Два часа до конца света. Том II - Виктор Маршанский

тлеедов больше не за что будет цепляться, и тело распадётся в пыль.

— Значит, придётся вам познакомиться с Полночью, чтобы выяснить настоящее имя Эрион. — Без особого энтузиазма проговорила Вера.

Анна кивнула.

— С твоим посмертным погружением, и Полдень, и Полночь должны были войти в цикл ЭК. Полдень вошла в него давно, а вот твоя мать относительно недавно. Их тоже придётся вернуть, иначе Эгрегор просто не остановить. Ну, либо понадобится ждать ещё лет тридцать, пока Комплекс сможет его «переварить».

— Они не сообщали мне своих имён все эти годы, — возразила Вера, — с чего бы это делать им теперь?

— Их слабость состоит в том, что люр держится на той части твоей души, которая отвечает за любовь. Ну, судя по внешнему антуражу. Говорю же, мы у тебя внутри.

— Это… — ведьма окинула взглядом полотно цветов у неё под ногами, — это я?

— Люр Могильщика держался на чувстве вины. Находясь там, ты должна была ощущать именно это. — Белая повернулась к Одинцова. — Об этом я и пыталась сообщить Майе по телефону. Что ошиблась насчёт цикла ЭК. Человек не умирает, а спадает вниз по спектру реальности.

— Я ни черта не понимаю! — Воскликнула Вера. — Я могу понять наше состояние из соображений о тлеедах, но что тут забыл этот старик?

— Полегче, — нахмурилась Белая, — этот «старик» одобрил твоё воскрешение в стенах Зоны. Не в объятиях фторсети, а в больничной палате.

Одинцов пожал плечами.

— Мне тоже непонятно, как я тут оказался. Я тоже тут только наполовину? Чувствую себя вполне целым.

— Так и есть. Мы были «сброшены» на этот слой реальности разными способами, но оба остались «цельными», потому что «наверху» не осталось наших тел, в которых могли бы содержаться остатки ума.

— Получается, мой доппельгангер теперь живёт отдельно от меня? — Уточнила Вера.

— Если быть точным, то в данный момент, это ты доппельгангер. Твой оригинал теперь должен быть предельно собран, так как от него отрезана его самая эмоциональная часть. Надеюсь, Виноградова догадается запереть его до момента, когда тлееды войдут в цикл.

Но девушка, казалось, не слушала психиатра, растерянно озираясь по сторонам.

— Никогда бы не подумала, что у меня внутри океан цветов.

— По осени у меня обычно ревматизм разыгрывается, — добавил старик, — а тут даже колени не ноют.

— Ну, фактически, здесь нет никаких цветов, как и наших тел, — пояснила Анна. — Просто сознанию нужно пространство и тело, чтобы себя разместить. Метафизика мира весьма сложна для понимания штука.

— И всё-таки, — припомнил Денис, — где Вечный мог вас видеть?

— Вечный⁈ — Сощурив глаза переспросила женщина.

— Ну, статист, который был с нами в доме. Он в какой-то момент выбежал как сумасшедший прямо в центр аномалии. Кричал, что вспомнил вас.

— Ах, — сообразив, Анна махнула рукой, — вы про Гришку Котельникова.

— Котельникова? Гришку? — Изумился Одинцов, после чего начал посмеиваться. — Погодите, так его настоящее имя… А-ха-ха-ха-ха. На словах ты Иероним Вечный, а на деле… О-хо-хо… на деле ты Гришка Котельников.

— Ну да, — смущённо улыбнулась Белая, — я преподавала изучение языков, том числе ранненововерхненемецкий в столичной гимназии, где и познакомилась с ним. Весьма способный ученик был.

Денис вдруг перестал смеяться. На лбу его проступили морщины, говорящие о том, что руководитель крепко задумался.

— Этот Иероним, он же старше меня лет на… на пятьдесят? Сколько же вам в таком случае лет?

— Четыреста пятьдесят — четыреста семьдесят, где-то так. Точную дату установить уже непросто.

— Как же вы живёте тогда?

Белая пожала плечами.

— Да так же, как и вы, в общем и целом. Годы идут, технологии изобретаются, а мир остаётся всё тем же.

Психиатр и Руководитель одновременно вздохнули, а девушка в зелёной юбке закатила глаза.

Вдруг, вспышка! Огромный луч, толщиной в несколько сотен метров зажёгся где-то вдали, ударившись прямо в чёрное небо. Свет огромного прожектора — центральной шахты Комплекса, — был столь ярким, что причинял глазам боль даже через плотную завесу тумана.

— Твою мать, — выругался старик, — мы и правда внутри него?

— Ну, чисто технически, мы буквально часть люра, созданного Верой, который часть Эгрегора, созданного сестрой Полдень, который вот-вот станет частью «Айсберга Новикова».

Услышанная фамилия произвела на Смотрителя неизгладимое впечатление.

— Что? — Спросила Анна. — Ну да, он же Комплекс «Рост».

— Погодите, я многое успел выяснить про этот завод, но впервые слышу такое название.

— Конечно, потому что это название прилипло к строению сразу же, как только о нём узнали в Штатах. — Рассказала Анна таким тоном, будто это была общеизвестная информация. — Вы, что, об этом все газеты писали!

И будто в подтверждение своих слов, она руками очертила прямоугольник воображаемой газеты.

— Подождите, — возразил Смотритель, — постройка завода велась в строжайшей тайне.

— Нет. Вы не можете просто скрыть наличие целого завода, построенного рядом с городом. Даже не имея технологий, вроде спутников, вы не сможете упрятать целый комплекс цехов. Поэтому его строительство продвигалось в СМИ как возведение восьмого чуда света.

Глаза психиатра затуманились. Вернувшись в свои воспоминания, она почти что пропела:

— «Завод нового поколения уже вот-вот будет введён в эксплуатацию, и граждане Советского Союза, — и весь остальной мир, — смогут поприветствовать будущее». Вот так говорили по радио. Радио тогда было совсем другим, знаете ли.

— Я знаю, каким было радио. Думаю, я бы помнил об этом всём, даже будучи совсем ещё ребёнком, — заметил Одинцов. — Но я не помню.

— Вы не помните, потому что исчезая на нижние слои реальности, Комплекс утягивает за собой ещё и множество пространства, вроде деревни и маленького кладбища рядом. Не думаю, что архитекторы планировали это, но им удалось провести неплохую работу по сдерживанию Комплекса на более устойчивых, привычных нам, слоях бытия. Тем не менее, Комплекс без проблем поглощает всё, что бытует на информационном уровне.

— Подожди-ка, — воскликнула Вера, подходя к собеседникам, — ты хочешь сказать, что о нас забыли?

— Только на территории филиала. Сомневаюсь, что силы Комплекса могут распространяться дальше. Это способствует защите Маскарада, потому что Комплекс выполнял, в том числе, функции НИИ. Неудивительно, что в механизмы завода встроена эта функция.

Вера отреагировала на эту информацию довольно спокойно.