четыре — двадцать два года назад. Архивы есть по всем знатным семьям. Хотите, я наведу справки? — Артур посмотрел на нее.

— Если это не доставит тебе проблем и неприятностей, то я был бы тебе очень признателен, — ответил за нее Адриан, — приемный отец Софи никогда не обсуждал с ней это. Возможно, ему мешает клятва.

— Хорошо, мне понадобится пара-тройка дней. Как долго вы пробудете в столице?

— Я думаю задержаться на неделю, потом вернусь в свое графство. А Софи живет здесь, и поедет ли она со мной назад, она еще не решила.

— Тогда, как уладите дела с документами, это пара дней, приходите в Главный Архив. Спросите Артура Коэна. Я постараюсь что-нибудь разузнать, — инквизитор протянул Адриану руку, и тот пожал ее, — спасибо Артур.

Экипаж остановился, и магическая печать на двери погасла. Артур снял с Софи браслет и улыбнулся. Она улыбнулась в ответ и тоже протянула ему руку:

— Будем знакомы, Артур Коэн, и надеюсь, наши дороги никогда больше не пересекутся.

— Не зарекайся, Софи, пути судьбы неисповедимы. Был рад знакомству, — он прикоснулся губами к тыльной стороне ее ладони, обозначая поцелуй, как это принято в высшем свете.

Инквизитор открыл дверь экипажа, и они вышли на почтовой станции в центре столицы. Софи вдохнула полной грудью, она была дома. Попрощавшись с юношей, они вышли за ворота станции.

Приезд в столицу, спасение принцессы, арест Адриана, перерождение Софи

— И куда теперь? — Софи и Адриан сидели в столичной кофейне. Было около десяти утра. Они как раз позавтракали и обсуждали дальнейшие планы.

— Попробую связаться с Виттором, когда-то он жил