Игры патриотов - Том Клэнси

«Итак, они, что же, снова тут появятся?» — спросил он, обращаясь к ночи.

За окном мерцало звёздное небо. В заливе виднелись огни кораблей и барж — одни тянулись к балтиморскому порту, другие от него.

Уже две недели как сведения о приезде в США высоких гостей из Англии стали достоянием общественности, а ведь АОО уже продемонстрировала способность действовать и на территории США. «И мы приглашаем тех, за кем они охотятся в наш дом! Очень, Джек, умно с твоей стороны!» Оглядываясь назад, он теперь поражался. Они с Кэти согласились на посещение этих гостей сразу, без оглядки… И даже когда люди из службы безопасности были здесь, он продолжал дурацки острить. «Ну и жопа же ты!» — обругал он себя.

Вспомнив былые времена, он постарался посмотреть на свой дом с военной точки зрения. Успешно атаковать его было трудно. С востока к нему не подобраться — утёс там опаснее минного поля. С севера и юга лесные заросли были слишком густыми, чтобы через них можно было пробраться, не произведя шума. А приобрести необходимые навыки они там, в своей пустыне, конечно же, не могли.

Значит, им остаётся только запад — оттуда они и придут. «Сколько, Эвери сказал, у них людей? Хотя нет, он именно этого не сказал, но, кажется, человек двадцать». Двадцать хорошо вооружённых и обученных людей. Пришли на память дни, когда он был в Куантико. Двадцатидвухлетний, непобедимый и бессмертный, поглощавший невообразимое количество пива во всех местных барах. А как-то вечером на командном пункте — там ещё был портрет Паттона на стене — он разговорился с двумя инструкторами из академии ФБР, которая была рядом с базой морской пехоты. Они были ничуть не менее горды, чем морские пехотинцы. Им даже в голову не приходило говорить: «Мы самые лучшие». Они просто верили в то, что все это и так знают. Точь в точь, как пехотинцы. На другой день он пришёл к ним на полигон пострелять на пари. Удовольствие это обошлось ему в десять долларов. Тот, с кем он спорил, оказался инструктором по стрельбе. «Ещё неизвестно, смог бы Брекенридж побить его!» — подумал Джек. — «Парни из службы безопасности, которых пришлют сюда, вряд ли будут хуже. Я бы с ними связываться никому не рекомендовал. Нет! А если эти типы из АОО действительно так толковы, как это кажется… Но о посещении нашего дома никому неизвестно… Так что они тоже не узнают. А если и узнают, то тут такая охрана… Они слишком умны, чтобы идти против такой охраны… Тогда, никакой опасности, выходит?"

Однако слово «безопасность» давно и навсегда утратило для него свой смысл.

Джек направился к комнате Салли. Она спала, Эрни — тоже, свернувшись клубком у неё в ногах. Едва Джек вошёл, собака подняла голову, как бы спрашивая: «В чём дело?» Он поправил одеяло и, погладив Эрни, вышел.

Джек задумался о положении тех общественных деятелей, которые всегда живут в таком вот страхе. Вспомнилось, как он с похвалой отозвался о принце за то, что тот не позволяет, чтобы такого рода угрозы оказывали влияние на стиль его жизни. «Молодец, старина! Пусть знают! В тебя целятся, а ты себе стой, не вздрагивай!» Легко другого похваливать, печально усмехнулся Райан, а когда самого-то коснулось, иначе запел. Ходишь, напуская на себя храбрость, блюдёшь инструкции и присматриваешься к каждой машине — не сидит ли там некое существо с автоматом, намеренное использовать твою смерть для какой-то там политической декларации. Днём, когда ты занят работой, ещё можно как-то отвлечься от таких мыслей, но не ночами, когда тебя посещают всякие страхи и кошмары не дают уснуть…

И главное — ты всегда во власти двойственных чувств. С одной стороны, нельзя зацикливаться на этих страхах, а с другой — нельзя забывать о них.

Нельзя позволить, чтобы твоя жизнь шла под знаком страха, но и чувство безопасности тебе не дано. Вот если бы он был фаталистом… Но Райан был из тех, кто полагал, что он хозяин своей судьбы. Иного он ни за что не принял бы.

«Ведь мы чуть-чуть их не накрыли!» — едва не вырвалось у него.

Чуть-чуть. Не говоря уже о той помощи французам. Он мог наносить ответные удары, и они, он знал, были бы куда существеннее, согласись он полностью посвятить себя работе в Лэнгли. Конечно, это не то, чем ему хотелось бы заниматься, но… Итак, решено. Те, с автоматами, будут делать своё дело, а он, за своим столом, будет делать своё. Придётся расстаться с Академией, расстаться с этими славными ребятами-курсантами, но такова цена, если он хочет сыграть свою роль в этой игре.

«Лето первокурсников» началось согласно расписанию. Джек с вялым сочувствием наблюдал за тем, как вчерашних школьников приобщали к трудностям военной жизни. Процесс был сознательно ориентирован на отсев слабаков в самом начале. И занимались этим старшекурсники, которые и сами не так уж давно прошли через эту процедуру. Новички были полностью в руках старшекурсников, и те гоняли их почём зря.

— Привет, Джек! — подошёл к нему Робби.

— Да, Роб, в Бостонском колледже такого не водилось.

— Это ещё что! — фыркнул Робби. — Посмотрел бы ты, как нас в своё время гоняли.

— Могу поспорить, что так говорят все, кто уже прошёл через это.

— Может быть.

Группа салажат протопала мимо них, как стадо бизонов, — рты у всех разинуты, хватают воздух… А на дворе душно и влажно.

— И всё же мы лучше держали строй, — заметил Робби.

— Прямо в первый день?

— Да, первые несколько дней ты как в тумане, — согласился Джексон.

— Укладываетесь?

Джексон кивнул.

— Почти все уже упаковали. Мне надо только оформить тут увольнение.

— Мне тоже.

— Ты уходишь отсюда? — удивился Робби.

— Я сказал адмиралу Гриру, что хочу поработать у него.

— Адмирал?.. А, этот, из ЦРУ. Так, значит, ты согласился? А как твой факультет к этому отнёсся?

— Можно сказать, что им удалось не расплакаться. Босс не очень-то был доволен моими пропусками в последний год. Так что мы расстанемся друг с другом при взаимном удовлетворении.

— Мы ужинаем в пятницу?

— Именно. Можете вы приехать в начале девятого?

— Ладно. Можно не при параде, запросто?

— Конечно, — улыбнулся Джек. «Давай-давай, Робби!» — ехидно подумал.

Самолёт VC-10 Королевских воздушных сил приземлился в восемь вечера на военной базе Эндрюс и подкатил к тому же терминалу, который использовался для самолёта президента США. Репортёры отметили, что охрана была многократно усилена — помимо полицейских, кругом были агенты службы безопасности в штатском. Наконец из самолёта появились принц и принцесса. Помахав рукой находившимся в отдалении зрителям, они бодро, несмотря на занемевшие в полёте ноги, спустились по трапу. Внизу им отсалютовал почётный караул, состоявший из американских и английских офицеров, а представительница госдепартамента сделала реверанс, В утреннем выпуске «Вашингтон пост» её за этот реверанс отчитал специалист по дипломатическому протоколу. Шестилетняя малышка — внучка командующего базой — вручила Её высочеству букет жёлтых роз. Защёлкали фотоаппараты, и Их высочества, одаривая будущих читателей газет дежурными улыбками, в то же время успевали сказать что-нибудь приятное каждому из встречающих. Принц пошутил с морским офицером, который когда-то был его командиром, а принцесса сказала что-то насчёт душно-влажной погоды, которая к вечеру все хуже и хуже. Жена посла Великобритании заметила, что климат в Вашингтоне столь плох, что одно время пребывание здесь приравнивалось к службе, сопряжённой с риском для здоровья. Малярийных комаров тут давно уже нет, однако сам климат ничуть не изменился. К счастью, тут все имеют кондиционеры.

Репортёры зафиксировали цвет, стиль и покрой туалета принцессы, особенно отметив «смелость» фасона её шляпки. Осанка у принцессы была, как у профессиональной манекенщицы, а принц смахивал на техасского ковбоя: одна рука в кармане, на лице беззаботная ухмылка. Всем американцам эта манера держаться пришлась по душе, а мужчины, разумеется, влюбились в принцессу, присоединившись в этом к мужскому населению всей Западной Европы.

Однако людям из службы безопасности было не до того. Они стояли спиной к главным действующим лицам, глаза их шарили по толпе, физиономии — сама серьёзность, а в голове у каждого только одна мысль: «Боже, только не в моё дежурство!»

Наконец Их высочества двинулись к посольскому «роллс-ройсу», позади которого уже выстроился эскорт машин. На базе было несколько ворот, и только час тому назад было решено, через какие из них проедут почётные гости. Дорога в город кишела полицейскими машинами — с надлежащими знаками и без таковых. В процессии участвовали ещё два «роллс-ройса», такой же модели и окраски, и каждый со своим эскортом. В небе за происходящим наблюдал вертолёт. Если бы кто-то взялся подсчитать количество единиц огнестрельного оружия, задействованного в этой операции, ему бы пришлось считать не меньше чем до ста.